Чтение онлайн

Маск поднялся. – Донесите истину до каждого воина. И готовьтесь. Мы идем на битву. К победе.

Грудь Месарча затопила храбрость; он обнаружил, что уже вскочил на ноги, весь дрожа, что шагает в сумраке, передавая весть всем встречным. Снова и снова.

– Лыковый Баклан поет сегодня. Он поет: нет магии. Здесь нет магии!

Конюшие подобрали поводья и повели коней через двор. Атрипреда Яни Товис передала уздечку в руки грума и зашагала к приземистой башне входа в поместье. Находящаяся в тридцати лагах южнее порта Реннис крепость Боарл была местом «рождения» бригады Травяных Курток; но это было больше ста лет назад, и сейчас крепость держит третий или четвертый сын семейства Боарл, упорно привязанный к старинным титулам Дреш-Преды и Лорда-Владетеля. Под его командой гарнизон едва ли в дюжину солдат – и по меньшей мере двое пьяны. Те, что охраняют ворота.

Уставшая, натершая заднее место о седло Яни Товис была сейчас не склонна к снисходительности. Она взошла по четырем широким ступеням к обрамленным известняковыми камнями воротам. Никого. Она подняла засов и пинком отворила тяжелые створки; вошла в темный коридор, заставив подскочить двух старух с ведрами и сделанными из лозы халита швабрами.

Они вздрогнули, опустили глаза и торопливо склонились.

– Где Дреш Боарл? – требовательно спросила Полутьма, стягивая рукавицы.

Карги обменялись взглядами; одна неуклюже попыталась изобразить реверанс, прежде чем ответить: – Госпжа, он почивает… э… а мы, мы просто подчищаем его ужин.

Вторая служанка тихо хихикнула.

Только теперь Яни Товис ощутила кислую вонь желчи, смешанной со щелочным мылом. – Тогда где Мастер Оружия?

– Госпжа, – снова присела первая, – он выехал с четверьмя солдатами на запад, на берег, сказал, быстро как струя кальмара. И пыль еще не села.

– Значит, он едва выехал? Зачем бы? И как далеко отсюда до берега?

– Госпжа, около звона, каковой он быстрый.

– И зачем?

Они снова обменялись таинственными взглядами. – Госпжа, последнее время берег черный от шепотков. Рыбаки пропадают, демоны скачут из глубин. Острова стали ледовыми и белыми словно изнанка черепушки душегуба.

– Мастер Оружия поскакал проверять суеверные слухи?

– Госпжа, у меня самой кузина на берегу…

– У которой глаз дергается, – прервала ее другая старуха.

– Пусть дергается, это не здесь важно. Там были голоса из моря, она их слыхала и не раз один слыхала. Голоса, госпжа, как у утопленников, она так и говорит, потому как и утопленников тоже не раз один слыхала.

Сзади к Полутьме подошел один из ее сержантов. Атрипреда отстегнула ремешок шлема. – Мастер оставался трезвым?

– Один изо всех, но самый.

– Именно так, – согласилась вторая. – А проклятие хуже всего как раз в такие вот ночи как…

– Молчи, ты! Госпжа солдат чином повыше Дреша!

– Тебе откуда знать, Стяжка? Зачем…

– Вот я знаю! Чей племянник копал отхожую яму для Травяных Курток, как не мой! Чин видать по шейному ожерелью и по крою шапки и…

Яни Товис повернулась к сержанту: – В конюшне есть свежие лошади?

Тот кивнул: – Четыре, Атрипреда.

Первая старуха толкнула вторую, буркнув: – Я ж говорила!

Яни Товис разогнула голову, пытаясь снять напряжение шейных мышц. Закрыла на миг глаза, вздохнула: – Оседлайте их, сержант. Выберите троих наименее уставших вестовых. Я намерена отыскать пропавшего Мастера Оружия.

– Госпожа. – Солдат откозырял и ушел.

Снова обращаясь к старухам, Атрипреда спросила: – Где поблизости расположены Тисте Эдур?

Минуло полдюжины ударов сердца, пока они бессловесно совещались. Наконец первая кивнула себе под нос. – В Реннисе, госпжа. Они не разу нас не навещали.

– И будь довольна, – сказала Полутьма. – Могли бы твоему Боарлу снять голову с плеч.

Вторая фыркнула: – Вряд ли бы кто заметил разницу…

– Тихо ты! – шикнула первая и сказала Полутьме: – Госпжа, Дреш Боарл, он потерял почти всех сородичей, когда Эдур напали. И жену потерял тоже, три года тому под Петельным Болотом…

Вторая сплюнула на только что вымытый пол: – Потерял? Ее сам хозяин задушил и закопал, Стяжка! Но скажу тебе, жена была горяча – нет чтобы говорить то, что хозяин желает слышать и больше ничего не говорить! Вот он и вскипел, и жену прикончил!

Полутьма обратилась ко второму сержанту: – Мы останемся здесь на несколько дней. Приказываю поместить Дреша под домашний арест. Пошлите гонца в Реннис, потребуйте суда Тисте Эдур. Такое расследование потребует волшебства, особенно для разговора с мертвой.

Сержант отдал честь и вышел.

– Лучше бы вам не говорить с покойницей, госпжа.

Полутьма нахмурилась. – Почему?

– Потому как она начнет говорить да не закончит. Хозяин выпил, а она была горяча, прям огонь – могла ему глаза выцарапать, прям так.

– Вы что, ведьмы?

Старухи снова молчаливо посовещались; первая выставила корявую волосатую ногу и тщательно стерла подошвой сгусток мокроты. На пальцах, как заметила Яни Товис, были настоящие когти.

– Вы из трясов? Кудесницы Старых Путей?

Старухи наморщили и без того сморщенные лбы. Та, которую назвали Стяжкой, снова присела. – Да и вы здесь рожденная, госпожа, эт точно. Здесь вы, госпжа, девочкой по берегу бродили. Потом уехали, да не так далеко, чтобы забыть. А хозяйка нас не любила.

– Так кто же задушил ее и утопил труп в болоте, Стяжка?

Вторая, казалось, чем-то внезапно подавилась. Справившись с приступом, она сказала: – Дреш отдал нам приказы ясные как паутина на тропке, да, Стяжка? Отдал нам приказы, а мы тут были еще когда первый Черный Камень под крепость закладывали. Мы верные. Боарлы летерийской крови, первые на этих землях, первые хозяева. Дреш Первый отдал нам кровь в полном понимании. Чтобы почернить Черный Камень.

– Первый из дрешцев нашел вас и заставил благословить себя?