Чтение онлайн

Мир вокруг Лэйми вновь раскрылся, но иначе, чем обычно — сейчас он ничего не видел, только чувствовал. Пусковой туннель казался ему яйцекладом, который пронзает пространство за пространством, чтобы отложить смертельно ядовитое яйцо. На какое-то мгновение безмерная мощь пусковой установки — она включала в себя не только эту вот станцию! — пробила брешь, пронизала бессчетные вселенные, на какое-то мгновение напрямую соединив вселенную С-Ц и Q7GRR/6669-8-8 — и в эту, мгновенно закрывшуюся брешь, скользнула пылающая сфера заряда. В стомиллионную долю секунды после выхода зародыш сработал, сформировав волны метрики и накачав их энергией для старта. Если бы Мроо и сейчас успели бы отреагировать и вновь поставить щит — очень мощный вариант одноразового блокировщика С-Ц — то всё обошлось бы для них и в этот раз. Вот только в этот раз — ничего такого рядом не было.

За одну тысячную секунды изменяющие физику волны разбежались на сто миллионов световых лет, только набирая энергию. Её давал сам процесс изменения, — но плотность энергии волн всё же падала. Если бы сейчас в эту кипящую зону прилетел второй зародыш, — он был бы мгновенно уничтожен, даже не успев сработать.

Волны постепенно гасли, теряя энергию. Лэйми понял, что за следующую минуту они разойдутся на пару миллиардов световых лет, а потом исчезнут — но это была уже не сокрушающая всё и вся буря возмущенной метрики, а уже знакомое ему квантовое вырождение.

Охэйо, пользуясь моментом, запустил в эту возмущенную зону второй заряд, — и он сработал неожиданно мощнее. В этот раз у цели оказалось колоссальное скопление массы, и это каким-то, пока что непонятным Лэйми образом, усилило волны. Охэйо запустил третий заряд…

В этот раз Мроо оказались наготове, и их блокировщик замкнул заряд в сплошную сферу. Метрик-волны, как оказалось, хорошо огибали препятствия, и удержать их могла только «герметичная» защита. Но — не удержала. Вернее, удержала… но недолго. И даже не смогла ослабить разрушительной мощи волн…

Сейчас Лэйми чувствовал Охэйо, его холодное, бесстрастное внимание — и понял, что Мроо допустили роковую ошибку, задав слишком большой радиус защитной сферы. Будь она меньше километра — при такой мощности она смогла бы удерживать метрик-волны, по крайней мере, секунды, сейчас же — её порвало почти сразу. Если бы такой вот зародыш вывалится дальше 14 световых часов от Станции Транквилити — ближе, внутри планетной системы Станции, приличная плотность межпланетной среды просто не дала бы ему активироваться — генераторы защиты Станции смогли бы проработать расчетный срок. Нет, сдержать взрыв гиперзаряда смогла бы и сфера километрового диаметра, — но намного более мощная. Только вот просто получить такую энергию даже для С-Ц было бы большой проблемой. А залить в такой объем — ещё большей. Эффективность такой защиты зависела лишь от мощности — и плотности материи. Мроо, как оказалось, имели и аннигиляторы, превращавшие вещество в пространство — новосозданное пространство ещё и растягивало старое, дополнительно ослабляя метрик-волны — но масштабов им явно не хватало. Зато, у них нашлось другое средство — улитки неевклидовости. Полностью замкнутые, они, как оказалось, надежно защищали от стандартного заряда.

— И что теперь делать? — спросил Лэйми. Он подозревал, что Мроо невероятно сильны, — но не настолько же!..

Охэйо улыбнулся… страшновато.

— Честно сказать, я ожидал такие вот фокусы. Сейчас — будет нестандартный заряд, с ещё большей мощностью, тут уже — снесет всё.

— Вроде как сфера неевклидовости и Защитники С-Ц — одно и то же, — сказал тезка. — А нестандартный заряд — это что? Девайс для принудительной перезагрузки Вселенной?

Охэйо задумался.

