Чтение онлайн

— Они засунули меня в ларец! — воскликнула Ласка. — Я просидела там тысячу лет!

Василиса покачала головой.

— Я понимаю, это действительно ужасно, но тысячу лет назад не было никаких законов и никакой Гвардии. Мы не можем наказывать за нарушение законов, которых не существовало.

Ласка фыркнула, но тут же встрепенулась.

— Ну, а то, что они сделали с Иглой!...

Игла покачала головой, призывая Ласку замолчать. Василиса перевела на неё взгляд.

— Они что-то сделали с тобой?

— Тот, кто это сделал, уже мёртв. — Игла слабо улыбнулась. — Наказывать уже некого. И мне, если честно, всё равно, можете вы что-то сделать с ними или нет, я хочу, чтобы вы помогли Кощею. С остальным мы разберёмся сами.

Василиса посмотрела на неё тяжёлым, задумчивым, полным вины и сожаления взглядом, а потом поднялась с кресла.

— Идём. Я провожу вас к нему.

***

Крыло Гвардии, в котором заправляли Журавли — лекари — стояло у реки. Длинное каменная постройка, с двускатной, укрытой снегом крышей. Среди десятков окон горели два соседних, и сердце Иглы забилось от мысли, что Дар сейчас там, лежит, умирающий. Она почти сорвалась на бег, но лишь страх оставить вспыльчивую Ласку наедине с грозной Василисой удержал её ноги.

Коридоры и залы крыла напоминали дикий буйный лес, цветы, деревья травы росли в кадках повсюду, на стенах, лестницах, спускались с потолка. Знакомые и привычные, диковинные и странные, каких Игла прежде никогда не видела и прежде бы обязательно провела бы здесь часы и дни, разглядывая каждый новый цветок, но сейчас едва замечая происходящее вокруг. Василиса проводила их на третий этаж, распахнула двустворчатые двери и пропустила в просторный зал.

Дар лежал на столе, голый по пояс. Игла бросилась к нему, но приблизившись, замерла и вскрикнула, в ужасе прижимая ладони ко рту. Грудная клетка была раскрыта, развороченная. Рёбра распирали какие-то металлические приспособления и глубоко внутри на месте утерянное сердца тускло горел багрец, покрытый трещинами.

— Что он с ним сделал! — зарычала Игла, оборачиваясь к Василисе. — Что с ним!

Из соседней комнаты вышел молодой мужчина. Длинные рыжие волосы, заплетёныне в косу лежали на плече. Вместо живой левой, когда-то потерянной руки — металлическая, с сияющими камнями багреца в предплечье и каждом пальце. Ещё два довольно крупных камня-багреца он нёс в правой руке. На белой рубашке темлени рубиновые пятна крови.

— Мне пришлось это сделать, чтобы понять, что происходит с вашим другом. Это не навредило ему, обещаю, — спокойно сказал он и ободряюще улыбнулся. Его карие глаза светились лаской и заботой, и у Иглы тут же пропали все сомнения в его добрых намерениях.

— Ты Лель? — решительно выступила вперёд Ласка и требовательно продолжила, не дожидаясь ответа. — Ты можешь его спасти?

Улыбка Леля померкла, он с искренним сочувствием посмотрел на Иглу.

— Боюсь, что нет.

— Ты всё можешь, — сказала Василиса тоном, не терпящим возражений. Игла посмотрела на неё с затаённой надеждой. — Он сын Морены, Тёмный, полубогов не так-то просто убить.

Если Лель и удивился её словам, то виду не подал.

— Здесь всё не так просто, — сказал он, подходя к столу. Игла дёрнулась, желая не позволить ему прикасаться к Дару, но удержала себя. — Будь у него живое сердце, он был бы уже мёртв. Даже Тёмному такое не пережить.

— Хочешь сказать, что полубога может убить простой призрак? — фыркнула Ласка.

— Очень злой призрак, да. А тебя может убить ржавый гвоздь. Не всё в мире измеряется размером и силой, если ты об этом, — спокойно ответил Лель и продолжил. — Багрец позволил Кощею пережить нападение, но, как видите, он треснул и не способен больше удерживать магию так, как прежде. И возможно, в обычных условиях, он бы даже смог исцелиться, но... — Лель прикоснулся металлической рукой ко лбу Дара и камни в ней засияли, вторую руку он положил ему на живот. Прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям, а потом кивнул. — Да, ваш друг довольно долго отдавал свою магию и это его истощило.

— Отдавал? Кому? — спросила Игла и сцепила пальцы, чтобы сдержать пробирающую до костей дрожь.

Лель открыл глаза и посмотрел на неё так, будто заранее извинялся за то, что собирался сказать.

— Тебе. Ты не знала?

У Иглы подкосились ноги, и она схватилась за край стола, чтобы не упасть. Нет, он не мог. Не должен был. Всё это время. А она даже не заметила. Дыхание перехватило, и Игла медленно опустилась на пол. И как она не догадалась? Светозар вытягивал из неё силы, но она чувствовала себя прекрасно. После того, как она встретилась с вештицей в Тёмном Лесу, всё прекратилось. Она больше не чувствовала слабость, не теряла сознание и даже не думала об этом. Седая прядь у лица — единственное, что напоминало о том, что её жизнь в опасности, но Игла почти не смотрела в зеркало. Она думала, что её сила выросла, но на самом деле... Вот почему Дар стал больше спать, вот почему он выглядел усталым, а его раны плохо заживали, вот почему он теперь умирал!

— Разве нельзя ничего сделать? — требовательно вмешалась Ласка. — Заменить багрец на новый?

— Во-первых, найти багрец такого размера — непростая задача, — Лель показал камни, которые принёс, — все они были значительно меньше того, что тускло горел в груди Дара. — Эти — самые крупные, что у меня есть, но, боюсь, их силы будет недостаточно, чтобы поддержать в нём жизнь. К тому же, я не знаю, как именно был зачарован этот багрец и что случится, если его заменить на другой.

— А если это будет сердце? — тихо спросила Игла, торопливо перебирая варианты. — Его сердце.

Переглянувшись с Василисой, она заново пересказала Лелю историю Кощея и игры, которую затерялась Забава.

— Если я найду его сердце, ты сможешь его спасти?

Лель задумался.

— Если магия позволит, — сказал он, наконец. — Но думаю, что если это будет его сердце, то оно приживётся охотнее, чем чужеродный багрец. Но... — Он посмотрел Игле в глаза. — Я ничего не могу обещать.

Игла кивнула, вытирая слёзы и поднялась на ноги. Пусть слова Леля и не утешали её, но давали силы делать хоть что-то. Хотя бы попытаться спасти Дара.

— Сколько у меня времени? — спросила она, бросила на Дара быстрый взгляд, но тут же отвела. — Сколько у него времени?

Лель с сожалением пожал плечами.

— Я не знаю. Багрец пытается восстановить магический поток, но от этого продолжает разрушаться. Может быть, дни, может, неделя. Всё зависит от него самого. Я сделаю всё, что смогу, но... — он обвёл Иглу и Ласку проницательным взглядом. — Лучше вам поторопиться.

Игла кивнула, подошла к Дару и прикоснулась к его руке. Холодная. Какая же она была холодная. Лицо его выглядело спокойным, бледным, почти безжизненным, и это пробуждало в Игле животный ужас. Сжав его ледяные пальцы, Игла наклонилась к самому его уху.