Чтение онлайн

– Ты же сама предложила выпить для храбрости.

– А уж орать "Пора задудосить этот клуб, работяги!" вообще крайне сомнительное решение. Хотя народ тебя горячо поддержал. Я уж решила, сейчас реально начнёт штурмовать кабинет Врааля... Администрация с тобой ещё очень мягко обошлась. Я думала, тебя карточки на пару недель лишат. Наверное, это потому, что обошлось без порчи имущества.

– Р-р-р-р! – Илья не хотел слушать доводы разума. Он пришёл в клуб танцевать и дудосить. Причём танцевать он уже закончил.

– Зая, не сердись, – ласково шепнула ему на ушко Таня, – Я уже использовала протрезвляющую словоформу. Она действует медленно, но уже через тридцать-сорок минут будешь снова трезвый без всяких неприятных последствий. Как раз успеем до твоего дома добраться. Никто ничего не заметит. Ляжешь в тёплую кроватку, отдохнёшь...

"Шеф, это был офигенно! – пришло сообщение от Торвальда. – Я прям тебя зауважал со страшной силой. Надо обязательно повторить!"

Ласковый шёпот Тани и бодрые комментарии от Торвальда немного отрезвили Илью. А может, это протрезвляющая словоформа начала работать? В любом случае, алкогольный туман в голове геймера рассеялся и он увидел сообщение от системы:

Избыточная концентрация алкоголя в крови! Получены дебафы на время опьянения:

Ловкость: -5

Мышление: -5

Воля: +2

"А Воля за что в плюс? – удивился Илья. – А, пьяному и море по колено. Уверенность в своих силах и всё такое".

Возможно, если бы геймер оставался трезв, дальнейших событий просто не произошло. Возможно, они бы с Таней вдвоём сумели дать отпор, и вернулись бы домой, как и собирались. Однако судьбе было угодно распорядиться иначе.

За спиной Илья услышал вскрик Тани, после чего её руки, удерживающие его за грудь, обмякли.

– Таня? – геймер попытался повернуть голову, но что-то больно кольнуло его в шею. Волна тепла стремительно расползлась от места укола по всему телу, и Илья провалился в чёрную беспросветную бездну.

Очнулся Илья от звонка по скайпу. Тын-ды-дын, тын-дын-дын! – эхом гуляет внутри черепной коробки. И кто же это звонит, когда Илья плавает в блаженном небытие… стоп!

Разум Ильи прояснился, однако геймер по-прежнему не понимает, кто он, чего он и что происходит. Он не может двинуть ни рукой, ни ногой, ни даже веки приподнять. Голова болит так, словно вот-вот с треском расколется. Перед глазами – кромешная темень, словно в могиле… нет, какой-то тусклый источник света проклёвывается, зелёненький такой, но словно через плотную материю. Ему на голову мешок надели? А почем тогда он его толком не чувствует?

Прислушавшись к своим ощущениям, Илья заподозрил, что находится под воздействием веществ или словоформы, искажающей восприятие. Органы чувств то работают, то нет. Изредка до слуха доносятся чьи-то голоса, но быстро затихают, обрываясь до того, как Илье удаётся что-то разобрать. Запястья иногда покалывает холодом, словно от чего-то металлического. Видимо, кто-то решил сэкономить на словоформах, использовав наручники. Судя по неприятным ощущениям в заднице и спине, Илья сидит на чём-то жёстком, вроде деревянного стула.

Скайп не унимается, продолжает трезвонить. Что-что, а его звонок даже не думает умолкать, спасибо обратной стороне. Кто же это так настойчиво жаждет Илюхиного общества?

Разглядев перед собой мерцающую зелёную кнопку, Илья «кликнул» по ней взглядом. Попасть удалось не с первой попытки, спасибо «глючащим» органам чувств. Кнопка пропала, и в голове Илья услышал взволнованный голос Торвальда:

– Шеф! Слава Пресвятому Линуксу, ты очухался! Я тебе во Вконтакте строчу, строчу, а ты не отзываешься! Думал, дай через скайп попробую, вдруг прокатит! И прокатило!

«Ты в курсе, что произошло?» – напечатал Илья через чат скайпа. Мысленно связываться с носком он даже не пытался – в отличие от Фубуки Торвальд не использует ресурсы мозга Ильи и не умеет читать мысли геймера. Вслух Илья говорить не хотел – если рядом враги, не стоит им показывать, что он очнулся.

Одновременно геймер попробовал связаться с виртуальной помощницей, но безуспешно – то ли Фубуки слишком далеко, то ли вражеская словоформа не даёт сосредоточиться, сбивает с толку.

– Без понятия, шеф, я только что в себя пришёл. По ходу нас стукнули словоформой, бьющей по площади!

«Зови Фубуки, – отправил сообщение Илья. – Батю, Юлю, братьев и всю королевскую рать. Полицию тоже можно. Но она как обычно опоздает».

– Не могу, – после короткой паузы ответил Торвальд. – Нет доступа. Что-то блокирует доступ к внешним источникам. Только с тобой могу связаться, шеф.

Дерьмо, дерьмо! – от души выругался про себя Илья. Даже связь через Речь заблокировали, ублюдки. Интересно, как?

«Ладно, а что там плохого снаружи происходит? А то я ничего не вижу»

– Айн момент… – отозвался Торвальд. Илья почувствовал, как что-то скребётся по его ноге. – Я чуток повыше заберусь. Или правильнее будет сказать подтянусь? Так-с, приподнимаем штанину… Оу…

Осмотревшись, Торвальд рассказал об увиденном Илье. Они находятся на крыше, вернее, чердаке недостроенного дома недалеко от МКАДА – огни автомагистрали отчётливо видны вдали. Дом невысокий, этажа три всего, в окружении точно таких же своих кирпичных копий. Над головой – деревянные балки каркаса крыши, ещё без черепицы. Невдалеке возвышается громада экскаватора. Пахнет пылью, краской, деревянной стружкой и чем-то ещё, резким и неприятным.

Сам Илья сидит на грубо сколоченном деревянном стуле. На голове – мешок, на руках, заведённых за спинку стула – наручники. Рядом с ним на точно таком же стуле, в точно таком же «обмундировании» сидит Таня. Девушка неподвижна, голову сильно наклонила вперёд. Грудь едва заметно то поднимается, то опускается.

Помимо Ильи и Тани на чердаке находятся два крепких плечистых мужика в водолазках. Оба стоят у оконного проёма, негромко переговариваются, поглядывая то вниз на улицу, то на пленников.

– Танюха вроде дышит. Если есть дыхание, есть и жизнь, а значит – надежда тоже есть, – сообщил Торвальд. Он сделал пару скриншотов окружающей обстановки и перебросил их Илье. – Хотя, как по мне, надеется тебе, шеф, стоит в лучшем случае на безболезненную смерть. Ох, чую, закатают тебя, шеф, в бетон по самые носки. Надеюсь, хоть я останусь торчать на поверхности, чтобы сообщить пришедшим на работу строителям о твоей безвременной кончине.