Чтение онлайн

Платон почесал голову, и прошептал под нос:

— Удивительное двоемыслие.

Они остановились у ворот большой усадьбы, стоявшей на холме. У ворот стояли двое солдат, точно таких же, как те, что охраняли вход в город.

— Я бы хотел увидеть Астиага, своего отца, — обратился к солдатам Криксар. — Меня зовут Криксар.

Солдаты переглянулись.

— Боюсь, путник, это невозможно. Астиаг погиб полтора года тому назад, а ты видно давно не был в городе.

— А его брат, Астиар?

— С тех же пор в земле, храни господь его душу, — сказал один из солдат с искренней грустью в голосе.

Криксар растерялся, обернулся на своих спутников: Платон смотрел сочувствующе, Амалзия потерла пальцы — универсальный жест, намекающий на плату.

— А кто же теперь Хранитель?

— Я, — раздался мягкий, но звучный голос позади них.

Они обернулись. Там стоял мужчина лет тридцати, одетый в плащ пурпурного цвета, который был закреплен блестящей золотой фибулой. Если с солдат можно было писать статуи, то этот человек был прообразом всех статуй на свете. Он был сложен идеально — высокий, с рельефными мускулами и идеальной осанкой, лицом будто выточенным из мрамора. Всё это украшалось копной густых черных волос и пронзительным взглядом светлых глаз.

— Кир?! — воскликнул Криксар.

Мужчина пристально смотрел на него несколько секунд, потом удивленно сказал:

— Не может быть.

— Как ты красив, брат! Жизнь явно с тобой ласкова.

— Мира, — из-за спины Кира вышла женщина, на вид немного старше его, — познакомься с моим пропавшим братом Криксаром, сыном Астиага!

Кир обернулся на неё, посмотрев в глаза чуть дольше, чем это обычно бывает. Она едва заметно кивнула.

Женщина была красива, хотя и не выглядела такой идеальной, как её спутник. Изящный наряд, сложная прическа — она выглядела богаче людей на улицах. Если Платон правильно понимал местные цены, то золотые браслеты на её руках стоили едва ли не столько же, сколько эта усадьба.

Она поклонилась и сказала:

— Рада знакомству. Но разве вы не пропали в своем путешествии несколько лет назад?

— Пропал, ваша правда. Я был схвачен кочевниками и провел в плену почти три года, — Криксар весь сиял, — и спасся только благодаря этим людям.

Кир и Мира только сейчас обратили на них внимание. Взгляды их обоих сначала были не слишком внимательными, но резко стали заинтересованными — у Кира благодарным, а вот у Миры любопытным.

— Брат мой, друзья. Негоже стоять нам на улице, пройдемте внутрь!

Внутри усадьба оказалась полна солдат. Большая часть из них тренировалась, звенел металл. Их провели к большому дому, где они остановились в большом зале. Кир налил вина, раздал всем по кубку. Платон только пригубил, а вот Криксар с большим наслаждением осушил сразу половину.

— Так значит, вы спасли моего брата из лап дикарей?

— В основном он, — кивнула Амалзия, указывая на Платона, — я лишь ведущая каравана. Честно говоря, именно Платон уговорил меня взять вашего брата с собой, а не оставить в пустыне. Да и сам побег устроил тоже он.

— О, да, ты бы видел, как он убил того кочевника, — довольно сказал Криксар, — это будет сниться мне в самых сладких снах. Но Амалзия согласилась дать мне место в караване, мои вода и еда тоже были за её счёт, так что мой долг ей ничуть не меньше.

— Убил кочевника? Убедил ведущую каравана взять лишний рот? Да вы человек многих талантов! — Кир обратил свой цепкий взор на Платона. — Откуда вы?

Платона не оставляло ощущение, что его препарируют словно на хирургическом столе, но он не мог понять, с чем это связано. Что ж, видимо, его легенда сейчас пройдет проверку на прочность.

— Я с островов, которые вы называете Анъйес.

Кир снова взглянул на свою подругу и снова чуть дольше, чем это делают обычно.

— Ого. Вы удивили меня. Никого оттуда не встречали уже сотни лет, так что многие считают, что те острова — лишь легенда. Но видимо, они ошибаются. Как же вы оказались здесь?

— Я был исследователем, первооткрывателем. Хотел узнать, что там за великим морем, преодолеть бури. — Платон усмехнулся. — Увы, как это часто и бывает, бури оказались сильнее. Меня вынесло на берег, к тому же я на какое-то время потерял разум от жара и соли, так что забрел в пустыню, где меня и подобрали караванщики.

— Расскажи ещё как убил мантикору её же собственным жалом, — добавил Криксар.

— Господь, судя по всему, берег вас для великих дел. — Кир повернулся к Амалзии. — А ваше сердце, видимо, полно любви! Впрочем, мне кажется, будто я вас видел раньше.

— Это вполне возможно, я сопровождаю караваны из Псайкры не первый год. Вы могли видеть меня в городе.

— Да, ваши волосы трудно не заметить! — Кир обворожительно улыбнулся и хлопнул в ладоши. — Друзья, если позволите вас так называть, я очень хочу услышать вашу историю, но меня ждут дела города. Не откажите мне в удовольствии принять вас на ужин сегодня вечером.

Платон с Амалзией переглянулись. Она начала:

— Господин, боюсь мы…

— Не отказывайте, прошу вас, — сказала женщина, — мы должны отблагодарить вас.

Амалзия хотела было возразить, но Кир уже встал с кресла и поставил кубок.

— Прошу прощения, а теперь я должен откланяться. До вечера, друзья мои! — Он обернулся к брату. — Криксар, Мира покажет тебе, где можно разместиться, а деловые вопросы решим позже.

— Что это было?

— Это, друг мой, — усмехнулась Амалзия, — крупное везение. Твой спасенный товарищ оказался родственником нынешнего Хранителя города. Я-то думала, его отец какой-нибудь мелкий аристократ или купец, так что награда будет невелика, а тут можно сорвать куш.

— Хранитель города?

Она кивнула.

— В Псайкре правит совет Четырёхсот, но для военных целей они назначают Хранителя, который обладает довольно широкими полномочиями, но только в рамках командования войсками и стражей. Почётная должность, так что вдвойне удивительно, что Кир сумел стать хранителем так рано.

Они двинулись с холма вниз, разглядывая залитые солнцем улицы.

— И чем он мог это заслужить?

— Я не слежу за политикой, но знаю, что он разрешил какую-то заварушку между кайртийцами и хенекийцами, а потом вернул под власть Псайкры так, что те стали как шелковые. Плюс, насколько понимаю, солдаты его почти боготворят, так что было бы трудно поставить кого-то иного.