Эффект Этоса
Шрифт:
— Добрый день, сэр.
— Вольно, — Ван проворно зашагал вперед: офицер спешит на службу. Он уже решил, что кабинет субмаршала Викри — одна из его мишеней. Тот должен был знать, что к чему, и Ван сильно сомневался, что все сведения содержатся лишь в мозгу субмаршала. Он не направился сразу же к кабинету Викри в утреннем наплыве офицеров и вспомогательного персонала, а пошел сперва к маленькой столовой для старших офицеров, воистину прославленному вместилищу формуляторных установок и столов, где никому не показалось бы необычным, что некий командор зашел посидеть и подождать.
Ван воспользовался чистой карточкой с данными без ИД, чтобы получить кружку очень крепкого кофе и ячменную лепешку. Человек с лепешкой всегда менее подозрителен, чем тот, у кого только кофе. Затем он выбрал один из небольших пустых столиков близ арки, за которой начинались пандусы, ведущие на второй этаж, а усевшись, принялся медленно потягивать кофе, нет-нет да откусывая от лепешки. И слушал, предоставив вкраплениям и анализатору, запрограммированному Эри и выглядевшему как карточка с данными, сканировать защитные устройства наверху пандуса.
— …рад, что пришла шестерица…
— …такой длинной недели…
— …слышать о том, как ревяки пытаются захватить еще одну систему в слепой зоне…
— Которую теперь?
— Не помню.
Ван захотел податься вперед, но вместо этого отпил еще глоток кофе и подождал, слушая.
— Какое-то место далеко от центра… Шэннар, так, вроде бы… на полпути между владениями Хинджи и Ардженти…
Шэннар? Смутно знакомое название.
— …а почему бы им ее не прихватить… раз все равно слепая зона…
— …перекрывает два пути… могли бы послать туда флот… никогда не знаешь…
— …ближе к кельтам…
— …им тоже нельзя доверять… после такого теракта…
Голоса двух майоров затихли, когда они миновали контрольный пункт наверху пандуса. Ван опять проверил время. 8.20. Все же рановато. Отхлебнул уже остывшего кофе. Два младших командира шагали наверх.
— …нам еще назавтра?
— А почему бы и не нам? Если только ты не устал от здоровой трепки.
— В прошлую семерицу выдрали тебя. Ты это помнишь? Я думал о…
— Это ничего не изменит. Вице-маршал говорит, на Сулине теперь тишь да гладь. И на Керри тоже.
На Сулине тишь да гладь? Эти слова могли иметь много значений. Ван решил покончить с лепешкой и черезмерно холодным кофе. Перед тем, как покинуть столовую, он связался через вкрапления с анализатором, затем перенес информацию и рекомендованный протокол. Наконец встал, отряхнул форму и, оставив кружку и блюдце на столе, направился к пандусу.
Сеть безопасности оживилась, Ван передал через вкрапления рукопожатие. Эри постаралась на совесть, и не было ни малейшей заминки перед тем, как система безопасности объявила : «Проходите, командор Альберт».
Он проворно двинулся по коридору. Все южное крыло занимал отдел по связям с общественностью, дверь за дверью, здесь все занимались освещением деятельности РКС в медиа. Ван уже проходил здесь, когда посещал штаб в связи с отставкой, но толком ничего не разглядел. Захотелось покачать головой.
В конце южного крыла он повернул направо и пошел по коридору, на этот раз мимо помещений маршала РиО, ремонта и обеспечения. Как выяснилось, здесь всего четыре двери. Целый коридор для связей с медиа и лишь треть такого же для оснащения и ремонта всего флота и всех отдаленных станций, установок и соответствующего снаряжения. Папа Кикеро мог бы выразить все это логически. Ван не мог, а только почувствовал, что это безумно нелепо. Впереди, на полпути по западному коридору, находилась, как он почуял, новая установка безопасности. За ней располагались службы разведки и стратегии.
Вокруг никого не было, и не имелось способа проверить, справятся ли вкрапления с помощью того, что удалось собрать. Он помедлил, оглядываясь, как если бы пропустил что-то, к чему направлялся, предоставив между тем анализатору непрерывно изучать экраны.
Как ни удивительно, анализатор сообщил, что протоколы почти идентичны тем, что у экрана внизу.
Ван выпрямился как человек, воспрявший духом, и направился прямо к скрытым экранам и оглушителям, столь же умело скрытым над ними в высоком потолке. Он снова предложил системе контроля рукопожатие, соединенное с его модифицированным удостоверением. А также держал анализатор направленным на систему. На этот раз возникло ничтожное колебание перед тем, как система предложила ему пройти.
Проходя незримый экран, Ван лишь надеялся, что каждая последующая проверка не окажется тяжелее, и беспокоился о возвращении, поскольку системы не различали направлений. Он прошел мимо закрытой и никак не помеченной двери с отдельной системой контроля, вероятно, помещение за ней принадлежало службе разведки и стратегии. А следующая дверь была та самая, в которую Ван уже входил, дверь приемной, где сидели помощники маршала Викри.
Он ненадолго задержался перед дверью, читая надписи на ней и предоставив анализатору вычерпнуть все, что можно. Вкрапления не уловили ничего, как если бы система безопасности, которая там стояла, не зависела от системы здания и была установлена только на день работы.
Ван продолжил шествие по коридору мимо кабинета маршала Коннолли, главы службы разведки и стратегии РКС. На этот раз он не остановился, но дошел до конца коридора, где завернул в туалет. Это был не только повод для задержки — после кофе, да еще и будучи столь взвинченным, Ван нуждался в посещении таких удобств. Он не спеша воспользовался кабинкой, затем вернулся обратно. Остановился у главного кабинета отдела по связям с общественностью и зашел внутрь.
— Сэр? — спросил моложавый майор, пересекая приемную.
— Мне понадобились твердые копии обзоров. Вчерашних и сегодняшних… маршал… — Ван напустил на себя смущенный вид человека, который знает, что нет причин требовать оттисков на бумаге, но вот попросили. Майор рассмеялся.
— Да, сэр. Случается. Минуточку.
Через несколько минут он вернулся с умеренно толстой папкой.
— Сегодня утром здесь перебывали люди из каждого отдела в штабе.
— Такой уж денек, — ответил Ван. — Спасибо.
— Да что вы, сэр.