Чтение онлайн

Существовали десятки подобных способов немного подзаработать и избежать конфликтов с законом, но можно было и вполне официально пойти в местное отделение Гильдии и составить там временный контракт. Правда, в последнем случае приходилось отдавать почти весь свой заработок и выполнять крайне энергоемкую или неприятную работу, на которую никто не соглашался. Например, на очистку сточных канав, казарменных сортиров, переноску строительного камня и тому подобное. Так что у адептов всегда был выбор, а демон с вампиршей напоследок признались мне, что никогда подобным не занимались, поэтому не могут ничего конкретного посоветовать. Ну, я-то вообще затронул эту тему в целях общего развития, так что совсем не расстроился и заверил нелюдей, что в деньгах пока не нуждаюсь.

Доев свой ужин, я шепнул Хору о том, что в нашей комнате стоит кувшин с велосским, которое нужно сегодня же изничтожить. После этого демон очень странно на меня посмотрел, но все же нашел в себе силы пригласить вампиршу немного посидеть вместе. Киса, к моему удовольствию, согласилась, но на ее лице возникло сомнение, когда я сообщил, что планирую провести ночь в библиотеке. Не дав раскрывшему рот демону ничего сказать, я быстро попрощался с обоими и поспешил к ректору. Оставалось надеяться, что мой расчет был верен, и эти посиделки состоятся, ведь они многое могут дать обоим нелюдям. Ну, во всяком случае, друг друга они точно не поубивают.

Фалиано встретил меня в своем кабинете и был слегка недоволен тем, что я начал изучение записи плетений без его ведома. Посмотрев в мою записную книжку, ректор даже поругал меня за неряшливость линий, нечеткость символов и смазанные пометки. Ну да, почерк у меня всегда был корявым, да и отсутствие практики сказывалось, но ведь главное — чтобы я мог разобрать свои каракули, не так ли? Оказалось — нет. Фалиано был твердо убежден в том, что плетения необходимо графически фиксировать с максимальной точностью, чтобы, не дай Единый, не допустить ошибок. Так что мой вариант записи с изображением элементов просто для лучшего их запоминания не прокатил.

— Магическое искусство не терпит небрежности, а хороший конструктор не может позволить себе допускать промахи даже в мелочах! — заявил Фалиано. — Ведь при создании плетений даже незначительная погрешность в графической схеме может привести к катастрофе, и если хочешь, чтобы я и дальше с тобой занимался, привыкай к аккуратности!

Ну вот, как в воду глядел! Ладно, теперь придется при переписывании схем тратить намного больше времени. Эх, жаль у них тут магического ксерокса не имеется… Или есть? Задав этот вопрос Фалиано, я получил в ответ искренний смех. Нет, до такого здешние маги еще не додумались. Книгопечатание, конечно, было развито, но до фотокопий дело не дошло, все обходились медными пластинами с выгравированными на них символами. Это был трудоемкий и весьма затратный процесс, так что многие тома приходилось переписывать вручную. Объяснив мне эти прописные истины, ректор, все еще хихикая, предложил попробовать создать плетение, обеспечивающее быстрое дублирование текста, гарантируя место на страницах Истории Академии в случае успеха.

После этого настроение Фалиано улучшилось, и наше занятие прошло плодотворно. Оказалось, что тома букваря, которые предоставлялись адептам для изучения, являлись, так называемым, новым типом магической записи. А существовал еще и старый, который практиковался несколько тысяч лет назад. Он применялся в плетениях очень сложной конструкции, но зато был универсальным и не содержал большого количества дополнений со специфическими блоками. Но и это еще не все. Был еще и древний, относящийся к незапамятным временам, когда магия была еще очень молода. Этот тип записи изучался в Империи только специалистами-фанатами, но был до сих пор известен в некоторых королевствах Востока. Разумеется, мне было достаточно изучить только новый тип, но Фалиано обронил, что если я хочу стать хорошим специалистом… Короче, мне оставалось только тяжело вздохнуть.