— Сфера… не совсем. Нестандартный — там упор на резкую и с высокими градиентами смену скорости хода времени «туда-сюда». Тут поможет только переезд в перпендикулярное время — но, надеюсь, у Мроо нет ещё и этой технологии. Другие варианты, — в том числе и перезагрузка — в теории возможны и без гиперзаряда… но слишком… грубы. Проблема в том, что зона гарантированного поражения у него — примерно сто миллионов световых лет, а объекты Мроо там разнесены куда дальше. Чтобы накрыть их сразу все — нужно пускать более одного заряда одновременно.

— Ракета с разделяющимися боеголовками? — предложил Лэйми.

— Не выйдет. Заряд в теории можно сделать «кратным» — только не делают таких, а зародыш — разделить нельзя, если нужна хоть какая-то предсказуемость воздействия. Если надо много зарядов сразу запускать — нужно много пусковых установок, чего нет. Поэтому, я перепрограммирую пусковой туннель, сделаю его переменным по длине, за счет чего смогу быстро запустить здесь несколько зарядов, а прилетят они вместе. Такие фокусы нужны потому, что запущенные заряды многократно усиливают друг друга. По расчетам, если по Q7GRR/6669-8-8 запустить сто таких зарядов так, чтобы они все сработали в радиусе тех самых ста миллионов световых лет, а не сожгли друг друга сразу, то жизни там не будет никакой вообще, как и хоть как-то стабильных астрофизических объектов. Ну что, приступим? Контрольный выстрел, так сказать.

— А это не слишком? — спросил Лэйми. Сейчас он чувствовал себя довольно странно, — просто никак не мог поверить, что они, вот так, спокойно, отправляют сейчас в небытие несчетные массы враждебных, но всё же разумных существ. — Не все же там такие вот… гады?

Охэйо хмуро взглянул на него.

— Не все. И даже — не большинство. Только вот тон задают не они… и дело зашло уже слишком далеко. У нас только один шанс решить эту проблему. И, к сожалению, у всех важных проблем есть только одно решение. Или никакого. Приходится принимать тот способ, который есть.

Лэйми промолчал. Охэйо повернулся к кнопке — и мир вокруг распался от отдачи следующих один за другим «выстрелов».

8.

— И что? — спросил Лэйми, очнувшись. Здесь его ощущения оказались очень ограничены, — Анхела не хотела, чтобы они узнали слишком много.

Охэйо сумрачно улыбнулся.

— В этот раз — успех. Врата Бездны и основной портальный комплекс мы снесли. Теперь сделаем несколько обычных пусков по известным крупным базам. Затем — я пошлю в несколько вселенных экспериментальные заряды, настроенные так, чтобы Мроо адаптироватся не успели. Вот насколько быстро они оттуда свалить могут…

— Тут, скорее, вопрос в том, что не все их базы нам известны, — сказал тезка. — И можно ли восстановить технологию гиперзарядов, имея на руках лишь наблюдения за их работой.

— Нужно сначала «теорию всего» создать, — ответил Охэйо, отвернувшись к экрану. — А потом найти из неё такие выводы, что тоже не совсем просто.

— А разве она только для гиперзарядов нужна? — спросил Лэйми.

Охэйо повернулся к нему.

— Скажем так: теория эта в других областях — да, работает, и очень точно, только лучше там, — что попроще использовать. Ну, вот зачем знать, например, скорость света с миллионом знаков после запятой?

— Учитывая, что в физике коэффициенты и с несколькими десятками нулей бывают… это ещё не очень много даже, — сказал тезка.

— Немного, — согласился Охэйо. — Но громоздко, и сложно считать, особенно если компьютер рассчитан на 20 знаков после запятой, например. Так-то — да, это «Общая Теория Всего, обобщенный вариант».

— Э-э-э… это вроде у калькуляторов ограничение есть такое, а у компьютеров — нет, — сказал Лэйми.

— У компьютеров оно тоже есть. Есть стандарт, аппаратные блоки процессоров — его реализуют, — пояснил Охэйо. — Там несколько подвариантов — половинная точность, одинарная, двойная, четверная… Точные расчеты с большими числами — криптография там, — вообще используют внешние библиотеки, там вся математика — реализуется программно, понятно, что медленнее намного. Сделать аппаратную реализацию — конечно, можно. Но например — какой длины должны быть числа?