Шрифт:
Глава 1
Нейт с трудом разлепил веки и уставился пустым взглядом в трещину на потолке. Опять этот сон. Кошмар, мучивший его с самого детства. Он снова маленький беспомощный мальчишка, а над ним нависает огромная фигура отца с поднятым для удара ремнём. Нейт пытается увернуться, убежать, закрыться руками, но не может пошевелиться. Он застыл, как птица перед змеёй. А ремень свистит и опускается на незащищённую спину. Снова и снова...
Нейт судорожно выдохнул и попытался успокоить нервно колотящееся сердце. Проклятый кошмар не отпускал его и во взрослом возрасте. Сколько же можно...
Он со стоном поднялся на ноги и оглядел тесную спальню под крышей, где ютилась вся его семья - мать, две сестры и он сам. Отец же занимал отдельную комнату на первом этаже, брезгуя спать с "бабами и выкормышами".
Нейт усмехнулся. Хотя бы в этом старый пёс был последователен – он ненавидел их всех одинаково сильно, не делая различий для него, матери и сестер. И только нужда заставляла его терпеть нелюбимую семью. Как и они были вынуждены терпеть его пьяные выходки и редкие, но жестокие вспышки ярости.
Нейт тихо спустился по скрипучей лестнице и вышел на улицу. Было ещё темно. Воздух пах рыбой, солью и водорослями - привычные ароматы их захолустного поселка, затерянного среди скал на самом краю владений Мировой Федерации.
Когда-то отец был известным морским разбойником, ходил с пиратской командой на настоящем бриге, грабил торговые суда и наводил ужас на прибрежные деревни. Было время - весь архипелаг трепетал при одном упоминании его прозвища - Громм Кровавая Секира!
Но после того, как федералы разгромили флот его капитана, а награда за голову самого Громма выросла до баснословных размеров - тому пришлось бросить прежний промысел. Выбора не было - плаха ждала его в любом портовом городе.
И вот уже пятнадцать лет Громм влачил существование жалкого рыбака в этой глухомани. Он возненавидел местных и свою семью, ведь пока он скрывался от правосудия, они стали для него символом и напоминанием его унижения. Громм мечтал поскорее бросить их всех, чтобы вернуться к прежней свободной жизни разбойника.
Проклиная судьбу, отец вымещал злобу на семье. По малейшему поводу в ход шёл ремень или кулаки. А бывало, что и без повода - просто чтобы "не расслаблялись".
Мать и сёстры давно смирились и перестали сопротивляться, но Нейт не мог. В его жилах, так же, как и в отцовских, текла кровь морских разбойников. Пусть даже самую малость, но он унаследовал и жажду свободы, и гордыню предков.
Поэтому юноша постоянно искал повод для стычек и выяснения отношений. И неизменно получал взбучку за свою дерзость - отец всегда был сильнее.
Но были и другие способы борьбы. Тайные и коварные. Нейт учился презирать открытое противостояние как глупость. Лучше изводить мелкими пакостями, незаметно наносить удар в спину, когда противник этого не ждёт... Так настоящие морские волки поступают с врагами. И однажды придёт его черёд отплатить отцу за все унижения!
И вот настал этот день…
Как обычно, Нейт вместе с отцом вышел в море за рыбой. Погода стояла хорошая, улов обещал быть богатым, но при подъеме одной из сетей та зацепилась за камни и порвалась.
– Идиот!
– заорал Громм - Сколько раз говорил тебе следить за глубиной!
Он в ярости замахнулся на сына, и тут Нейт заметил странное свечение в разрыве сети. Больше не обращая внимания на отца, юноша нырнул в воду.
В разрыве сети на дне покоился странный шар размером с крупное яблоко, в глубине которого медленно клубилась загадочная субстанция, меняя оттенки от антрацитовой черноты до молочной белизны.
Нейт слышал легенды о Семенах Пути – квинтэссенциях мощи одного из аспектов бытия заключенных в форму сферы, дарующих фантастическую силу, но всегда требующих за это страшную цену. Не раздумывая, он схватил Семя... и тут же его охватила череда сменяющих друг друга видений.
Перед глазами юноши возникли образы невероятной красоты, исполненные света и радости. Нейт словно парил в потоке чистейшего счастья. Но райские видения тут же сменились адскими кошмарами. Нейт увидел миры, полные скорби, ужаса и отчаяния. Он слышал вопли, пронзительные, как скрежет металла по стеклу. Холодные пальцы сжимали его сердце все сильнее.
Очнувшись, Нейт с удивлением увидел себя в лодке, а рядом с ним мокрого отца. Громм держал в руках Семя Пути и задумчиво его разглядывал. Значит, он все же вытащил сына из воды, хоть и не проявлял по отношению к нему теплых чувств.
– Где... откуда оно взялось?
– хрипло спросил старый разбойник.
– Это я нашел его на дне!
– выпалил Нейт, с трудом поднимаясь.
– Оно моё! Отдай!
Громм хмыкнул в ответ:
– А что ты с ним собрался делать, сопляк? Семя Пути - не игрушка для мальчишек. Я и сам толком не понял тех видений, что оно мне показало... Но нутром чую – Семя чертовски сильно! Думаю, стоит оставить его себе. Хотя…если я его продам, хватит денег, чтобы убраться отсюда подальше.
Эти слова Громма о том, что он продаст Семя Пути, прозвучали для Нейта как приговор. Значит, отец вот так просто отнимет последний шанс вырваться на свободу? Но что юноша мог ему противопоставить?
Даже в детстве Нейт понял - Громм был настоящим монстром. Он никогда не выказывал всей своей силы, предпочитая скрывать ее. Но пару раз Нейт видел, на что способно это чудовище...
Однажды, в портовой таверне их столицы, пьяные моряки решили поиздеваться над мальчишкой, который волок за собой безвольное тело пьяного отца. Толкнув Нейта, они рассмеялись, глядя как тот упал и разбил лоб. Но вдруг веселье оборвал голос момента протрезвевшего Громма:
– Что за тварь тронула моего сына?
На угрозу Громма моряки лишь осклабились и обнажили оружие. Что произошло дальше, навсегда врезалось в память Нейта.
Его отец двигался с нечеловеческой скоростью, нанося жестокие удары голыми руками. Кулаки Громма разрывали плоть и крошили кости, будто те были сделаны из хрупкого фарфора. Через пару секунд отряд закаленных моряков превратился в кровавый фарш, кусками плоти и требухой разбросанный по всему залу.
Нейта вырвало от отвращения и ужаса. Но Громм этим не ограничился - он объявил всем свидетелям бойни, что они тоже должны умереть. За то, что видели его лицо и могут выдать федералам.