Чтение онлайн

— Владения, — ответила девушка. — Мои владения.

Теперь очередь удивляться настала для гвардейца. Он смотрел на эту не очень высокую, бледную и исхудавшую девушку, и никак не мог поверить, что стоит перед владычицей страха.

“Она выглядит очень слабой и больной. Неужели именно она держит других владык в таком ужасе?”

— Вы — владычица Дуги? — спросил Атон немного сдавленным голосом.

— Да, — кивнула “девушка”. — Моё имя.

— Тогда скажите, не видели ли мою спутницу. Её зовут Авива, она приёмная дочь владыки Адэхи.

— Брат леса… получил дочь? — спросила задумчиво Дуги. — Девушка… оказалась сильной… дошла до меня… и уснула.

Владычица страха отошла на несколько шагов в сторону и указала куда-то за костёр. Когда Стрэйб аккуратно зашёл в “дом” владычицы и обошёл костёр, то увидел Авиву, что лежала прямо на земле в позе эмбриона. Девушка выглядела мирно спящей, но едва заметная дрожь по телу и холодный пот, что покрывал её кожу, говорили о том, что спит она не так сладко, как ей бы хотелось. Стрэйб присел рядом со своей спутницей, и дотронувшись до неё, сразу отдёрнул руку. Девушка была холодной, как лёд в морозную зиму.

— Пробудите её! — вскрикнул Атон, встав в полный рост. — Прошу вас, пробудите. Она холодная, а так быть не должно!

— Я… пыталась, — вздрогнув, сокрушённо ответила Дуги. — Я не могу… сила… не подчиняется.

— Как же я смог пробудиться? — всё с тем же запалом спросил гвардеец.

— Не должен, — покачала головой владычица. — Никто не… мог проснуться. Моя сила… делает кошмары… самые страшные, что есть… в душе. Слабые погибают быстро… сильные борются… но погибают тоже.

Услышав это, Атон скрипнул зубами и издал звук, похожий на рык и скулёж одновременно. Поняв, что от владычицы добиться ничего не получится, Стрэйб вновь упал на колени рядом с Авивой и начал… гладить её по волосам.

— Авива, — говорил он голосом, которым родителя успокаивают испуганное дитя. — Прошу, очнись. Всё, что ты видишь, нереально. Авива, это кошмар, прошу, очнись.

Друидка никак не реагировала, разве что дрожь в теле утихла, но дёргающиеся веки и град пота, что лился с её лба, говорили о том, что девушка всё ещё видит кошмар.

— Как долго длится кошмар? — спросил Атон, глядя на лицо Авивы.

— До… конца жизни, — честно прошептала Дуги. — Моя ворожба… постоянна. Все, кто может… потерять жизнь… теряют, кто не может… спит вечно.

— Как у меня получилось проснуться? — вновь спросил гвардеец.

— Не знаю, — покачала головой владычица, обходя костёр и становясь рядом с Атоном. — Ты… можешь терять жизнь… но не потерял… Никто не просыпался… Даже мои… братья и сёстры… могут превозмочь мою… ворожбу лишь на… недлинный срок… Задержаться — и всё… сон.

— А если, — в голове Атона вдруг появилась идея, которая могла бы быть выходом из ситуации, — вы откроете переход в другие владения, и я её вынесу? Ваша сила уже не будет на неё влиять и тогда она…

— Не поможет, — опустившись рядом с друидкой на колени, Дуги покачала головой. — Она долго здесь… она напиталось моей… силой. Отнеси её хоть… куда… она не проснётся. Владыки могут… избавиться от… влияния силы… те, кто теряют жизнь… нет.

Атон вновь почувствовал, как бессильная злоба одолевает его, затмевая разум, заставляет сердце то замирать, то стучать как бешеное, подстрекая своего хозяина действовать. Атону хотелось рвать и метать, проскакивала даже шальная мысль об убийстве владычицы, чтобы оборвать поток силы, исходившей от неё. Но гвардеец вовремя смог остановиться и не наделать глупостей.

“Если никто не может помочь, будем думать сами. Как у меня получилось проснуться? Что я сделал такого, чтобы выбраться из своего кошмара? Я убил лже-Балдера, но Авиве вряд ли снится что-то такое. Но как тогда? Что я сделал?”

Пока Стрэйб думал, как помочь своей подруге, он не преставал поглаживать её по волосам. Когда Атон вновь взглянул на свою спутницу, то увидел, что её обеспокоенное лицо стало больше походить на то, каким оно должно быть у мирно спящего человека.

“Ей… стало лучше? У неё получается справ… Точно! Я справился со своим кошмаром! Я осознал, что всё вокруг меня — это мой кошмар, и победил его”.

— Я победил кошмар! — воскликнул Стрэйб, чем заставил владычицу вздрогнуть. — Я смог победить свой кошмар, поэтому я и проснулся.

— Победил? — непонимающе переспросила Дуги. — Кошмар… сильный… реальный. Моя сила забирает всё… не кошмарное, оставляя человеку… только страхи.

— Ваша сила поистине велика, — согласился Атон, — но в ней есть изъян. Она сильно искажает реальность и поведение…

— Поведение? — вновь переспросила Дуги и пристально вгляделась своими чёрными глазами в лицо капитана, чем заставила его слегка поёжиться.

— В моём кошмаре я видел… знакомых людей, которые вели себя не так, как они обычно ведут себя. Они стали своей противоположностью, именно это и помогло мне осознать, что я в своём самом страшном кошмаре.

— Стали… не теми, — понимающе кивнула владычица и закачала головой в разные стороны. — Кошмар… забирает не хорошее… поднимает наружу… Светлое оставляет… Человек… не хороший… и хороший сразу… Одно без другого… не получается.

— Да, — с трудом поняв, о чём говорит “девушка” в балахоне, гвардеец кивнул. — Ваш кошмар показывает всех только с дурной стороны. Нужно помочь Авиве осознать, что она спит… но как?

— Видя кошмар… человек во сне… не слышит… чувствует, — Дуги задумчиво посмотрела на друидку. — Ты… трогал её… она… стала лучше… Трогай ещё… Не знаю… я не видела… живых… что могли бы здесь… ходить. Возможно… поможет… другой выход… я не вижу.

От такого предложения Атон вдруг засмущался, но правдивость слов владычицы отрицать не стал.

“Сейчас она выглядит не такой обеспокоенной, как раньше, значит, ей и вправду стало легче. А что касается сна — то и вправду: есть люди, которых и пушкой не добудишься, а есть те, кто от любого шороха просыпается. Прошу, Авива, будь такой”.