Чтение онлайн

— Все равно мы до тебя доберемся, — прошептала Гала, — и, уж поверь, тебе придется несладко.

Возвращаясь с занятий в общежитие, она встретила у входа Михая. Не сразу узнала, потому как выглядел Вирленин ухажер странно. Мягко говоря.

Вместо спортивного костюма — пиджак, брюки, галстук. Все это сидело на нем, как черепаший панцирь на лягушке. Ой, да еще туфли — модные, лакированные.

— Привет, Михай! — крикнула ему Гала, — тебя не узнать? Что, праздник сегодня какой-то? Или на свидание идешь?

— Ты че, какое свидание? — Михай, казалось, даже обиделся, — я же Вирке верен, забыла? И не праздник. На работу я устроился, вот.

— Да ну! — девушка искренне удивилась, потому как на ее факультете студенты не спешили трудоустраиваться до окончания учебы. И, уж тем более, не ожидала она трудового рвения от студента типа Михая.

— А че? — сказал тот, ничуть себе не удивляясь, — я думал, че мне этот спорт? Известность там, чемпионаты, бабла куча — оно все может, будет, а может и нет. А вот травма на четвертом десятке лет — это запросто. И все! Ты не нужен никому. Разве что в рекламе сниматься.

— И ты…

— И я устроился. В одну крупную организацию.

— Кем, если не секрет.

— Охранником, конечно. Кем еще, не за компом же сидеть? Им как раз там нужны физически крепкие ребята. Прикинь, они меня сами нашли, связались со мной.

— С трудом, но верю. Может, тебе еще и оружие дали? — Гала сказала с иронией в голосе, но Михай эту иронию не воспринял.

— Огнестрельное — нет. Пока. Я на испытательном сроке. А потом — все будет. И оружие, и зарплата хорошая. Ты че, не рада за меня?

Их вытолкали из сарая на рассвете — сонных, едва переставляющих ноги, и, не очень-то понимающих, что происходит. Пара ведер холодной воды, выплеснутых в лицо, впрочем, быстро привела пленников в чувство. Лишь Боград стоически вынес такую форму ободрения, Гала завизжала, а Михай разразился тирадой, в которой словосочетание «козлы вонючие» было самым изысканным.

— И вам — доброе утро, — сказал Ратибор на это, — че встали? Идем, шевелимся. Да поторопись ты! Молодая девка, а тащишься как старуха.

— На свои похороны не опоздаешь, — огрызнулась Гала.

— Шутим? «Хи-хи», «ха-ха»? — ничуть не смутился предводитель горцев, — я бы тоже посмеялся с вами. Да не до смеху. Всем нам — не до смеху.

— Что происходит-то? — вежливо осведомился Боград.

— Князь Веземир пожаловал в наш лагерь. А князь нас навещает только в двух случаях. Когда дань пора платить, или когда война началась. А дань я, насколько помню, уже заплатил.

— Ну а нам-то че до твоей дани и твоей войны? — проворчал Михай, стуча зубами от холода, от которого не спасала купленная Боградом кольчуга.

— Вы — пленники, — напомнил Ратибор, — мои пленники. Вы вторглись в мои владения и я вправе поступить с вами как захочу. Захочу — убью, захочу — заставлю хлев чистить, захочу — продам, да напоследок девку-ведьму изнасилую. Да не скалься ты, не страшно. Я пошутил. Не обольщайся насчет последнего.

— А так — страшно? — Михай потянулся к ножнам.

— Дело твое, — отмахнулся Ратибор, — можешь меня в капусту изрубить. Да только не забывай — ты в моем лагере и живым из него не выберешься. В этом случае. И вообще, я нашел вам применение получше. Поможете — и, считайте, мы в расчете.

— Куда мы идем? — спросил Боград.

— К терему. На встречу с князем. Решить вашу судьбу.

Они вышли на площадь в центре селения, где и располагался пункт назначения. Терем, проще говоря, та же изба из бревен, только что размерами больше, да высотой в два этажа. Вокруг толпились зеваки, а у входа в терем выстроилась княжеская дружина. Она заметно выделялась среди местного населения: добротными железными кольчугами, коническими шлемами, открывающими лицо, длинными копьями и треугольными щитами. Все воины были огромного роста и с лицами, спокойными как у статуй.

Внутренняя обстановка в тереме хоть и получше, чем в сарае для пленников, но, все равно, была предельно аскетичной. Голые бревенчатые стены, слегка украшаемые оружием, дощатый пол, лавки, которые могли служить как для сидения, так и для сна.

— Быстрее, быстрее, — подгонял Ратибор как пленников, так и своих людей, охранявших их, — не глазеем, идем к горнице.

Горницей называли здесь просторную комнату, этакий гибрид тронной залы и столовой. Здесь было светло благодаря лучинам и большому количеству окон, а также натоплено до тепла. В центре горницы располагался большой дубовый стол, окруженный лавками и уставленный снедью. Он пустовал… почти. Этим «почти» был, скорее всего, сам князь Веземир, все еще могучий, несмотря на заметную седину в бороде и волосах, человек.

— Здравы будьте, батюшка князь, — поздоровался Ратибор, — я привел тех пленников, о которых говорил.

— Да не надо этого! — вскричал князь, увидев, как кланяются Гала, Михай и Боград, — развели тут. Сразу видно — жители равнин. Это вы перед своим королем нагибаться будете. А я — варвар. Вы ведь так нас зовете? Раз так, чего оземь башкой биться? Не пробьете. Ладно. Присоединяйтесь к моей трапезе.

То ли Веземир был в хорошем настроении, то ли жителям Полуночных Гор было свойственно немереное гостеприимство, но приглашение распространялось не только на Ратибора, номинально — хозяина здесь, но и на пленников. И пришлось весьма кстати, потому как не ели они ничего со вчерашнего дня. То Смертоносец, то уроки магии от Моркуша, то, наконец, пленение людьми Ратибора. Поэтому троица накинулась на еду почти со звериной яростью.

— Беда у нас, — объяснял между тем князь, ни к кому особо не обращаясь, — набеги Воинов Северной Пустыни участились. Высоко в горы лезть они боятся, знают, кто там хозяин. Однако селения, что пониже расположены, да поближе к равнинам, разоряют только так. Налетят на своих конях, да сметают все что попадется. И людей, и посевы. Даже детей не щадят. От одного их визита одной деревней меньше становится.

Пленники, а может и гости, переглядывались, не понимая, к чему клонит князь. А Веземир продолжал.