Assassin
Шрифт:
Распахнув дверь, я укуталась в пальто и вышла на улицу, слыша за спиной тихий плач подруги.
«Прости, Лайза. Простите меня все»
Если бы я решила остаться у Лайзы хотя бы еще на час, то непременно начала бы жалеть себя.
Что может быть хуже бесполезной жалости, мешающей оценить ситуацию? Жалость накидывает теплое уютное покрывало, согревает и размягчает, укутывает доброй заботой, заставляет зациклиться на себе самом и на своих бедах.
Но она не помогает найти выход. И потому мне противопоказана.
Со мной случилась странная метаморфоза.
Придя домой, я села в любимое кресло и сразу принялась составлять список дел на оставшиеся пятнадцать дней. Поначалу я боялась, что как только увижу родные стены, сразу расклеюсь и начну рыдать. Но этого не произошло. Переступая порог квартиры, я чутко прислушивалась к внутренним ощущениям, ожидая взрыва эмоций в виде нахлынувших воспоминаний о былом, и истерик, что всего этого уже не вернуть.
Но знакомые стены показались мне тусклыми и безликими. Я осматривала собственную квартиру равнодушно, как будто зашла в чужой дом, где меня никогда не любили, и откуда было не жаль уходить навсегда.
«Потому что у меня больше нет дома. Он мне не нужен»
Я стояла и смотрела на знакомые предметы без сожаления и печали, как смотрит больной, потерявший память и оттого не испытывающий боли.
В моей голове было пусто, а в душе темно и тихо. Корпус все-таки убил меня. Он сделал это еще до того, как я навечно закрыла глаза, оставив право смотреть на то, как живут другие целых пятнадцать дней. Долгих пятнадцать дней. Самых коротких пятнадцать дней.
«Что ж… Что есть, то есть»
Я сбросила пальто, вымыла руки и села в кресло. Передо мной лежал чистый лист бумаги и ручка. Именно ей я определю себе расписание «на оставшуюся жизнь».
От этой мысли я жестко усмехнулась.
«Действительно идиотизм. Кто-нибудь мог подумать, что я доживу до такого? Ааа? Харт, ты мог, например? Нет? Вот и я нет…» - Зачем-то мысленно обращалась я к своему начальнику.
Ручка торопливо бегала по листу, выводя буквы синими чернилами.
Написав несколько пунктов, я откинулась и посмотрела в окно.
В памяти всплыло красивое лицо с серо-голубыми глазами.
Рен.
«Где ты сейчас, что делаешь? Занят очередным важным делом по поимке злоумышленников? Ты, поди, и думать забыл, что есть на свете такая вот Элли, которая из-за тебя теперь составляет чертов план судьбы…»
Судьба…
А такой ли она должна быть? Действительно ли мне осталось пятнадцать дней и ничего уже невозможно изменить?
Я нахмурилась. Вдруг появилась слабая надежда, что исход может быть другим.
«Вероятно, я еще не полностью умерла изнутри, раз продолжаю думать об этом»
«Ну что ж. Подумай.
– Произнес внутренний голос - Если не найдешь выхода, то хоть перестанешь казнить себя, что ничего для этого не делала»
Я как будто откинула черное облако, кружившее надо мной с момента оглашения Линдером приговора, и впервые разрешила себе думать в этом направлении.
А что я могу сделать?
«Первое и единственное - это доказать свою невиновность. Только в этом случае с меня, возможно, снимут обвинение и избавят от ловушки. Но кто мне может в этом помочь? Рен? Прийти и голословно доказывать, что он был не прав? Мало шансов… Тогда кто? Кто еще знает, что я была не при чем….»
«Марк!
– Осененная этой нехитрой мыслью, я подпрыгнула в кресле.
– Точно Марк! И как же я раньше не подумала о нем?»
Теперь, когда надежда разгорелась ярче, а сердце оживленно забилось, я начала лихорадочно соображать, как мне убедить Марка встать на мою защиту и выступить с подобным заявлением перед Комиссией. Захочет ли он? Пойдет ли на этот шаг ради человека, с которым знаком всего несколько дней?
Этого я не знала. Но ведь попытка не пытка? Нужно его хотя бы найти и поговорить, а уже потом думать, что делать в случае отказа.
Подскочив с кресла, чтобы найти телефонный справочник, я заметила лежащее рядом пальто и застыла на месте.
«Записка»
Только сейчас я вспомнила об обещании данном Ниссе.
Пребывая в нерешительности, я стояла и смотрела на шерстяное пальто, раздумывая, что же сделать первым. Найти Марка или отвезти записку?
«Отвезти записку.
– Сразу услышала я собственный ответ.
– Ведь именно Нисса помогла мне стоять здесь сейчас, рисковала ради этого своей жизнью, надеясь, что я не обману и как можно скорее передам послание адресату»
Немного расстроенная, но не потерявшая решимости довести до конца оба дела, я протянула руку к карману и нащупала маленький листок. Вытащив его, я увидела, что он сложен вчетверо, а на самом верху неровными буквами выведен адрес:
«86025, Минбург, Филлинтон Авеню, 26 (Герберту Дону)»
Минбург?!
С самого начала я была уверена, что человек, которого имела в виду Нисса, находится в Канне. Оказалось, что нет. Вот так задача…
Я задумчиво почесала подбородок и направилась к шкафу, чтобы найти атлас.
Водя пальцем по разноцветным линиям, я искала глазами нужный город.
«Ага! Вот он.
– Я уперлась взглядом в черные буквы рядом с крошечной точкой. Проследив расстояние, я с ужасом присвистнула и медленно отложила карту.
– Полторы тысячи километров! Боже мой! Даже если находиться за рулем по восемь часов в день, то я буду там, в лучшем случае через двое-трое суток»
Я задумалась.
«Несколько часов на поиск адресата, еще трое суток на обратную дорогу. Это же почти шесть дней дороги!»