Чтение онлайн

Лаер успел подняться на колени, и выставить правый клинок, встречая лезвие меча Лаиса. Отчаянный крик стали порвал тишину Охрама. Искры обожгли пальцы Хранителю. Но тот видел перед собой только прищуренные темно-зеленые глаза.

Лаис тяжело дышал в одном ритме с Лаером, по расслабленному, даже непринужденному лицу прочертили дорожки капли пота, но его сосредоточенность выдавали серьезные, на несколько тонов темнее, чем у Лаера, глаза. Хранителю никак не удавалось избавиться от ощущения, что он смотрит в зеркало. Для Лаиса это сражение тоже было весьма специфично. Весьма знакомое… Как будто они снова были в тренировочной зале родного дома, обоим по четырнадцать, и вот-вот Лаер получит затрещину от наставника в качестве порицания за срезанный угол атаки и откровенную халтуру в защите, а Лаис передвинет меч плашмя за затылок мелкого, предупреждая удар чужого человека и переставив ногу за стопу Лаера задвинет его себе за спину, недобро глядя на замахнувшегося наставника… Лаис всегда старался его защитить. Даже когда виноват был только Лаер. Обязанность старшего брата, для которого было не принципиально, что разница у них всего в несколько минут…

Но ничего не будет. Никто не отвесит подзатыльник потерявшему бдительность Лаеру, а Лаис не станет привычно его защищать… Но краткая вспышка ностальгии проскочила потухшей искрой в глазах обоих братьев.

Рука начала дрожать от напряжения, но Лаер понимал, что стоит только шевельнуться или ослабить хватку, лезвие Лаиса пробьет защиту и разделит его тело на две неравные части.

Меч начал предательское отступление ближе к плечу Хранителя, уступая мощному натиску непонятно нахмурившегося Лаиса.

Этот меч… От него веяло таким нестерпимым жаром… Лаер понимал, что сейчас он останется либо без головы, либо без пальцев правой руки, и пытался схитрить, подчиняя магию за спиной Лаиса, но тот резким рывком головы в сторону рассеял поток Хранителя.

— Грязно играешь, мелкий. — С усилием выдохнул Лаис, а его меч, почувствовав, гнев хозяина, полыхнул слабой тенью вязи вдоль режущих кромок. Отпечаток вязи с ореола Лаиса!..

Лаер охнул от боли, когда его взгляд зацепил то, что совсем не предназначалось для его глаз, и, не успевая убрать ни руку, ни голову откинулся спиной назад, ожидая тошнотворной волны боли от последнего удара Лаиса.

Которого не произошло.

Лаер едва коснувшись спиной холодных плит пола, подскочил на ноги, словно сжатая пружина, получившая свободу и неверяще глядя во взбешенные зеленые глаза.

Лаис смотрел на свою руку с мечом, как на предательницу. Даже пропустил несколько атак родовой магии Лаера, оставившей на его кобре и его теле несколько весьма болезненных укусов.

Он не ударил.

Не завершил.

— Слабак. — Презрительно сплюнул Лаер, прокручивая в правой руке нагретый клинок, стремясь скрыть неимоверную дрожь пальцев, и взглядом ища второй меч. — Думаешь, я буду благодарен за такую снисходительность? Благородству нет места, когда дело касается одних и тех же интересов… Я такой ошибки не допустил бы.

— Заткнись.

Лаис даже не скрывал удивления от своего поступка, однако в темной глубине глаз затаилось понимание. Его кобра хлестнула хвостом змею Лаера, отшвырнув ее на несколько скачков назад. Лаер охнул, приседая от сковывающей ребра и дыхание боли. Лаис незамедлительно атаковал. Хранитель каким-то чудом успел увернуться, продолжая смертоносный танец под звонкий крик стали. Лаис, обуянный яростью, отрезал любые возможности Лаера атаковать, вынуждая того перейти в глухую оборону. Лаер быстро просчитав немногочисленные варианты, отступал спиной к постаменту, доходившему ему до пояса.

Лаис прочитал по глазам Хранителя очередную готовящуюся подлость, но все никак не мог связать ее с отступлением Лаера к тупику.

Когда Хранитель, наконец, почувствовал спиной холодную каменную кладку, присел и выставил магический блок, Лаис рыкнул от злости, но свой клинок убрать не успел.

Снова конфликт.

Только Лаера на этот раз вжало болевой пульсацией в постамент, а Лаиса закрутив в воздухе, как тряпичную куклу, отшвырнуло на два скачка вправо. Хранитель, превозмогая боль во всем теле, подскочил к Лаису, занеся руку для последнего удара, когда тот рывком повернувшись, выбросив свою руку с клинком, сумел остановить удар Лаера в локте от своей шеи.

Хранитель навалился на свой меч всем телом, Лаис протестующее упираясь локтями в пол второй рукой придерживал конец меча. Тонкая алая капель сорвалась с его правой руки удерживающей конец лезвия меча, и окропила грязный пол. Лаер тяжело дыша, со странной смесью гнева, торжества и неверия смотрел на старшего брата, полуприкрывшего глаза с легкой, спокойной улыбкой на устах. И Лаис что-то прочел в глазах младшего. Что-то, пока скрытое от самого Хранителя.

— Чего ты лыбишься?! — рыкнул Лаер.

— Поделиться? Ну, смотри…

Лаис убрал меч.

Просто убрал свой меч.

А Лаер вместо того, чтобы не терять момента и полоснуть открывшееся горло, перенес всю силу удара… воткнув свой меч в пол!

В пол!..

Да у него с головой не в порядке! Лаер с ужасом смотрел на свои руки, отступая назад, и споткнувшись, постыдно упал на пятую точку. Лаис заинтересованно повернувшись на бок, следил за братом.

Это какая-то магия! Неощутимая такая, подчиняющая… Иначе свой промах объяснить он не мог. Лаер с подозрением поглядел на Лаиса, подложившего руки под голову, с передаваемым весельем во взгляде смотревшего на Хранителя.

Рыкнув от досады и нахлынувшей догадки, Лаер послал пару испепеляющих цепей в сторону Лаиса, лениво отбившего их.

— Как ты это сделал? — зло поглядев на поднимающегося на ноги Лаиса, пинком выбившего клинок Хранителя из пола, спросил Лаер.

— Мысленно обозвал тебя косоглазым. Вот ты и промахнулся. — Хохотнул Лаис, любовно оглаживая свой меч.

Они снова скрестили клинки. И снова благородно сдерживали беспроигрышные атаки. Лаиса это несказанно веселило, а Лаера злило, но все же он неизменно не наносил решающего удара, даже когда Лаис демонстративно открывал шею или отводил руку, предоставляя любую часть тела для удара.

— Говоришь, нет никакого благородства, и ты бы не допустил такой ошибки? А может наш маленький Хранитель просто боится признаться, что ничто человеческое ему ни чуждо? — Обидно рассмеялся Лаис, сумев полоснуть брата по запястью правой руки.

По месту бывшего шрама. Когда-то на этом запястье был тонкий шрам от стекла, которым он глубоко порезался, случайно разбив одну из любимых фигурок отца. И девятилетний Лаис, с ужасом глядя на хлещущий кровью порез, тащил сопротивляющегося брата к отцу. Так уж у них было заведено: чуть что мальчишки бежали к нему. Лаер, помнящий, о строжайшем запрете отца трогать коллекционные фигурки, умолял Лаиса остановиться. Лаер был невероятно бледным, и перепуганный Лаис клялся, что возьмет всю вину на себя, лишь бы малой пошел, и папа бы заживил ему этот Фесов порез…