Чтение онлайн

— Остановись, Яда. — Она застыла, с ненавистью глядя на него. — Сядь. — Она рухнула на лавку. Дар опёрся ладонью на стол и наклонился к её лицу. — Смотри и не вмешивайся.

— Освободи её! — гаркнул Баян, бросая на пол бездыханное тело очередного гостя. К этому моменту зал уже почти опустел. — Немедленно!

Дар проводил взглядом последнего человека, выскакивающего за дверь, и перевёл взгляд на брата.

— Наверно, это очень неприятно, — сказал он, криво усмехнувшись. — Быть лишённым магии настолько, что даже чары истинного имени тебе неподвластны. Ни капли. Меньше, чем в любом смертном. Без Забавы ты настолько бесполезен, что мне даже не понадобится имя, чтобы расправиться с тобой. — Дар отвёл в сторону руку и на ней блеснули золотые когти.

Он знал, что задел Баяна за живое. Ударил в самое больное место, но тот быстро взял себя в руки, хохотнул и неторопливо вернулся к столу и взял прислоненный к нему топор, с которым никогда не расставался.

— Знаешь, что забавно, Кощей? — Он взвесил топор в руке, будто примеряясь. Хотя знал его так хорошо, что тот давно стал продолжением его рук. — Что именно такой бесполезный хрен как я, оттрахал твою рыжую подружку.

Зверь сорвался с цепи.

Дар запрыгнул на стол и бросился на Баяна сверху. Но заслонился от когтей рукоятью топора, оттолкнул Дара в сторону и отправил топор ему в спину. Дар был меньше и быстрее брата, поэтому легко увернулся и снова бросился в атаку ещё до того, как Баян завершил удар. Дар впился когтями ему в плечо, запрыгнул на спину и попытался добраться до горла, но не успел. Баян бросился назад и со всей силы ударился спиной о стену, зажимая Дара в надежде переломать ему кости. Удар вышел мощным, но ослеплённый ненавистью Дар почти не почувствовал боли. Тем не менее его хватило, чтобы потерять хватку, и Баян, сгреб Дара за шиворот, стащил с себя и швырнул на пол. Топор тут же вгрызся в мрамор там, где только что была голова Дара. Тот откатился в сторону, вскочил на ноги и бросился вперёд, пока Баян не успел достать застрявший топор. Дар разъярённым петухом ударился в грудь Баяна, заставляя того выпустить топор. Тут же пришлось уворачиваться от его могучего кулака. Но Дар ещё никогда не чувствовал себя таким сильным, таким... могущественным. Никогда ещё багрец в груди не давал ему столько мощи, а может, он и вовсе был ни при чем, и Дара питали ненависть и боль, та тёмная, первобытная его сторона, которая жаждала крови, смерти, разрушения. И если так — сегодня он приветствовал её и давал ей полную волю. Сегодня он был тем Кощеем, о котором слагали легенды. Кощеем, которым никогда не был, но которым стал. Дар извернулся и полоснул Баяна когтями по лицу, перечёркивая наверняка болезненный ожог. Баян взвыл, хватаясь за залитое кровью лицо. И это промедление дало Даро шанс. Когти скользнули под колено, разрезая плоть и глубже, что-то хрусткое и тугое. В следующее мгновение нога Баян предательски подогнулась, и он рухнул на колени — не в силах больше стоять. А Дар, не теряя времени, вспорол связки на руках растерявшегося Баяна, и те плетьми повисли вдоль тела. Забава закричала, но не могла ничего поделать — она так и сидела за столом, прикованная к место.

— Оставь его! Прошу! Не трогай! — Она дрожала, пытаясь победить магические путы, но даже боги были перед ними бессильны.

Дар схватил рычащего от боли Баяна за волосы рывком заставил его запрокинуть голову, оголяя беззащитную шею.

— Нет! Пожалуйста! Кощей, я прошу! Я умоляю тебя, я сделаю всё, что ты хочешь! — кричала Забава, по щекам её бежали слезы, лицо перекосил неподдельный ужас. Дар никогда не видел её такой, но больше ничего не могло его тронуть. — Хочешь, я скажу, где твоё сердце! Расскажу, где спрятала его, только не тронь его! Не тронь Баяна!

Когти дрогнули и замерли, так и не коснувшись кожи. Дар поднял взгляд на Забаву.

— Разумеется, ты расскажешь. Я же знаю, твоё имя, — ухмыльнулся он и одним широким движением вспорол Баяну горло.

