Чёрный день
Шрифт:
И всё это он, только такой разный, что трудно поверить. Саша мог бы протянуть ниточку от прошлого к настоящему и склеить эти части, но знал, что получившаяся картина ему не понравится. Слишком уж плохо она его характеризовала. Да, он наделал много ошибок, не в то верил и не тому поклонялся. Теперь поздно было пытаться что-либо исправить, да и некому стало каяться. И вообще, пусть кидается камнями тот, кто в минувшую эпоху вёл себя как Человек с большой буквы.
А интернет-патриоты пусть помолчат. В сети они могли соревноваться, кто больше любит Сталина и СССР, кто самый соборный и имперский, а, возвращаясь в реал, наверняка жили как все. То есть как свиньи, расталкивая окружающих локтями в крысиной беготне за длинным рублём… вполне в духе тех же пиндосов.
Где они теперь, эти «бойцы невидимого фронта»? Если, конечно, выжили… Сидят по своим норам на ящиках тушёнки? Не им судить его. Как, впрочем, и не ему — их.
Парень оставил попытки самоанализа и попытался встать. Это далось ему не с первого раза — его всё ещё пошатывало. Александр чувствовал себя лучше, мысли снова стали ясными. Похоже, пока он спал, его мозг сумел не только почистить оперативную память, но и провести дефрагментацию. Возможно, он даже отформатировал этот самый диск, освободив его от груза, который все эти недели лежал у Саши на плечах.
Тем лучше, впереди много работы. Во-первых, надо найти себе настоящее жильё. Во-вторых… Вчера, сразу после откровения у пропасти, Саша рассмеялся бы таким мыслям. Тогда у него был одни план — поскорее умереть, но теперь он знал, что этой мечте не суждено сбыться. Он заставит себя бороться, чтобы снова не столкнуться с Провалом и дожить до рассвета.