Чтение онлайн

Я хочу его спросить, видит ли он тоже сны, в которых Собек Васел высасывает его душу.

***

– ЗДЕСЬ ТОЧНО ТАК ЖЕ, КАК В МОИХ ВОСПОМИНАНИЯХ, - отметил Каликс, осматривая территорию Лагеря Монарха.
– Только без детей, конечно же.

– Они просто еще маленькие дети, - пробормотала Сараю.
– Уже поздно. Они, наверно, уже спят.

Они прибыли в лагерь уже после девяти, и Каликс рефлекторно взял Сараю за руку, когда выходили из геликоптера. Они летели в одиночестве, так как Собек прилетел раньше.

В течение этого короткого перелета из Саббатикал-Сити, Сараю не замолкала ни на секунду, но это его не раздражало. Теперь Каликса привлекала его предписанный партнер. Конечно же, он не был по уши влюблен в нее. Но, очевидно, она безумно красивая. Она также была исключительно умна и чрезвычайно любопытна. Может быть, ему удастся заручиться ее помощью, чтобы выяснить, как можно подорвать деятельность его отца. Каликс улыбнулся. Все по порядку.

– Прогуляемся по территории?
– спросил он Сараю, сжав ее руку.

– Я бы с удовольствием, но твой отец сказал идти сразу же в ЛМ-5, - нервно ответила она.

– Я не большой фанат делать, как говорит мой отец, - ухмыльнулся Каликс, ближе подходя к Сараю. Они были прямо перед флагштоком. Он смутно помнил, что видел что-то про флагшток в одной из голограмм, которые отец показал ему пару недель назад. Отмахиваясь от воспоминания, он перевел внимание на своего предписанного партнера. Он хотел успокоить ее беспокойство, которое читалось в ее глазах.

– К тому же нет ничего романтичнее, чем поплавать при лунном свете. Доверься мне.
– Он наклонился и поцеловал ее, чувствуя тепло ее губ, когда она ответила на поцелуй.

– Тогда ладно.
– Она улыбнулась.
– Собек может быть и мой мировой лидер, но ты — мой будущий супруг. Давай посмотрим тут все.

Каликс взял ее за руку и повел к озеру.

ГЛАВА 9

Я напугана

Я почувствовала запах дыма до того, как заметила огонь.

Наслаждаюсь утренним заплывом после первой ночи без кошмаров с тех пор, как вернулась домой. Я вышла на свежий утренний воздух, и непривычно сильный ветер дул мне в спину, пока я заходила в воду. Прохладная вода ощущается как лечебный бальзам, и как с ездой на велосипеде — мои мышцы знают, что делать. Когда я проснулась, то меня охватило странное предчувствие, но я проигнорировала его. Я просто хотела насладиться утром.

Мои мысли абсолютно чисты, когда я сосредотачиваюсь на движениях. Я плавала уже около часа, когда чувство тревоги взяло надо мной верх. Когда я всплываю, чтобы сделать глоток воздуха, неприятный запах резко настигает меня: отвратительная смесь бензина и дыма. Я поворачиваю голову на свой любимый дом и замечаю, что он охвачен пламенем.

Мой папа, я должна добраться до папы.

Я молюсь, чтобы он успел выбраться наружу, но не вижу его в густом дыме. Что, если он все еще спит? С тех пор, как я приехала домой, он ведет себя странно, и я списала это на беспокойство обо мне. А ещё он начал выходить на ночные смены, чего раньше не делал. Моего отца можно описать одним словом: предсказуемый. Он совершенно обычный, пунктуальный мужчина, который рано ложится спать и рано встает. Однако последнюю неделю он не ложится до самого утра. Что-то бормочет о том, что находится на грани открытия, но когда я его расспрашиваю, не отвечает.

Мои руки будто наливаются свинцом, когда я пытаюсь плыть против неспокойных волн. Плыву так быстро, как только могу, беспомощно смотря, как мой дом сгорает в огне. Я давлюсь соленой водой, пытаясь плыть быстрее. «Дыши, Кива, просто дыши», — говорю я себе, пытаясь успокоиться. Как только выбираюсь на берег, мчусь к дому и, наконец, вижу своего отца. Я нахожу его около того, что осталось от нашего дома, откуда он пытается потушить огонь. Как только он меня замечает, то бежит навстречу, держа в руках черный рюкзак.

– Кива, ты жива.
– Мой папа заключает меня в объятия.

– Что случилось?
– Я только сейчас понимаю, что все мои вещи, планшет, голограммы мамы догорают в доме.

– У нас немного времени, - говорит папа и достает из рюкзака маленький предмет.
– Прости, будет больно всего пару секунд.

Мой папа поворачивает выключатель на маленьком ручном токоразряднике, который размером со старомодную отвертку. До того, как я понимаю, что происходит, он кладет его на мой Третий, и я чувствую обжигающий разряд, от которого падаю на песок.

– Для чего ты это сделал?
– сердито спрашиваю я.

– Я заблокировал твой Третий.

– Это незаконно, - говорю я с недоверием. Я теперь Заступник и должна следовать правилам, а также контролировать остальных. Я могла бы выдать отца за такой вопиющий акт измены. Это тест? Я никогда не причиню вред папе. Но почему он не подчиняется закону?

– Кива, я должен был сделать это. Теперь они не смогут отслеживать тебя. Тебе нужно стать невидимой, - торопливо говорит отец, осматривая пустой берег. Он вставляет самодельный Третий на место старого. Кристаллическая точка, которая полностью похожа на мой прежний Третий.
– Это только для видимости — он не работает, но выглядит правдоподобно. Теперь иди, они скоро придут.

– Кто? Папа, ты пугаешь меня.
– Я плачу и начинаю дрожать. Я все еще мокрая после плавания. Воздух заполнен дымом, а серый пепел слетает от дома, прилипая к моему мокрому телу.

– Слушай меня очень внимательно, — говорит он, снимая свою синюю толстовку, чтобы я её надела.
– Я работаю над проектом, который не совсем соответствует моей специальности морского биолога.
– Он пихает мне в руки рюкзак.
– Я закончил его этой ночью. И потратил всю жизнь, чтобы найти точный ответ. Он здесь. Содержание бесценно.
– Ветер, гудящий в огне, заглушает голос отца.
– Ты должна найти Лабиринт.

– Лабиринт?
– Я едва слышу его голос.

– Отправляйся в Саббатикал-Сити, Кива. Слушай свои чувства.

– Я не понимаю.
– О чем говорит отец? Мой папа всегда следовал правилам. Протоколу. Проводил каждый день своей жизни в океане, работая на Опреснительном Заводе в области токсикологии. Теперь он внезапно отключает мой Третий и говорит слушать инстинкты, которые он отказывался принимать всю мою жизнь. В этом нет никакого смысла.

– Это ложь, Кива. Это все ложь. Собек и Глобальное Управление не защищают нас от вымирания. Они делают нас послушными и пресмыкающимися. Лагеря, вода…