Эксперт № 39 (2013)

Редакционная статья

Фото: AP

«Деньги — соблазн, который медленно уничтожает человека, Иисус очень конкретен в этом вопросе. Невозможно служить Богу и маммоне. Нельзя: надо выбирать одно или другое! Это не коммунизм. Это чистое Евангелие», — сказал папа римский Франциск на мессе 20 сентября. А уже 23 сентября, выступая с речью в итальянском городе Кальяри, он еще раз вернулся к этой мысли: «Нам не нужна мировая экономика, причиняющая нам вред. Современный мир воздвиг себе кумира в виде бога по имени деньги».

В общем-то необязательные, казалось бы, слова. Ну кого сегодня удивишь критикой капитализма? Да и не ко времени вроде бы. Экономика выздоравливает, еврозона выходит из рецессии — к чему эти множащие сомнения слова о причиняющей вред экономике? Все ведь уже неплохо, а будет еще лучше…

Между тем слова весьма своевременные. Потому что звучащие со всех сторон официальные заверения в окончании спада в Европе не должны вводить в заблуждение. Кризис в ЕС (да и в мировой экономике в целом) вовсе не закончился, он лишь немного притушен. Весьма показательно, например, что по сравнению с сентябрем 2012 года баланс Европейского центрального банка сократился на 25%. То есть фактически идет существенное сокращение ликвидности в европейской финансовой системе. При этом обеспеченность капиталом, устойчивость банковской системы катастрофически низкая — активы восьми крупнейших банков еврозоны превышают реальный собственный капитал в 38 раз. Например, Deutsche Bank при капитале в 56 млрд евро имеет активы на 2 трлн евро. Тогда как, согласно принятому в октябре 2011 года на саммите ЕС решению, минимальный порог собственного капитала европейских банков должен быть доведен до 9%. Не удивительно, что на недавнем выступлении в экономическом комитете Европарламента глава ЕЦБ Марио Драги изо всех сил пытался вселить в общественность оптимизм.

Фундаментальные проблемы экономики Европы далеки от разрешения. Принципы неолиберальной финансовой политики, заложенные в европейский валютный союз, оказывают разрушительное воздействие на социально ориентированные экономики Европы. То есть задача сохранения евро с какого-то момента вошла в противоречие с желанием европейцев сохранить привычный образ жизни. Иными словами, в понимании современных политиков, единая валюта оказывается наиболее приоритетной целью евроинтеграции. Это очевидным образом расходится с представлениями о целях евроинтеграции простых европейцев и поразительно напоминает того самого «бога по имени деньги», о котором говорил папа Франциск.

Понятно, что существующий уровень государственных и корпоративных долгов в западноевропейских странах, уровень социальных обязательств правительств в сочетании со старением населения практически не оставляют Европе шанса на сохранение того уровня жизни, к которому привыкли европейцы. Однако иная финансовая политика могла бы сделать необходимую коррекцию более плавной и менее болезненной, дать шанс европейской промышленности и рынку труда адаптироваться к переменам.

Пока же экономическая слабость Европы трансформируется в хроническое заболевание. Чем дальше, тем выше вероятность того, что вслед за Испанией и Италией острую фазу кризиса придется пережить и Франции, экономическое состояние которой оставляет желать много лучшего. Единственная европейская страна, которая чувствует себя уверенно, — это Германия, которая в начале 2000-х успела провести жесткие реформы социальной сферы и рынка труда. И потому сегодня эффективно конкурирует с соседями по зоне евро (это, например, стало одним из ключевых факторов, которые позволили блоку ХДС/ХСС во главе с канцлером Ангелой Меркель победить на недавних парламентских выборах). Однако эта конкурентоспособность базируется на социальном демпинге — она неустойчива, поскольку подрывает рынки сбыта, и рано или поздно кризисная волна дойдет и до центра еврозоны. Другую же экономическую стратегию сегодняшняя Германия предложить Евросоюзу не способна.

Александр Кокшаров

Сергей Сумленный

Выборы показали, что Германия остается островком стабильности в кризисной Европе. Однако подобное возвышение Германии — особенно в сочетании с консервативной политикой Меркель — опасно для будущего ЕС

Фото: AP

Победа на выборах в Германии возглавляемых Ангелой Меркель консерваторов означает, что продвижение Европы к созданию федеративного супергосударства окончательно остановлено; наметившаяся тенденция к фиксации конфедеративного устройства ЕС набирает силу. Меркель остается самым сильным европейским политиком, поэтому ее линия на повышение роли национальных правительств в ущерб полномочиям Еврокомиссии будет продолжена. Немецкий бизнес, который довольно агрессивно агитировал против социал-демократов, сдержанно радуется, однако остальному Евросоюзу это не обещает ничего хорошего — такое «раздельное» существование в условиях единой валюты обрекает более слабые страны на дальнейшую социально-экономическую деградацию. Ведь противоречие между едва ли не социалистическим характером экономики и неолиберальными принципами функционирования валютного союза будет только нарастать, и самостоятельно вырваться из этой ловушки менее развитые страны ЕС не смогут.

Торжествующая канцлер

Результат консервативного блока ХДС/ХСС превзошел все самые смелые ожидания. Партия действующего канцлера Ангелы Меркель набрала на выборах 41,5% голосов. Это на 7,7 процентного пункта больше результата консерваторов на прошлых выборах. И это лучший для них итог за последние 23 года — то есть с выборов 1990 года, когда на фоне энтузиазма по поводу объединения Германии консерваторы под руководством Гельмута Коля получили 43,8% голосов.

В итоге, с учетом голосов, перераспределенных от партий, не прошедших пятипроцентный барьер, ХДС/ХСС получит в новом парламенте 311 мест из 630 — консерваторы остановились буквально в волоске от абсолютного большинства. До 50% плюс одно место партии Ангелы Меркель не хватило лишь пяти депутатских мандатов. Именно поэтому кадры обычно сдержанной Меркель, пустившейся в пляс вместе со своими министрами прямо в штаб-квартире партии ХДС в Берлине, смотрелись совершенно естественно.

Меркель стала третьим канцлером в истории Германии, получившим право управлять страной третий срок подряд. Ранее это удавалось лишь Конраду Аденауэру и Гельмуту Колю (оба побеждали на выборах по четыре раза подряд). Именно в их ряд — создателя свободной Германии, вытащившего страну из послевоенной разрухи, и объединителя Германии, сумевшего превратить страну в лидера Европы, — смогла вписать свое имя скромная дочь протестантского священника из бывшей ГДР. Немцам нравится и демонстративное спокойствие Меркель на фоне европейского кризиса, и уверенность, с которой она проводит европейскую политику.

Удивительный бундестаг

Впрочем, на этом радостные для немцев новости заканчиваются. Итоги голосования 22 сентября стали не просто сюрпризом, но и большим разочарованием. Впервые за всю историю страны в бундестаг не прошла либеральная Свободная демократическая партия (СвДП). Либералы участвовали в формировании правительств ФРГ на протяжении 45 из 64 лет существования страны. С 1969-го по 1998 год СвДП входила в правительство непрерывно, создавая по итогам выборов коалицию то с консерваторами, то с социал-демократами, за что получила прозвище «делателя королей».