Сжалившись, ректор все-таки объяснил основные принципы овладения графическим языком. Оказывается, существовали целые группы блоков, которые обозначались специфическим образом, основанным на их внешнем виде в реальной магической структуре. Это существенно облегчало их запоминание. Также обозначение многих элементов было очень простым и доступным, основанным на интуитивно-понятной системе. В общем, правильно меня ругал ректор. Зря я спешил и изучал букварь без этих рекомендаций. Ведь я старался запомнить графическое изображение каждого блока и элемента по отдельности, а мне необходимо было лишь осознать общие принципы графического языка, которые оказались на удивление несложными. И ведь, что странно, сам я этого отчего-то не сообразил, хотя и смутно подозревал нечто подобное. Так что мне оставалось только извиниться и пообещать такой глупости больше не делать. Это вполне удовлетворило ректора, давшего мне после урока практическую работу и теоретическое задание для самостоятельной тренировки.

Распрощавшись с Фалиано, я отправился в библиотеку, где и просидел до самого рассвета над пыльными томами. Несколько томов букваря, книги по боевой магии, некромантии и даже парочка, рекомендованных бытовиком Перисадом — все это я внимательно изучил и постарался запомнить, думая о том, что мне попросту не хватает времени. Ведь это еще только начало, потому что история также требовала внимания, теория магии в лице Глода грозила неприятностями, если я не буду готовиться к ней заранее, а существовали еще целительство, алхимия, основы конструкторства…

Мда, похоже, что мне придется прописаться в библиотеке. А что? Принести кровать, чтобы не засыпать каждый раз, сидя на стуле и вполне можно жить. Вот только я подозреваю, что даже тогда мне не будет хватать времени на изучение всего необходимого материала. И почему в сутках так мало часов?.. Нет, стоп! Отставить мысли, характерные заядлому библиотечному червю! Ведь это не приведет ни к чему хорошему, уж я-то хорошо знаю. Как-никак пример перед глазами в моей прошлой жизни оказался весьма наглядным.

Был у нас в вузе один студент-заучка, ценимый всеми преподавателями за свою успеваемость. Так вот он мог сутками изучать учебники, не отвлекаясь на такие совершенно ненужные ему вещи, как еда или сон. Кончилось все дело тем, что на почве нервного переутомления у парня капитально поехала крыша. Его сосед по общаге рассказывал, что проснулся он как-то ночью от странного ощущения, повернулся на бок, и увидел, что заучка стоит рядом и немигающее смотрит на него. «Ты чего?» — спросил мигом проснувшийся студент. Не меняя выражения лица, парень попросил у соседа мочалку. «Так ведь у тебя своя есть» — изумился тот, на что заучка лаконично ответил: «Твоя пушистее».

Это был первый инцидент, после которого по вузу поползли нехорошие слухи, ну а финал наступил, когда заучка начал приставать с предложениями весьма непристойного характера к уборщице Бабке Клаве, бывшей старше его минимум на полвека. В общем, перезанимавшегося студента увезли в дурку прямо с лекции, и обратно он уже не вернулся, так что я теперь точно знал, что в учебе обязательно нужно делать перерыв. Иначе слетевший с катушек Темный маг для этого мира окажется большим сюрпризом.

Нет, надо, очень надо прерваться и хорошенько выспаться. Решено, так и сделаю! Вот только добью всю литературу, рекомендованную Ризаком, прочитаю труды по истории магии и дойду до конца энциклопедии Хукорна. Ну и букварь осилю целиком, чтоб если сходить с ума, то хотя бы образованным человеком! Улыбнувшись своим мыслям, я пододвинул поближе старый фолиант и погрузился в чтение. И только почувствовав, что голова вот-вот взорвется от обилия поступающей информации, разрешил себе буквально на минутку положить гудящую тыковку на раскрытую книгу, отчего-то оказавшуюся мягче пуховой подушки.