Баян захрипел, забулькал, и как только Дар отпустил его волосы, упал на бог, дергаясь и пытаясь вдохнуть. Но Дар знал, что такая рана может и не убить болубога, пусть и лишённого магии. Он неторопливо отошёл в сторону и поднял оставленный Баяном топор. Тот был таким тяжёлым, что Дару пришлось волочь его за собой, сберегая силы.

— Всё из-за этой девчонки? — не унималась Забава, то ли надеясь отвлечь Дара от Баяна, то ли правда желая узнать ответ. — Она же ничего не стоит! Она состарится и умрёт раньше, чем ты глазом успеешь моргнуть! Мы — твоя семья! Да, не идеальная, но мы всегда будем с тобой! Пощади Баяна, и я обещаю, что больше не трону тебя.

Дар вскинул на неё насмешливый взгляд.

— Никто из вас больше не тронет ни меня, ни тех, кто мне дорог.

Дар вскинул топор и, не в силах удержать, уронил вниз. Лезвие вспороло мрамор, и отрубленная голова Баяна качнулась в сторону и замерла, удивлённо глядя на Дара, но тот на неё даже не взглянул. Зверь ещё не насытился, он требовал расплаты и смотрел только вперёд, в испуганные глаза рыдающей Забавы.

Дар медленно подошёл к ней, надеясь, что когда огонь в её глазах погаснет, ему станет легче, Игле станет легче. Он уже не мог ничего исправить, не мог её спасти, но мог сделать так, чтобы ей больше ничего не угрожало. Ни ей, ни Ласке, ни Ветру, никому — кто стал игрушкой в руках скучающей полубогини. Девчонки, которой он слишком долго спускал всё с рук. Пусть он будет убийцей, пусть будет грязным и запятнанным, пусть Игла теперь никогда не сможет смотреть на него без отвращения и ненависти за то, что не спас её, за то, что отпустил и за то, что когда всё случилось, не сумел найти другой выход, кроме убийства. Она бы обязательно нашла другой выход. Но Дар почти радовался, что её здесь нет, что некому его остановить. Рядом с ней он хотел казаться достойным, добрым, хорошим, заботливым. Но по-правде, он никогда таким не был. И теперь уже никогда не станет.

— Если убьёшь меня, никогда не найдёшь своё сердце, — выпалила Забава. — Только я знаю...

— Мне плевать, — сказал Дар, и Забава посерела, понимая, что он не лжёт. Она зашла слишком далеко. Может быть, отчасти, именно она и сделала его таким, наполнила его чернотой, багрецем в груди выжгла в нём всё живое, а потом сделала это снова, когда притронулась к той, кто заменил ему утраченное сердце, а потому понимала, что теперь он не отступит.

— Послушай, послушай, я могу кое-что для тебя сделать... — начала она, и тут Дар понял, что она просто пытается тянуть время. Но для чего?

Ответ не заставил себя ждать. Что-то загрохотало, и Дар не успел увернуться, когда в спину ему впился мраморный шип. Дар упал, и тут же покатился по полу, уворачиваясь от каменных шипов, посыпавшихся на него с потолка. В зал вбежала Славна. Чёрт. Когда Забава успела связаться с ней? Пока Дар был занят Баяном? Или она всё это время была неподалёку? Славна наступала, разбирая зал на камни и колья и швыряя их в Дара, который, уворачиваясь от них, не успевал даже вдохнуть.

— Он знает моё имя! — Крикнула Забава, и Славна, бросив удивлённый взгляд на Дара, бросилась к ней. — Скорее! Забери меня отсюда! Я...

— Нет, Яда, замолчи! А теперь убей...

Договорить Дар не успел. Славна настигла Забаву, и они исчезли. Дар выругался и схватившись за раненное плечо, привалился к стене. Кровь заливала платье, рука отказывалась шевелиться. Боль охватила всю левую половину тела и с каждым мгновением становилась всё сильнее.

— Надеюсь, ты доволен? — послышался печальный голос, и, обернувшись, Дар увидел Морену. Она стояла над телом Баяна и бережно держала в руках его голову. Кровь стекала по её рукам и животу, капая на пол.

— Откуда здесь взялась Славна? — прохрипел Дар, едва разобрав её слова. — Как Забава сумела её позвать?

— Это я её позвала, — ответила Морена и Дар стремительно к ней развернулся всем телом, но тут же пошатнулся от боли и вновь привалился к стене.

— Ты — что?

— Напрямую вмешаться я не могла, но могла она, — спокойно ответила Морена так, будто Дар должен был знать, что именно так она и поступит. — Я согласилась отдать тебе одно дитя. Ты же решил забрать у меня двух. Я не могла этого позволить.