Чтение онлайн

– Лайс, ты прости, конечно, но даже самые любящие братья не ведут себя таким образом. Больше похоже на обычную ревность.

– Много ты понимаешь!

– Может и не много, - согласился он.
– Но кое-что понимаю.

Эн-Ферро процедил что-то сквозь зубы, но что именно Иоллар не расслышал.

Неужели приятель, правда, запал на девчонку? А что, после того, какой она сегодня показалась, вполне вероятно. Да и вообще, с тех пор, как Галла перестала возвращаться из Школы в полуобморочном состоянии, она не то чтобы похорошела... Ну ладно, чего уж там, - похорошела! И мордашка вполне симпатичная, и сама не такая уже тощая, больше просто стройная. А этим вечером, так и вовсе красавица - и волосы уложены, и платье (надо же - платье!) надела. А фигурка, обтянутая черной бархатной тканью оказалась на удивление хороша - жаль ног под широкой юбкой не рассмотреть, но сверху - то, что надо. Если б она с самого начала такой была, он и сам может быть... Хотя нет, не может. Лайс в первый же вечер объяснил, чем это для него чревато. Объяснил, а сам значит...

– Не знаю, что ты там понял, Ил, но думаешь ты как всегда не о том.

Неужели он до сих пор способен проникнуть в его сознание?!

– Да не читаю я тебя - на лице все мысли написаны. А мысли у тебя, по привычке, однобокие. Неужели так трудно понять, что я за нее просто переживаю? И хочу удостовериться, что она пошла именно туда, куда сказала, а не...

Эн-Ферро не договорил, но эльф, кажется, понял, что его беспокоит. И, если подумать, беспокойство это было вполне нормальным для брата молодой симпатичной девушки, отправившейся неизвестно куда на целую ночь. Но странно для простого сопровождающего и всего лишь старого друга семьи. Временами Иоллара грызло любопытство, и он с трудом сдерживался, чтобы не расспросить приятеля о причинах его трепетных отношений к чужой, по сути, девчонке. Вот и теперь хотел спросить, но снова сдержался.

– Да чего там переживать?
– сказал он вместо этого.
– Ей же, в самом деле, не семнадцать лет - вполне, по людским меркам, взрослая женщина, и поехала к тому же не одна.

– Угу. С Сэлом.

Площадь в Школьном квартале пылала десятками костров, сверкала искрами фейерверков, пила, пела, плясала и перекрикивалась на сотни радостных голосов. Шумные компании, целующиеся парочки, в глазах рябит, в ушах шумит.

– И как ты собираешься искать ее в такой толпе?

– Найду!

Пока искали, успели выпить вина у одного из лотков и съесть по куску только что снятого с костра мяса, стоившего по поводу праздника сущие гроши.

– Смотри, там!

Иоллар повернулся. Точно, она. А большая у них компания! Двое - точно парочка, остальные, похоже, сами по себе. Или нет?
– Галла шла под руку с раскрасневшимся от нежданного счастья Сэллером.

– А пальто ее где?
– мальчишку Лайс проигнорировал.

– Да уймись ты, заботливый братец, не замерзнет!
– внутри образованного высокими кострами круга было достаточно тепло, а для того, кто, выпив стаканчик-другой вина, срывался в веселый пляс, должно быть, и вовсе жарко.

И стоило Иоллару подумать о танцах, как рассевшиеся на помосте музыканты закончили недолгий перерыв, отставили в стороны опустевшие чарки, отерли о штаны сальные руки, и грянула музыка. В центре круга закружились разноцветные пары.

Эльф увидел, как Галла кладет руки на плечи с обожанием глядящему на нее пареньку, как тот нерешительно обнимает ее за тонкую талию.

– Ну, убедился, где она и с кем? Не думаю, Лайс, что тебе стоит и дальше здесь торчать - это же маги, пусть и недоученные.

– Пошли, - согласился кард, хоть и не похоже было, что он полностью уже успокоился.
– Ты прав, сама разберется.

Продвигаясь сквозь галдящую толпу к выходу с праздничной площади Иоллар, шедший позади друга, еще раз обернулся на девушку. Вовремя ушли, подумал он, глядя, как Галла, подавшись вперед, целует мальчишку в застывшие в глупой, смущенной улыбке губы...

__________

Юули

Дивер не любил это место. Его раздражала стерильная белизна стен, бесконечные стеклянные перегородки и запах - едкий, кисловатый запах холодной крови. Куда как лучше пахнет кровь горячая, живая, пульсирующая, бьющая струей из разодранной шеи врага, тонкой струйкой стекающая по недвижимому телу жертвы. Но этот дух припозднившейся смерти, витавший в лаборатории Кадма, его бесил.

– Есть новости от мальчишки?
– второй дракон, пребывая сейчас в человеческом обличии, словно не замечая раздражения товарища, продолжал возиться с хрупкими пробирками.

– Нет. Боюсь, мне следовало дать ему более жесткие сроки.

– Следовало, следовало, - задумчиво проговорил Кадм, смешивая содержимое двух сосудов.
– Но мы ведь не спешим? Успеем приготовиться, решить, как поступим в том или ином случае...

– Что значит, как? Какие у нас могут быть варианты, если это все-таки она?

– Вариантов может быть масса, - также неспешно отвечал Хранитель Юули, не отвлекаясь от реактивов.
– Убрать девчонку мы всегда успеем, но прежде я хотел бы чтоб она погостила немного у меня, здесь... Смотри, - он повертел пузатой колбочкой с бледно розовой жидкостью перед лицом гостя.

– И что это?
– скривился тот.

– Стандарт, для сравнения. Изначальная кровь имеет в своей структуре некие принципиальные отличия от крови живущих, и когда твой принц передаст образец, мне будет проще выявить соответствия, имея наглядное пособие.

– Ты хочешь сказать, что сохранил кровь?
– не поверил Дивер.
– Ту самую кровь?

– Я же Хранящий Кровь, - усмехнулся он, - так что еще мне хранить?

– А образцы? Живые образцы, их ты тоже сохранил?

– Нет, - с сожалением ответил Кадм.
– Ты же знаешь, что нет. Ни образцов, ни оборудования - мне не нужны лишние вопросы со стороны Совета.

– Поздно ты забеспокоился о мнении Совета.

– Ты вообще о нем не беспокоишься, - не остался в долгу второй дракон.
– Взять хотя бы это устройство для наблюдения за Вратами.

– Плохое сравнение. Мои проекты не превращаются в героинь древних пророчеств. Зачем тебе вообще все это было нужно: оживлять Изначальную кровь, проводить все эти опыты - возомнил себя Творцом?

– Не самое плохое ощущение, - усмехнулся Кадм.
– Но если честно, сам не знаю. Материалы залежались без дела. Да и не верилось, что это действительно Изначальная кровь, слишком уж сказочно все представлялось, в духе Гвейна. Первые четыре образца вышли с браком - прожили от трех до девяти дней. Потом удалось воспроизвести две мужские особи - один экземпляр препарировал в возрасте семи лет, второго намеревался вырастить до стадии половой зрелости, проследить некоторые физиологические и биохимические процессы. А вот номер семь - это был действительно успех - ее я собирался попридержать до достижения репродуктивного возраста, чтобы проверить этот миф об абсолютной совместимости с различными видами...