Ход конем

Предупредительный рев сирены, едва заметный скачок силы тяжести — и примыкающая к коридору стена блока Эпсилон-восемнадцать стала абсолютно прозрачной. Открыв взорам следственной бригады… самый настоящий сад камней: пятнадцать валунов, лежащих в кажущемся беспорядке на аккуратно «расчесанном» граблями гравии и заботливо обсаженных мхом!

Ослепительно-белый гравий, зеленый мох, черные камни, розовое облако цветущих сакур, ветви которых нависали над невысоким глинобитным заборчиком, огораживающим сад, — все это вместе выглядело настолько иррационально, что Климов на некоторое время потерял дар речи. И собрался с мыслями только тогда, когда почувствовал вибрацию своего комма.

Взгляд на экран АЛБ [1] — и генерал недоуменно пробежал взглядом первые предложения из полученной справки:

«Сад Рёандзи, Киото, Япония, Старая Земля. Построен в 1525 году от Р. Х. мастером Соами. Принадлежал школе Мёсиндзи ветви Ринзай…»

— Та-а-ак… — с угрозой в голосе начал он и, свернув голограмму в трей, уставился на начальника тюрьмы: — И как это, по-вашему, называется?

Майор Раллис опустил взгляд и виновато пробормотал:

— ВАЦ [2] «Облик», господин генерал!

Выслушав этот редкий по своей тупости ответ, Климов с хрустом сжал кулаки и нехорошо усмехнулся:

— ВАЦ? В Алькирате [3] ? В корпусе Эпсилон?

— Э-э-э… Виноват, сэр! Недосмотрел.

— Еще и с выходом в Галанет, сэр, — глядя на виртуальный экран своего комма, доложил один из криминалистов. — Вон, как раз начинает базы обновлять.

Генерал скрипнул зубами, бросил взгляд на «веранду», на которой лежало изломанное тело заключенного «номер один», и, с трудом заставив себя не повышать голос, желчно поинтересовался:

— Господин… лейтенант! Вы вообще слышали о существовании кибер-преступности?

Услышав свое новое звание, начальник Алькирата смертельно побледнел:

— Слышал, господин генерал.

Климов набрал в грудь воздуха, чтобы объяснить придурку, какой подарок он сделал убийце, и… промолчал. Почувствовав очередную вибрацию комма и увидев, как посерьезнели лица криминалистов.

Судя по репликам офицеров следственной бригады, албэшки их коммов завершили первичный анализ логов системы компьютерной безопасности Алькирата одновременно с климовским. И с вероятностью в девяносто девять и девять десятых процента выдали то же самое заключение, которое возникло перед лицом генерала:

Анализ системного ядра искина «Алькират»:

— Нарушение целостности ядра — отсутствует.

— Нарушение систем безопасности — отсутствует.

— Аппаратные сбои системы — отсутствуют.

Анализ системы климатизации:

— Нарушение целостности ядра — отсутствует.

— Нарушение систем безопасности — отсутствует.

— Аппаратные сбои системы — отсутствуют.

— Сбоев в системе климатизации — одиннадцать.

— Количество в указанный период времени — одиннадцать.

— Совпадений — одиннадцать.

— Сбой датчика СОАС [4] — один.

— Сбой датчика КСА [5] — один.

— Сбой датчика АКП [6] — один.

Тратить время на поиск расшифровок аббревиатур, использованных программой в строках, выделенных красным цветом, Климов не стал. Вместо этого он прикоснулся к плечу стоящего неподалеку капитану Мергеля.

Эксперту, работающему в МБ уже не первый десяток лет, объяснений не потребовалось. Он оторвался от виртуального экрана, посмотрел на начальство и криво усмехнулся:

— Как я и предполагал, сэр, систему климатизации корпуса хакнули через канал «Облика». Потом использовали анализаторы состава атмосферы для поиска нужного заключенного, перепрограммировали систему синтеза органических соединений и все контрольные датчики блока и…

— Хакну-ли? Использова-ли? Перепрограммирова-ли? — с надеждой в голосе уточнил генерал. И, увидев взгляд подчиненного, понял, что вопрос можно было и не задавать.

— Ну, подписи пока не обнаружено, то есть по умолчанию положено считать, что это убийство — дело рук неизвестной группы лиц… хотя я почти уверен, что это — дело рук Моисея.

— Из-за таймеров?

— Да, сэр! Тут — та же картина, что и в Эйшере [7] : возврат к нормальному функционированию прописан через двенадцать часов тридцать четыре минуты и пятьдесят шесть секунд…

— М-да… Как скоро планируете найти подпись?

Капитан Мергель вытаращил глаза:

— Понятия не имею, сэр. Мы же только начали! Она может быть где угодно: в служебных и графических файлах, в ссылках на сайты Галанета и даже… — эксперт покосился на тело за силовой перегородкой, — даже там, на полу. Впрочем, нет, на полу — не может: Моисей не повторяется.

Климов вспомнил блок Гамма-шесть в Эйшере, окровавленное тело бывшего заместителя министра Экономики и Развития КПС Вилли Розенфельда, «прощальную» фразу, нацарапанную его рукой, и тяжело вздохнул: эксперт был прав. Моисей повторяться не любил. Если, конечно, не считать повторением те три слова, которые он всегда оставлял на месте преступления.

Это убийство почти ничем не выделялось в череде себе подобных — как прошлые одиннадцать раз, на месте преступления [8] не удалось обнаружить ни одного следа, хотя бы косвенно указывающего на личность исполнителя. Работа с системой безопасности Алькирата велась через цепочку прокси-серверов и с использованием кодов доступа высших чинов Министерства Юстиции. Стилистика взлома не позволяла отнести Моисея ни к выпускникам профильных вузов, ни к одной из известных группировок хакеров. Правда, последнее косвенно свидетельствовало о том, что за его плечами была Школа — т. е. военные училища спецслужб. Но доказать это, естественно, было невозможно.