Чтение онлайн

Они быстро поднялись по ступенькам и вошли в холл, поднялись по одной из двух парадных лестниц на второй этаж и прошли через анфиладу из нескольких комнат до большой гостиной.

— Мама! — суровый начальник для двадцати тысяч воинов, консул Империи и без пяти минут триумфатор бросился на колени перед сидящей в кресле маленькой, изящной женщиной лет сорока-сорока пяти и уткнулся ей лицом в колени, как делал это в возрасте пяти лет, когда в чем-то провинился и хотел испросить прощение.

— Ты не забыл! — засмеялась она, обнимая его за плечи. — Я тебя, мой мальчик, уже заждалась. Надеюсь, что на ближайшее время твои обязанности перед Империей выполнены, и ты уделишь все свое время нам. Завтра тебе надо будет появиться во дворце императора для чествования, а потом ты только наш.

— Я постараюсь, мама, — осторожно ответил Лаций. — Я все-таки человек военный. После похода должен быть отпуск, и вроде поводов его мне не дать я не вижу, но всякое может быть.

— Какой смысл иметь мужа-сенатора и сына-консула, если они не смогут добиться от имперских чиновников того, что те и так обязаны сделать? — сказала Селина.

— Мама, кроме чиновников, есть еще император.

— Ты опять что-то задумал, сын?

— Давай поговорим об этом позже, когда вернется брат. Отец, наверное, тоже скоро будет дома. Он должен быть в курсе моих затей и может внести ясность в мою ближайшую судьбу. Но в любом случае, что бы ни случилось, постараюсь хоть несколько дней посвятить вам.

Брат за год заметно подрос и немного раздался в плечах. Когда закончились первые радостные вопли и похлопывания друг друга по плечам [20] , он сразу же потребовал подробного описания разгрома извечного врага.

Пришлось рассказывать.

— Эх, жаль меня там не было! — с завистью произнес Рабус. — Надеюсь, в следующем походе мы с тобой будем вместе. Где твоя походная броня? Посмотреть можно?

— Я ее оставил в первом легионе. Мы сюда вообще налегке приехали. Захватили с собой только луки для охоты. Ну и, само собой, мечи. В легион должны прислать для прохождения сборов пару центурий новичков, а часть легионеров отпускают на два месяца в отпуск. Я договорился с теми, кто едет в эти места, что они привезут мои вещи в обозе. А по поводу похода… Знаешь, давай сейчас пройдем на женскую половину. Есть разговор, и я хочу провести его в присутствии матери и сестры.

Братья нашли Лидию, отобрали у девушки книгу, которую она увлеченно читала, и все трое направились в комнаты матери.

— Настало время разговора? — спросила Селина, увидев их компанию. — Отца ждать не будем?

— Вообще-то, он и так в курсе. Я вам хотел рассказать.

— Ну, тогда располагайтесь поудобнее, а ты можешь рассказывать, что задумал.

Лаций сел на скамью ближе к матери и начал:

— Когда я еще до своего назначения на юг обдумывал, как можно решить проблему с кочевниками, избавив Империю от них пусть не навсегда, что вряд ли возможно, а хотя бы лет на десять, мне в голову пришла мысль, что на самом деле мы этим конным варварам должны быть благодарны, и очень сильное ослабление врага может быть опасно.

— Как эти грязные убийцы могут быть полезны? — удивилась Селина. — Что-то твои мысли для меня непонятны. Ты не рабов имеешь в виду?

— Ну какие из них рабы, мама, — возразил Лаций. — Я имел в виду то, что наличие серьезной опасности сотни лет не давало нам одряхлеть и зарасти жиром. Именно сильный и безжалостный враг заставлял Сенат выделять большие средства на армию, постоянно ее усиливать и совершенствовать. Они выполнили ту же функцию в отношении армии, какую вот уже больше сотни лет выполняет союз королевств в отношении флота.

— Ты хочешь сказать, что теперь, когда угроза не так велика, Сенат пойдет на сокращение армии? — с недоверием спросил брат.

— Сторонники такой экономии в Сенате есть, но, думаю, никакого сокращения не будет хотя бы из-за того, что степняки унялись лишь на время. А если пройдет мое предложение, то армию, скорее всего, еще и увеличат.

— Ты об этом хотел рассказать? — спросила мать.

— Да. Пять столетий назад наши предки создали Империю, присоединив к Сорме тех соседей, до кого смогли дотянуться. Уже тогда мешающие кочевники и необходимость навести порядок в новой Империи заставили прекратить попытки еще больше увеличить страну.

— Куда уж больше, брат? — с недоумением спросила Лидия. — Мы и так больше всех остальных соседей вместе взятых. Даже в союзе королевств жителей меньше, чем в Империи.

— А почему не больше? — вопросом на вопрос ответил Лаций. — Воевать с союзом королевств никто не хочет, но есть же еще варварские королевства за проливом! Сейчас в наших руках сила, которой им противопоставить нечего. А нам совсем не помешают новые земли и богатства их жителей, рабы, наконец!

— Рабы?

— А чему ты так удивляешься? Кто работает на каменоломнях и дерется на потеху публике на арене цирков? Кто надрывает жилы на военных галерах? Степняки в качестве рабов не подходят: сломить трудно, а живут в неволе очень недолго. Мы уже довольно давно покупаем своих рабов у островных пиратов. А это, между прочим, в основном именно жители тех самых варварских королевств. В конце концов, они рано или поздно ощутят величие Империи, когда сами войдут в ее состав и станут провинциями.

— Ты представляешь, сын, сколько прольется крови?

— Величие без крови не бывает, мама! Если бы наши предки боялись лить кровь, мы до сих пор скитались бы в повозках с дырявыми шатрами по своей Сорме. Это если бы нас не завоевал более сильный противник.

— Я боюсь, что в той крови, которую ты собираешься пролить, будет и твоя собственная или кровь твоего брата. Ведь за величие надо платить. Матерям трудно терять сыновей, но когда такое происходит при защите родины, вместе с горечью приходит понимание, что иначе нельзя. А отдавать кого-то из вас за величие Империи… Знаешь, Лаций, по-моему, этого величия у Империи более чем достаточно. Но вижу, что спорить с тобой об этом совершенно бесполезно. Какие вы еще мальчишки! Вам бы только мечом помахать. Что ты, что твой брат. Вон, смотри, как у него глаза горят. Кому ты свои предложения выложил?

— Императору. И он вроде принял благосклонно. Вернется отец, и я попробую у него узнать подробности.

Март Савр появился в доме через два часа после этого разговора. Глава семейства сбросил на руки слуге свой плащ, оставшись в красной сенаторской тунике с золотым поясом, и сразу направился в комнаты Лация. О приезде сына он уже знал.

— Рабус, марш отсюда, — приказал младшему отец. — У меня с твоим братом важный разговор. Ну-ка, дай я на тебя посмотрю. Малость заматерел, раны не наблюдаются, что не может не радовать. Что ты на меня так вопросительно уставился? Заварил ты кашу, сын. Конечно, рано или поздно, кто-то должен был высказать идею завоеваний стран за проливом. Победив кочевников, да еще так убедительно, ты сделал это реальным. В целом Сенат склонен поддержать тот план, который ты предложил императору. Вопрос только в сроках. В этом году точно ничего не получится.