Шрифт:
Глава 1
Резвящийся мамонт
Наш главный редактор Мамонт (в миру вообще-то Семен Ильич, но за глаза его никто кроме как Мамонтом не называет, ибо велик ростом, могуч телом, зело волосат и громкоголос) всегда умеет удивить сотрудников. То матерно загнет такую тираду, что даже корреспонденты, бывающие в военных частях или и вовсе в горячих точках, поразятся тонкости ее плетения и разнообразию выражений, то с прибывшим в редакцию корейцем по-корейски пообщается, то на корпоративе нижний брейк станцует. И всякий раз на широко открытые глаза издательской братии (а мы-то уж вроде все видали, что только можно) говорит:
– А вы чего удивляетесь? Я еще в лохматом году… – и далее по списку: служил на подлодке, сбивал в Корее «фантомы», снимался в фильме «Курьер» в финальной сцене… И прочее, и прочее.
Вот и сегодня. Звонит мне по внутреннему и говорит:
– Никифоров, ты? Трезвый?
Вот ведь зараза какая. Всего-то один раз пришел бухой – с презентации новой марки виски, затянувшейся до утра, да и было это с год назад. А он все не забывает, наоборот, при каждом удобном случае припоминает.
– Зайди-ка ко мне.
Ну чего. Партия сказала – комсомол ответил: «Есть». Захожу к нему, а он сидит весь набычившийся, прямо как хан Мамай перед Куликовской битвой, и глаз у него такой недо-о-обрый.
– Ты, – говорит, – Никифоров, совсем мух не ловишь в последнее время. Ты мне какой материал сдаешь? Это не материал, а лабуда одна. Вот у других. Петрова, например, операционистом в банк устроилась, месяц отработала и о кадровом беспределе статью написала, как провинциалок на работу берут, испытательный срок держат, денежку такую платят, что они бомжам завидуют, их юным телом пользуются и увольняют потом за день до окончания этого срока. Севастьянов вообще вместе с полицейскими подпольное казино накрыл. Он, конечно по первости, хотел просто статью написать и только потому это казино около дома своего нашел. Но по пьяни об этом однокласснику проговорился, а тот у него начальник районной службы криминальной милиции. Вот и совместил. Ему в один день и грамоту от МВД дали, и череп вечером проломили обрубком трубы водопроводной – как бонус от казино. Но все равно. Выпишется из больницы – еще и о медицине чего-нибудь наваяет. Как лекарства в больницах воруют или как там гипс криво кладут. А у тебя чего?
– А чего у меня? – стал выстраивать я защиту. – Петрова, между прочим, рубрику ведет «Я пробую сама». Севастьянов – криминальную колонку. А я освещаю светскую жизнь. Там с разнообразием паршиво. Там всего-то вариантов – писать про ругань с мордобоем, как мужчины с мужчинами личную жизнь налаживают да как одни и те же люди по клубам перемещаются с презентации на презентацию. Ну еще варианты: кокс нюхают и раствор по вене пускают. Для разнообразия.
Мамонт хмыкнул:
– Ну это, конечно, да. Оно и по тебе видно – ты то и дело под газом в редакцию приходишь. И, подумав над твоими словами, в баню с тобой я, конечно, не пойду теперь – к тебе спиной даже в портках страшно поворачиваться. Ладно, ладно, шучу. Но статьи твои, если честно, стали совсем уже убитые. Да прямо скажем, дрянь у тебя стали статьи. И по этой причине я тебе сам решил темку подбросить.
Я, конечно, выпал в осадок. Мамонт решил дать тему? Крокодил сказал доброе слово? Его кредо: «Будоражьте свою фантазию, будоражьте. И фактами не забывайте разбавлять. А если не хотите – так я тут никого силком не держу». И вдруг сам дает тему! Я начал бояться…
– Значит, так, – продолжил Мамонт. – Все большую популярность набирают виртуальные миры. Ну знаешь, есть капсула, ты туда ложишься, там какие-то проводки к черепу присоединяешь, хлоп – и ты в другой реальности, в железе по самое не хочу и с дубиной… Или там с мечом. Ну, не суть. Народ в этих реальностях, говорят, так осваивается, что у них там теперь жизнь, а тут – так: пожрать, чтобы не помереть, и в туалет сходить. С одной стороны, все это, конечно, чушь полная. С другой – коли такие толпы народа там ошиваются, стало быть, что-то в этом есть. Вот ты и давай, погрузись, посмотри, повоюй и статью напиши. Очерков шесть-семь, с продолжениями.
