Чтение онлайн

Быстро сообразив, что это не призрак, Женька резко села, выхватила из-под подушки стилет и выставила вперед.

— Не подходи!

— Я не подхожу, госпожа.

— Что ты тут делаешь?

— Проверяю, все ли в порядке. Матушка послала.

— Уходи. У меня все в порядке.

— Тише-тише, не шумите так. Я уже ухожу.

Рони улыбнулся и вышел, а Женька еще какое-то время сидела со стилетом в руке, чувствуя, как напряжение отпускает ее и горячим воском стекает в занемевшие пальцы. Она поняла, — Рони пришел не с проверкой, это было продолжение угрозы. «Надо будет в следующий раз забаррикадировать дверь на ночь. Ничего-ничего, вы еще меня не знаете!»

Полет мысли

На следующий день был праздник Воздвиженья Креста Господня, и под предлогом съездить на площадь, фехтовальщица снова прошла в конюшню. Там прибирался Любен, второй сын Аманды. Лицом он был простоват, костью широковат, смотрел без всяких подвохов и не выходил за границы своих обязанностей.

— Что вы хотели, госпожа? — спросил Любен.

— Мне нужна Саломея.

— Лошадь ваша сегодня не годна для выезда. У нее стерлась подкова, нужно отвести ее в кузню.

— Так отведи.

— Слушаюсь.

Любен увел лошадь в кузню, но в конюшню зашел и начал чистить лошадей другой работник. Женька стала ждать, когда он закончит. Ее интерес заметил вышедший во двор Рони.

— Вы снова здесь ходите, госпожа?

— Я хочу посмотреть лошадей.

— Нечего тут смотреть, это не ярмарка. Идите лучше на площадь, там есть развлечения.

В словах Рони, хоть и неприязненных, был свой резон. В воздухе гостиницы повисло тяжелое напряжение, от которого надо было немного передохнуть, и Женька на некоторое время вышла на праздничные улицы. Потолкавшись пару часов среди оживленной толпы и посмотрев ярмарочное представление бродячих актеров на ближайшей рыночной площади, она вернулась в «Привал странников» готовая к новому бою.

В трапезной уже набился веселящийся народ. Старшая дочь Аманды долговязая Жюстина разносила напитки, а Валери сидела на коленях очередного вельможи, который разговаривал с Рони. Женька поняла, что они договариваются о цене и подошла ближе.

— Мне нужна Валери, — сказала она.

— Вы опоздали, госпожа, — усмехнулся Рони. — Валери сегодня занята.

— Господин де Шале договорился с Амандой, что Валери будет при мне.

— А я не договорился, и если госпоже не нравится что-то, то ей лучше съехать отсюда. Если желаете, я вам помогу.

— Как Марии Гонзалес?

Рони улыбнулся. В застывшем взгляде еле заметно задрожала белая паутинка смерти.

— Я не понимаю, о чем вы, — сказал парень, но Женька видела, что он все понял.

«Нет, я все-таки докопаюсь, в чем тут дело. Надо победить. А иначе, зачем я здесь?» — решила она. О том, чтобы съехать из гостиницы, то есть, позорно капитулировать, фехтовальщица даже не помышляла. Рони, видимо, тоже находился в боевом настроении, так как едва девушка поднялась к себе, внизу раздался страшный визг, крики и грохот. Она тут же выбежала на лестницу вместе с другими постояльцами.

В трапезной царил хаос. На полу, согнувшись, корчился от боли и кричал тот самый вельможа, с которым только что торговался предприимчивый сын Аманды. Самого парня поблизости не было, а Валери, схватившись за щеки, бегала кругом и визжала вместе с другими женщинами. Аманда размахивала руками и отталкивала напиравшую публику.

— Лекаря! Лекаря! Найдите Лабрю! Он сейчас кончится! Жюстина, что уставилась? Быстрей!..

Мимо Женьки пронесся Лабрю, но его помощь уже не понадобилась — вельможа вдруг перестал кричать и сник. Валери опять завизжала. Ее увели. Лабрю наклонился над раненым и развел руками. В гостиницу во главе с офицером полиции вошли стражники.

Женька быстро вернулась к себе и затаилась в комнате, стараясь лишний раз не выходить на люди. Она даже собрала вещи, приготовившись бежать, однако, ее никто не спрашивал.

Валери пришла только ближе к вечеру. Она принесла ужин и рассказала о том, что случилось.

— Господин заспорил из-за цены. Рони обозвал господина старым ослом. Господин стукнул Рони по лицу. Рони выхватил нож и как дал ему два раза, а потом еще, и убежал! Такая беда, госпожа!

Дерзкого сына Аманды не поймали, но само его исчезновение было Женьке на руку, и на следующий день девушка снова занялась с девочкой чтением. Валери больше не отвлекалась, и урок пошел.

Воодушевленная успехом, фехтовальщица настойчиво продолжала двигаться дальше. После занятий она спустилась в конюшню. Первым делом ей нужна была лошадь, чтобы съездить узнать, как идут дела со съемной квартирой, а с другой стороны не терпелось скорее проверить свои домыслы относительно Марии Гонзалес. Однако проверить домыслы снова не удалось. На том месте, где раньше возились Аманда и Рони, стояла лошадь, которую старательно обтирал ветошью Любен. Он же взнуздал и подал Женьке ее Саломею. Лошадь была подкована, и девушка, временно оставив расследование по делу исчезнувшей испанки, поехала к Жильберте.

Перед выездом она зашла разменять деньги у Аманды. Хозяйка держалась бойцовски, хотя глаза ее почернели и были похожи на перемытое осенними дождями пепелище. На Женьку она посмотрела неприязненно, а на вопрос о судьбе сына ничего не ответила, будто это фехтовальщица была виновата в том, что Рони убил спесивого вельможу.

«А и правильно, что убил! — подумала Женька, выехав на улицы. — Так и надо этим слюнявым котам! Будут еще покупать малолеток, скоты!.. Но что же все-таки находится в конюшне? А там ведь, наверняка, что-то находится! Еще один труп такого же развратника или… или все-таки Мария Гонзалес?..»

От сложных размышлений девушку отвлекло некое странное сооружение, которое она увидела поверх забора, когда проезжала по Скобяной улице. Сооружение отдаленно напоминало сорванную с дома крышу и вызывало любопытство не только у фехтовальщицы. На заборе висели мальчишки, обзывали сооружение чертовым домом и пророчили ему адское будущее. Тут же находился и сам хозяин — крепкий крутолобый парень в длинном фартуке. Он задумчиво трогал растопыренные плоскости и не обращал на мальчишек никакого внимания. Рядом с ним бродил большой лохматый пес.