Чтение онлайн

В груди потеплело, Игла улыбнулась.

— Хорошо. Спасибо.

Разговор получался неловким, то ли из-за обстановки, то ли из-за темы, которую затрагивал, а может, всё разом. Но отчего-то Иглу это не смущало, в конце концов как ещё говорить о том, что ранило обоих? Они сидели рядом, нагие, беззащитные, открытые, не смотрели друг на друга, но чувствовали. В этом не было ни стеснения, ни влечения, ни страха, только необъяснимое спокойствие, которого Игле так сильно не хватало.

Какое-то время они молчали, сливаясь с белёсым паром над сияющей водой, и Игла подумала, что та и правда обладает целебными свойствами.

— Ты так и не ответил, что с твоей спиной.

— Ничего серьёзного, — отмахнулся Дар, а Игла обернулась.

Рана выглядела жутко и, похоже, не собиралась затягиваться. Это встревожило Иглу: неужели магия Дара всё ещё не восстановилась, почему не исцеляет рану?

— Не двигайся. — Она протянула руку, и когда пальцы коснулись кожи Дара, он вздрогнул.

— Не нужно. — Он повёл плечом, будто касание его обожгло, но Игла удержала его другой рукой.

— Сказала же, не двигайся, — велела Игла, накрывая рану ладонью. Она хотела было зашептать заговор, но не успела — магия сама собой засветилась на кончиках пальцев, заискрилась золотом, жаром пронеслась по телу, и рана принялась затягиваться на глазах. Никогда прежде Игла не лечила раны без заклинаний и заговоров, а потому с замиранием сердца наблюдала, как из золотых искр появляется на спине новая, тонкая, розовая кожа. Свечение исчезло, Игла отдёрнула руку и уставилась на свою ладонь. Что происходит? Ладонь выглядела совершенно обычно.

— Спасибо. — Дар с облегчением выдохнул и размял плечо. — Так быстро. Удивительно.

— Да, удивительно, — выдохнула Игла, отворачиваясь, и растерянно усмехнулась. — Наверно, выспалась.

Бабушка говорила, что с возрастом сила будет расти, раскроется после двадцати пяти и достигнет своего пика к шестидесяти годам, но Игла и подумать не могла, что меняться всё будет так внезапно и легко. Впрочем, за последние месяцы она пережила столько, что даже не обращала внимания на изменения в себе и своей магии. Погружённая в свои мысли, Игла не сразу заметила, что Дар вышел из источника и уже успел надеть штаны.

— Я могу...одолжить твоё платье? — спросила Игла. — Я забыла взять одежду.

— Конечно. — Дар принёс платье с полотенцем и положил их на край источника. — Прости, полотенце влажное. Я взял только одно. Тебе нужна помощь? Могу сходить за другим.

Игла покачала головой.

— Нет, всё хорошо.

Дар кивнул.

— Если что, я тут.

Он отошёл и принялся подбирать с пола грязные вещи. Игла же выбралась из воды, смахнула влагу полотенцем и быстро натянула платье. Оно едва доставало до колен, а широкий ворот то и дело спадал с плеча, но Игла не обратила на это внимания, наблюдая за Даром, который ждал её у выхода. Золотые глаза слегка поблёскивали в темноте.

Когда Игла подошла ближе, он потянулся, чтобы поправить ворот, вновь соскользнувший с плеча, но Игла вздрогнула и испуганно отпрянула, ударившись о стену. Дар от волнения выронил из рук вещи.

— Прости! Я не хотел...

— Нет, всё хорошо, я просто не ожидала. — Игла сама поправила ворот, чувствуя, как тело стремительно захватывает дрожь, которую никак не получалось сдержать. Сердце застучало быстро и так громко, что, казалось, Дар легко мог его услышать. — Я просто...

На глаза навернулись слёзы, Игла быстро вытерла их, злясь на себя за то, что не смогла их сдержать. Они стали признанием того, что она не справилась, что она пострадала, и что-то внутри всё-таки сломалось.

— Игла... — Дар сделал шаг ей навстречу вновь потянулся к ней, но не стал прикасаться. — Он больше не тронет тебя.

Игла вскинула на него полные слёз глаза. Лицо Дара было серьёзым и решительным и он тихо повторил:

— Он больше тебя не тронет.

Игла поняла, что произошло. Поняла, откуда взялась рана, и что сделал Дар.

— Ты убил его? — прошептала она.

— Да.

Облегчение столкнулось с ужасом. Руки Дара запятнала кровь родного брата — и всё внутри Иглы противилось этой мысли. Но одновременно с этим страх в её душе побледнел и стушевался. Горе столкнулось с робкой радостью. Вина — с благодарностью. Игла окончательно потерялась в противоречивых чувствах, которые разрывали её на части. Не выдержав их, она расплакалась. Шагнула, нет, почти упала вперёд, на грудь дара, будто ребёнок, отчаянно нуждающийся в помощи, но не знающий, как о ней попросить.

Руки Дара обхватили её осторожно, но крепко, обозначая границы, внутри которых ей никогда не будет больно и страшно. Игла прятала лицо на его груди и плакала в голос. Она плакала о себе, о Даре, который отнял чужую жизнь, о боли, которая порождала новую боль, а та — рождала другую, и не было вереницы этой ни конца, ни края. Она плакала о потерянном возлюбленном и о той себе, которой больше никогда не будет. Дар молча держал её, укачивал будто маленькую и гладил по волосам. Багрец в его груди сиял, просвечивая сквозь рёбра и согревая их обоих.

Лошади Ветру не понравились. Сперва он и вовсе принял их за чудовищ и расплакался от испуга, спрятавшись за Иглу.

— Я не поеду с ними никуда! — ревел он, обнимая её за талию, боясь даже выглянуть. Соломенная шляпа сползла на затылок, грозя вот-вот упасть. — Они меня съедят!

— Лошади не едят людей, — успокаивала его Игла, поправляя шляпу, чтобы спрятать Ветра от солнца.

— Вообще-то эти очень даже едят, — бросил проходящий мимо Дар. Игла стрельнула в него осуждающим взглядом, а он усмехнулся и пожал плечами, поудобнее перехватывая сундук, который нёс к карете. — Что? Их называют келпи, они выловленны в озёрах Сереверных Земель. Но если вас это успокоит, моих друзей они не тронут.

— У тебя разве есть друзья? — фыркнула Ласка, толкая его локтем. Она несла в руках два раноцветных узелка с едой.

Дар проводил её непонимающим взглядом.

— Вы — мои друзья.

— Скорее — заложники.

— Ласка, — одёрнула её Игла.

— Что? — взмахнула руками та. — У нас ни кола, ни двора. Он, — она ткнула пальцем в Дара, — опрометчиво убил Баяна, но прикончить Забаву не сумел. И теперь мы вынуждены бежать чёрти куда, потому что Забава наверняка явится, чтобы оторвать головы кому? — нам! — Она развернулась и быстрым шагом направилась к карете, вся фигура её выражала гнев и раздражение.

Дар растерянно смотрел ей вслед.

— Она расстроена, это пройдёт, — примирительно сказала Игла. — Просто ей здесь нравится.

— Да нет, она права, — вздохнул Дар, грустно улыбнувшись. — Все здесь так или иначе пострадали из-за меня. Я виноват...

Игла не дала ему договорить.

— Если кто и виноват, так это Забава. И Ласка тоже это понимает. И злится она от бессилия, от того, что не может дотянуться до Забавы, поэтому срывается на всех вокруг. Уверена, она считает тебя другом.