Чтение онлайн

— Слушай, Боград, а ты от передозировки не умирал? — Гала осеклась, но еще пыталась до чего-то договориться.

— Не знаю. Короче, я не хочу об этом говорить.

— Но ты живешь только на одной грани?

— Мне хватает. А на вопрос «почему», боюсь, я не смогу ответить. Характер не тот. Я человек действия и подобный ход мысли мне, увы, недоступен. Меня устраивает, что никакая другая грань в мою жизнь не вмешивается — и точка. Спросите, сплю ли я? Да, бывает. Но если сам захочу. Это, во-первых; а во-вторых, вместо какого-то другого мира, или, как вы говорите, грани, я просто вижу сны. Бессмысленные, незапоминающиеся, но безопасные.

Так что я советую прекратить эти бесплодные разговоры. Лучше поговорим кое о чем приятном. Кольчугу я купил, еды — тоже. Все это в моей комнате в ближайшей таверне. Предлагаю сходить туда и хотя бы сегодня отдохнуть. Без всяких там мертвяков, разбойников, колдунов. Идет?

Дважды уговаривать Галу и Михая не пришлось.

В таверне было светло, тепло (после вечерней уличной прохлады), просторно, и, главное, чисто и уютно. «Дяде Свину» до столичного заведения было — семь верст и все лесом, что не преминул заметить Михай. Примерив кольчугу, и, с мечом в руках покривлявшись перед зеркалом, он спустился в зал, чтобы присоединиться к трапезе спутников. Кольчуга осталась на нем, личные вещи и меч — рядом с вещами Бограда, на полу под столом.

Не успели Михай, Боград и Гала толком насладиться ни едой, ни отдыхом, как в таверну ввалилось три стражника. А сопровождал их не кто иной, как Влад. Обворованный хозяин каравана, который не привык так легко расставаться со своими деньгами.

— Вот они! — крикнул Влад, — я за ними от самого университета следил! Надо же, Святилище Правды обманули! А все она, ведьма!

Десятки глаз посетителей таверны буквально впились в Галу Чагай.

— Только суньтесь! — рявкнул Михай, выходя из-за стола с мечом наготове, — давай, Гала, зажги здесь!

Видимо, кольчуга придала ему уверенности в себе. Поняв намек, Гала уже по памяти произнесла заклинание «сгустка огня». Возникший сгусток она метнула в сторону стражников, но он не долетел, а рассыпался на искры на полпути.

— В городе запрещено применение заклинаний разрушительного свойства, — раздался почти металлический голос. Принадлежал он высокому человеку неопределенного возраста, без единой волосинки на голове, зато с татуировкой на лбу, — я заблокировал действие заклинаний в этой таверне. Взять их, именем короля и бургомистра!

— А как вам такая магия? — Михай, не сильно обескураженный нейтрализацией Галы, поднатужился, приподнял стол и толкнул его в приближающихся стражников.

Одного сшибло с ног, второй, получив почти лобовой удар, отлетел к ближайшей стене, и, пробив оконное стекло, вывалился наружу. Но третий успел не только отскочить, но и приблизиться к путникам на расстояние, достаточное, чтобы дотянуться до Галы. Или до ее дорожной сумки, которую он попытался вырвать. По наивности, он думал, будто изымает у ведьмы какие-то колдовские штучки. Это было не так далеко от истины, ибо одна «штучка» в сумке все-таки лежала — это был амулет в форме пчелы, отбитый у главаря разбойников на Королевском тракте. Но от тряски он выпал из сумки, а, ударившись об пол, начал действовать.

Тучи пчел, неизвестно откуда взявшихся, прорвались в таверну через разбитое окно и атаковали без разбора и стражников, и купца Влада, и того типа, что «заблокировал действие заклинаний», а об амулетах не задумался. Простым посетителям тоже досталось, потому они с криком бросились к выходу.

— Бежим! Это наш шанс, — Боград буквально потянул за собой Галу и Михая, — хрен с ним, с амулетом. Хорошо, хоть один раз пригодился.

В дверях Михай рубанул мечом еще одного стражника. Выйдя на улицу, путники увидели, что к ним приближается целый отряд. Не менее двух десятков алебардщиков да еще трое типов с татуировками на лбу.

— Кто это? — прошептала Гала.

— Антимаги, так называемые, — объяснил Боград, — служат королю и контролируют, а если надо — препятствуют применению магии в городе. Так что не трать время на свою волшбу.

— А что делать? — спросил Михай.

— Как что? Бежать, — тут зазвенели городские колокола, — эх, Влад, козел, всех кого мог, оповестил. Видимо, из столицы нас не выпустят.

— А куда бежать?

— В порт. Других вариантов не вижу.

Боград неплохо знал город. По крайней мере, не хуже стражей и антимагов. Поэтому, в лабиринтах улиц и улочек те быстро отстали от беглецов. Впрочем, радоваться было рано. Где-то на пятой минуте бега возле самого уха Михай просвистела арбалетная стрела.

— Вот делать людям не хрен, — прокомментировал он, предварительно выругавшись, — неужели три скромных путника так помешали целому городу?

— Интересно, подействует? — сказала, ни к кому не обращаясь, Гала и произнесла заклинание «невидимости». Путники исчезли, поэтому антимаги даже не успели понять, что к чему, когда один из них упал, сраженный невидимой стрелой, а второй остался без головы.

Преследователи растерялись. Не отличающиеся умом стражники решили разделиться, последний, оставшийся в живых антимаг пытался хотя бы на себя поставить защиту. А Гала, Михай и Боград все бежали в порт.

«Невидимость» перестала действовать. Дома с черепичными крышами сменились покосившимися лачугами и вонючими, похожими на гигантские деревянные ящики, складами. В одном из таких «ящиков» располагалось что-то вроде таверны, о чем свидетельствовали доносящиеся оттуда шум, песни и стойкий запах рома. «Приют морского скитальца» — гласила вывеска. У входа, словно почетный караул, несли вахту какие-то девки, одетые как попало и слишком легко. Оценивающим взглядом проводили они Галу и ее спутников.

Изнутри раздались ругань, вопли, визг, дверь распахнулась, наружу вывалился один из «морских скитальцев», да так и остался лежать с кортиком в спине. Другой «скиталец» вышел сам, подхватил на плечо одну из стоящих в «карауле» девок и ушел внутрь, напевая себе под нос.

Вот и причал. Обычно оживленный, к вечеру он практически опустел. Торговцы разбрелись по тавернам или отправились в новый путь, матросы отрывались в заведениях типа «Приюта…», грузчики тоже где-то пропивали свой дневной заработок. У причала стоял последний корабль и этот последний корабль уже был готов отчалить.