Чтение онлайн

— Будьте спокойны, сэр.

«Направляется к Пирсу. Говорит, скажет, когда остановить».

Ван улыбнулся самому себе, видя, что шофер понятия не имеет, что его послание никуда не пошло. И начал исследовать систему связи своими вкраплениями. Менее чем через квартал он вывел из строя звено между приемом и передатчиком. Водитель тщательно скрывал беспокойство, пока машина проходила перекресток за перекрестком. И вот Ван увидел табличку Торжества и сказал:

— Сюда.

— А… десять кредов.

Он бросил вперед кредитки, затем применил прием, который отворил двери, и вышел. Проворно прошел под арку и вниз по пандусу среди горстки других. Похоже, хвост не увязался. Подействует ли его маневр, Ван понятия не имел, но времени не было. Никто не выглядел подозрительно, звенья, характерные для спецслужб, не улавливались, ничто не обеспокоило его ни на платформе, ни во время короткой поездки обратно, к станции у терминала. А оттуда он пошел к консолям для отбывающих, не сомневаясь, что там скрывается ловушка. И, стоя позади двух других пассажиров, рослого мужчины и широкой женщины в ослепительно-зеленом, начал проверять сети.

— Сэр?

Ван шагнул вперед, сказав на эспине:

— Челнок на орбиту, один, затем место до Ланфорда на первый челнок утром.

Служащая непонимающе воззрилась на него. Он повторил просьбу, снова на эспине, одновременно продолжая проверять консоль. Женщина беспомощно пожала плечами. Ван заговорил на староангле, медленно и с запинками.

— Хотеть бы… один… до орбита. Ближайший челнок. Затем хотеть бы… один… для челнок… вниз… Ланфорд… утро.

— Ваши документы, сэр.

Он протянул карточку, ту, что представляла его как Виано Альберто, зная, что не может блокировать сигнал отсюда, но справится с перехватом любого ответа, если тот придет. Впрочем, насколько получилось определить, тревоги не возникло.

— Все данные проверены, сэр. Спасибо. Пройдите через портал три, — и она указала направление.

— Спасибо, — Ван вежливо кивнул. Внимательно осмотрел порталы. Опять никто не остановил его. Любой, кто за ним следил, либо сбился со следа, либо просто молча наблюдает, либо не хочет действовать в открытую. Это ясно… пока.

Он знал также еще две вещи. Ему не стоит возвращаться во владения Республики или места, ею контролируемые под именем, сколько-нибудь близким к настоящему. Но Ван собирался вернуться, хорошо зная, что должен, несмотря на все безумие такого поступка. Вернуться, чтобы получить ответы на вопросы, которые так долго оставлял без внимания, ибо нигде больше не открыть, что в действительности случилось с «Фергусом».

И он не мог потратить остаток своих дней на борьбу с кошмарами или считать себя даже отчасти порядочным, пока все не выяснится.

Несмотря на все свое нетерпение, Ван не повел «Джойо» прямо на Тару, а вместо этого совершил прыжок в другую систему, которая имела лишь номер Y-3134U; бинарная система с необитаемыми планетками и сложными орбитами. Там он припарковал «Джойо» как раз перед зоной, запретной для прыжков. Пришлось проверить компараторы и произвести кое-какие расчеты. Если прыгать немедленно, «Джойо» прибудет в Новый Ойсин в тридень, а это означало бы торчать слишком много времени на Таре, прежде чем можно будет начинать действовать. Ему надо было все подогнать так, чтобы явиться на орбиту около полудня в пяток по новоойсинскому времени. Тогда Ван сможет спуститься дневным или вечерним челноком, провести шестерицу в своих приготовлениях, а затем действовать в концедни.

Кроме того, ему требовалось время подумать.

Сидя в своей каюте, он перечел твердую копию некролога Байле. О смерти командира сообщалось за месяц до замены им Вана, но тот Байле, который явился на «Фергус», имел приказ командования. Далее, РКС без колебаний признали его на этом посту. «Фергус» оставался на Орбитальной Станции в Скандье почти месяц, проходя ремонт, а это указывало, что мнимый Байле действовал не вопреки планам РКС. И Ван даже разговаривал с этим человеком. Было ясно, что выполнялись указания командования РКС или кого-то в командовании, или и то и другое.

Далее случилось истребление правительства Республики в День Основателя. Общий сценарий здорово смахивал на тот, что использовали ревяки в Скандье. Ван не верил, что это проделали ревенантцы, но кто, кроме РКС, на Таре мог так много знать о методологии?

Вдобавок, он единственный, кто остался в живых из экипажа «Фергуса», единственный свидетель встречи у Скандьи, а сам корабль пропал или уничтожен, или и то, и другое. Что следует? Не хотел ли кто-нибудь из РКС, чтобы «Фергус» пропал, с целью получить поддержку в требовании обновления флота? Если да, что это говорит об РКС? И как насчет попыток убить самого Вана?

А играл ли в этом какую-нибудь роль Тристин? Сомнительно. Слишком много было во всей этой неразберихе подробностей, которых Десолл не знал и не мог знать, известных одному Вану и им никогда не упоминавшихся. У Тристана были свои задачи, в том числе, используя неприятности отставного командора РКС, заполучить его в ИИС и задействовать в тайной войне, конечно, являющейся войной, против ревенантцев. Но ИИС имел представительства во многих системах Республики, и Десолл не высказывался и не действовал против Республики так, как боролся против ревенантцев. Вана по-прежнему беспокоила одержимость, или почти одержимость, Тристина этикой, но, познакомившись с Морганом Генри и Джеймсом Петриджем, он вынужден был признать, что предпочитает этику разнузданному эгоизму или тому, что Десолл мог бы назвать личной погоней за большой добычей.

Впрочем, чем больше Ван думал, тем лучше понимал, что все еще недостаточно знает. Подозревать можно сколько угодно, а это означает, что ему, в конечном счете, придется довести до конца дело, пока лишь наполовину продуманное.

Он прошел к каюте Эри и постучался.

— Эри.

— Да, сэр?

— Скажите мне снова, что у нас запасено из личных игрушек, оружия, орудий и грязных хитростей…

Ван все еще надеялся, что кое-что из них впишется в его задумки.