Чтение онлайн

Я из его клана? Жаркая волна пробежала по телу, веки встрепенулись. Веки, не дрожите, у вас есть работа по выращиванию урожая, не отвлекайтесь.

— Надеюсь, увижу вас.

Зарк еще раз поклонился и ушел.

— Гур, а в вашем клане женщины тоже лысые?

— В основном нет. Но одна есть точно. Такая озорница и незаботливая к подчиненным. Ты ее знаешь. Она большой командир.

— Гур, будешь надо мной подсмеиваться, прямо здесь начну тебя э… домогаться.

— Сотник, я верю тебе, поэтому немедленно прекращаю.

* * *

В хранилище пахло стариной, чем-то основательным и не требующим доказательств. Высокий мужчина, на пол-вершка выше Гура, и гораздо старше, но еще не старик, встретил нас, опираясь о край длинного стола, заваленного свитками. Благородные черты, седоватые коротко стриженные волосы, покрытые шапочкой, умный взгляд карих глаз. Дорогая, без помпезности, одежда. Гур, одетый подобным же образом, при мече, кинжале и с кожаным подсумком на портупее, подошел к мужчине и уважительно склонил голову, потом развернулся ко мне. Я тоже поклонилась.

— Наставник, разреши представить мою подругу. Майта, сотник ордена Верных.

— Очень приятно, Майта. Вижу, ты перенесла тяжкие страдания от болезни и потери близких людей. Сочувствую сердцем. Убежден, что ты достойный человек, Гур весьма щепетилен в выборе друзей. Я — протектор Исиант. Называй меня по имени в неофициальной обстановке.

— Хорошо, Исиант. Рада встрече и знакомству с Вами.

— Майта, могу ли я что-нибудь сделать для тебя? — спросил протектор.

— Спасибо, Исиант, у меня есть все, что мне нужно. Точнее не так. Все, что мне нужно, это быть рядом с командором, а я — рядом, — улыбнулась я.

Гур обласкал взглядом. Протектор чуть заметно усмехнулся и подойдя к бюро, быстро черкнул пером несколько строк на листе пергамента. Приложил перстень в качестве печати. Подошел к мне и протянул свернутый пергамент мне:

— Прошение к магистру столичной обители ордена Верных о назначении тебя телохранителем командора Гура. Оплату твоей службы нашему ордену мы согласуем с магистром позже. Или окажем встречную услугу. Каждый орден любит, когда ему должны.

Я взяла свиток, стала на одно колено, и поцеловала руку протектора. Глаза защипало.

Встала и склонила голову еще раз.

— Майта отдай свиток, я не потеряю, — тихонько попросил Гур.

Я улыбнулась и вручила листок.

— Командор, сегодня я получил важное донесение от патрульных дозоров. В одном месте урочища Эхара наблюдается стремительное повышение магического фона. По расчетам командира дозора, при таком темпе повышения фона нужно ожидать магического выброса дней через восемь-десять, около полнолуния. Прошу выдвинуться в район урочища через пару дней. Провести наблюдение выброса, выявленные артефакты доставить в обитель. Как всегда, ты свободен в выборе средств для достижения главной цели, а также любых других, могущих быть полезными ордену.

— Слушаюсь, наставник, будет исполнено. Сегодня мы с Майтой съездим в орден Верных, завтра посетим город, а на следующий день отбудем. Я неплохо знаю края, примыкающие к урочищу, ведь наш клан проживает неподалеку от тех мест.

— Прекрасно. Футляр со свитками я сам отвезу в домой, — протектор кивнул на шкатулку, лежащую на столе. — Надеюсь, моей охраны будет достаточно. Вы отобедаете со мной?

— Спасибо, наставник, но нет. Я бы предпочел незамедлительно отправиться в орден Верных.

— Тогда не держу вас. Майта, спасибо за Гура. Ты благотворно влияешь на него. Сейчас он выглядит намного более живым, а не бесстрастным магическим амулетом, как обычно, — слегка подмигнул мне протектор.

Мы поклонились и покинули помещение.

— Гур, понял, я благотворно на тебя влияю, а ты постоянно надо мной насмехаешься. — состроив обиду на лице, муркнула я.

— Это я-то? — притворно изумился Гур. — Никогда!

Поймав мою руку он легонько прихватил мизинец зубами и поласкал языком. По спине и ногам пробежала жаркая волна. Коленки ослабели.

Мы выводили лошадей из конюшни. Жеребец Гура недовольно мотал головой, тыкал розовыми ноздрями в затылок Гура. Тот, не глядя, уворачивался. Потом обернулся и укоризненно посмотрел на задиру. Уголек прекратил буянить.

— Яблок требовал, — объяснил Гур, — я ответил, что они в сумках, которые не здесь. А он ворчал, что мог бы заранее позаботиться.

— Ты ответил? Он ворчал? Ты молчал и он вроде не ржал. Или я временно оглохла?

— Ну, мы с Угольком можем понять друг друга даже молча.

— А мы с тобой? — поинтересовалась я.

— Еще лучше. Чувство, что знаю тебя, появилось во время первого обеда, сразу после твоего вызволения. За миг до того, как ты промокнула рот кусочком лепешки, я пожелал сделать это своими руками, а потом съесть хлеб со вкусом твоих губ.

— Когда я была избита, измучена, с огромным кровоподтеком на затылке, в одежде с твоего плеча? — обомлела я.

— Тогда. Люблю милых беленьких девочек, даже измученных. Они вкусные, особенно губки.

Якобы сердясь, нахмурила брови. Вернее то место, где у других они находятся.

— Бровями займемся позже, после ресниц, — прочитал мою мысль Гур.

— Ты же намекал, что не будешь влезать в разум.

— Я и не делал этого. Это еще одно доказательство, что мы понимаем друг друга без слов.

* * *

Войдя в холл резиденции ордена Верных, Гур уведомил дежурного офицера о желании получить аудиенцию у руководства обители. Офицер подозвал десятника и приказал проводить нас в приемную магистра.