– Семен Ильич, – заныл я, – да какой я геймер? И вообще, это Петрову надо отправлять. Пускай пробует на себе, согласно заявленному кредо и купленным билетам. А то как аниматором в Турцию или служанкой к богатым чувакам на Рублевку – так запросто. А как в капсулу – сразу я. И вообще…
– Ты давай не выступай. Петрова только буквы на компьютере знает, и то не все. Давеча клавишу «эни кей» искала. Не нашла, долго плакала. И ты не заливай мне давай. Или ты думаешь, я не в курсе, что вы пару лет назад по сетке какие-то баталии устраивали – отдел на отдел? Значит, чего-то да понимаешь в этих играх.
– А капсулу где брать? Знаю я, сколько она стоит. И плата там ежемесячная мама не горюй небось. Мне чего, самому разоряться?
– Не надо разоряться. Помнишь, на той неделе ко мне ребята в костюмах приезжали? Нет? Ну не важно. Во-о-от, они из компании «Радеон» были, которая эти капсулы и делает. И игру тоже они делают. Ну натурально, они мне одну капсулу и подарили, в виде сертификата на предъявителя. Вот я и подумал – если мне ее подарили, а я сам этой ерундой заниматься не намерен…
Все понятно, старый ты черт. «Джинса», стопроцентная. Что такое «джинса»? Это проплаченный, чаще всего налом, рекламный материал, подаваемый в контексте как неотъемлемая часть статьи или фильма. И заплатили за него мимо кассы прямо тебе. Ну-ну…
– …и еще аккаунт виповский, аж на полгода. Я вот думаю, что, наверное, такие люди совсем-то уж дрянь ни дарить, ни тем более делать не станут. Так что ты там походи, посмотри и напиши объективную, хорошую – подчеркиваю – хорошую – статью. Но если статья будет не очень, я припомню тебе твое бесконечное пьянство и устрою козью рожу. А может, и просто уволю. Как не оправдавшего… Завтра тебе капсулу привезут, дома будь с двух часов. И погружайся. Сроку тебе на задание – две недели… нет, даже месяц. Но чтобы была статья из шести-семи частей. И про «Радеон» обязательно напиши чего-нибудь. Капсула, мол удобная, спина не болит, задница не преет…
По логике вещей я после всего этого мамонтовского потока сознания должен был, поникнув главою, пойти и забухать капитально, ну хотя бы для поддержания репутации. Раз говоришь, что я бухарик, буду соответствовать. Но желания квасить не было вовсе. Поэтому я быстренько собрал бумаги со стола, свалил их в ящик этого же стола, сказал соседям по кабинету:
– Адье, православные. Мне Мамонт командировку на месяц выписал. Удавитесь от зависти.
– Надеюсь, в Чечню или в Антарктиду, – язвительно заметила Калерия Георгиевна. Она вела колонку «Наши маленькие друзья» о домашних животных и в миру была известна под подпольной кличкой Крыска – за зубастость, серость и вредность. – Там вам самое место!
– Не-а, – мотнул головой я. – В Сочи, на месяц, о пляжной жизни писать.
– Вот га-а-ад! – выдохнуло полкабинета, и я, помахивая сумкой, из этого кабинета вышел и побежал быстро-быстро, поскольку, если Мамонт меня поймает после того, как большая часть редакции присядет ему на мозг, почему я, наглый мальчишка, в июле, за казенный счет поехал в Сочи, а не они – заслуженные и награжденные, то бить он меня будет больно-больно и долго-долго. А вот нечего мне припоминать тот один раз, когда я поддатый пришел, и давать какие-то «джинсовые» задания, при этом даже не пообещав отстегнуть процентик, хоть бы даже и небольшой.