Чтение онлайн

Ксан тоже иссушилась. Она с трудом дышала. И Луна каждый миг сидела рядом с Ксан и держала её за крошечную, тонкую, как свет, ручку.

Сёстры оставили окна распахнутыми настежь. Крики радости прорывались в комнату. Вскрикнула от боли Та, что Поедает Печаль. Вздохнула от счастья Ксан, и Луна сжала её ладонь.

– Я люблю тебя, бабушка.

– Я знаю, дорогая, - прохрипела Ксан. – И я люблю…

И она отошла в мир иной, любя весь мир.

Глава 47. В которой Глерк отправляется в путешествие и оставляет за собою Стих.

Позже, в ту же ночь, в комнате застыли тишина и неподвижность. Прекратил завывать у подножия башни Фириан – ушёл спать и плакать в сад. Вернулась в объятия матери Луна, к Энтену и Эсин, в свою странную, но такую любимую семью. Возможно, она будет спать в комнате с матерью, может быть, свернётся клубочком у своего дракона рядом с вороном. Может быть, её мир стал больше, чем прежде. Как у детей, что стали взрослыми. Глерк думал, что всё встало на свои места. На миг он прижал все четыре руки к сердцу, а после скользнул в тень и вернулся к Ксан.

Пора было уходить. И он был готов.

Её глаза закрыли. Губы – распахнулись. Она не дышала. Пыль, неподвижность… Ксан – но без искры.

Не было луны, но ярко сияли звёзды. Ярче обычного. Глерк собирал свет руками и сплёл из них мерцающее одеяло, обернул их вокруг старушки и прижал к своей груди.

Она открыла глаза.

– Почему, Глерк? – прошептала она. Огляделась. В комнате было тихо, только лягушки квакали. Холодно, согревала лишь грязь. Темно, только солнце сверкало на тростнике и под открытым небом сияло болото.

– Где мы? – спросила она.

Она была старой женщиной. Она была девочкой. Что-то между этими состояниями. И то, и то одновременно.

Глерк улыбнулся.

– Сначала был Буг. И Буг покрыл мир, и Буг был миром, а мир был Бугом.

Ксан вздохнула.

– Мне знакома эта история.

– Но Буг был одинок. Он мечтал о мире. О глазах, которыми мог бы его увидеть. О сильной спине, что помогала бы ему ходить. Руки и ноги, и рот, чтобы петь. И Буг стал чудищем, и чудище стало Бугом. И тогда Чудище спело миру. И мир, и чудище, и Буг были чем-то одним, и связывала их бесконечная любовь.

– Примешь ли ты меня в болоте, Глерк? – спросила Ксан. Она выбралась из его объятий и поднялась на ноги.

– Как всегда. Ты не видишь? Чудище, болото, поэма, поэт, мир… Всё тебя любит. Всегда любило. Ты пойдёшь со мной?

И Ксан взяла Глерка за руку, и они вернулись в бесконечный Буг и зашагали. Не оглядываясь назад.

На следующий день Луна и её мать прогулялись по длинной лестнице и пришли за последними вещами Ксан, чтобы подготовить её тело к последнему пути. Адара сжимала руку Луны, противоядие от горя, но Луна выбралась из объятий своей матери и тоже обвила Адару руками. И вместе они открыли дверь.

Бывшие сестры ждали их в пустой комнате.

– Мы понятия не имеем, что случилось, - глаза их сверкали от слёз. Кровать оказалась пустой и неимоверно холодной, и нигде не было ни единого признака, что Ксан однажды и вправду бывала здесь.

Луна почувствовала, как сердце её немеет. Она посмотрела на мать и встретила тот же взгляд. Тот же знак на лбу… Нет любви без потерь. Мама знала об этом. И она теперь знала. Её мать нежно сжала её руку, уткнулась носом в густые чёрные волосы девочки. Луна опустилась на кровать – но не плакала. Её рука скользнула по кровати – и она отыскала листок бумаги под подушкой.

Сердце создано из звёзд и времени. Досада тоски теряется в темноте. Поглощает бесконечность бесконечность… Сердце моё жаждет – и жажда наполняет тело, а мир всё кружится и кружится… А вселенная бесконечна всё больше и больше. Тайна любви – тайна творения мира, вновь и вновь она обвивается вокруг тебя. Я ухожу. Я вернусь. Глерк.

Луна утёрла глаза и сложила из стихотворения ласточку. Та неподвижно сидела на руке. Она вышла на улицу, оставив мать там. Солнце только поднималось, окрасилось цветами радуги небо. Где-то чудище и ведьма блуждали по миру. И это хорошо. Очень хорошо.

Распахнулись бумажные крылья. Ласточка склонила голову.

– Всё в порядке, - прошептала она. Болело горло, болела грудь. Любовь болела. Почему ж она так счастлива? – Мир прекрасен. Люби его.

И птица взлетела в небо.

Глава 48. В которой история заканчивается.

Да.

Да, в лесу действительно есть ведьма.

Разумеется, ведьма! Она только вчера обходила дом. Ты видел её, я её видела, мы все её видели.

Разумеется, она не разбрасывается своей ведьмовсткостью! Это было бы очень грубо, как можно вообще заявить что-то подобное?

Магия вселилась в неё, когда была ещё ребёнком. Ещё одна ведьма, более древняя, наполнила её большой силой, большей, чем та, с которой могла бы что-то сделать. И магия текла и текла из старой ведьмы в новую, как вниз из горы времён стекает вода. Вот что случается, когда ведьма кого-то берёт под собственную защиту. Магические потоки текут всегда – отдают всё, что только могут.

Вот как наша ведьма получила нас. Весь Протекторат. Мы её, она – наша. Её магия благословила нас, благословила всё, что мы видим. Она благословила фермы, фруктовые сады и огороды. Она благословила и Буг, и Лес, и даже Вулкан! И благословила всех равно. Вот почему люди в Протекторате здоровы, бодры… Вот почему дети румяны и умны. Вот почему у нас есть так много счастья!

Однажды колдунья вышла из стихотворения Чудища в Бугу. Может быть, этот стих создал мир. Может быть, этот стих его оборвёт. Может быть, что-то другое… Я знаю лишь, что ведьма держит его в безопасности в медальоне под плащом. Она принадлежит нам, но однажды её магия исчезнет, и она отойдёт обратно в болото, и у нас больше не будет ведьмы. Только рассказы. Может быть, она отыщет Чудище. Или станет Чудищем. Или Бугом. Или Поэмой. Или Миром. В конце концов, ты ведь знаешь, что это всё одно и то же.