Ищейки Смерти
Шрифт:
— Да, отец, — кивнул Фирил.
— Их нам уже не спасти… — вздохнул Вик. — Может, это и к лучшему… Скажи Фирил, у вас ещё остались нетронутые оружейные склады?
Бастард прищурился, вспоминая:
— Насколько мне известно, резервный склад, расположенный в районе Северный, ещё не использовался. Но за это время многое могло измениться.
Как бы в подтверждение слов Фирила раздался оглушительный взрыв. Из стрельчатого окна вылетели стёкла. Сразу же за взрывом последовал чудовищный вопль.
— Сирог, мой сын, — Вик повернулся к вздрогнувшему драгу с ужасными шрамами на щеках, — тебе вверяются все вспомогательные силы. Тяжёлого вооружения на вас не хватит. Твоя задача пробраться к вспомогательному складу. После — слиться с остальными силами и вести бой. И помни, не трать бойцов попусту: кончился порох — прячьтесь в катакомбы.
— Да, отец, — низко поклонился драг с уродливыми шрамами на щеках и направился к выходу.
— Фирил, — обратился Носолом, — отдай моему второму генералу жетон помощника Главы городской охраны. Чтобы он мог беспрепятственно проникнуть на склад.
Бастард протянул свой жетон — право обладать которым пришлось добывать потом и кровью — Сирогу. Рука Фирила дрожала, словно протестуя воле хозяина. Но слепая любовь к Вику не терпела неповиновений. Серебряный жетон с выгравированным символом высшей сарской исполнительной власти — схлестнувшиеся мечи — холодной металлической тяжестью лёг в дражью ладонь. И тяжесть была не так от металла, как от той власти, которая сосредотачивалась в нём. Скрыв жетон во внутреннем кармане камзола, драг вышел из зала.
— Тилип, — позвал Вик Носолом лысого здоровяка, — тебе выпадает несладкая участь. Ты возглавишь основные силы. Они уже собраны и ждут твоих приказаний. Без промедлений ты бросишь их в жерло смертельного боя. И да помогут тебе Гирен и Спайкниф!
— Я не подведу тебя, отец, — ответствовал первый генерал, поклонился и гордой походкой вышел из зала — на погибель…
— А мы с тобой, Фирил, отправимся прямиком в ратушу, — заключил Носолом. — Тигур, собери моих телохранителей!
Скрывающийся всё это время за одним из знамён красный драг вышел на свет, льющийся из разбитого окна:
— Мирако, Фриц, Тифон, Мирта и Глимбар! — рявкнул он.
Из-за знамён вышла примша, два прима, драгша и люрт. Все, кроме люрта, были облачены в латы, блестящие сталью — не иной, как из павшего города Стальня. На их поясах ослепительно блестели искривлённые клинки. Люрт был облачён в кольчугу и наплечник. За спиной его висел двуручный меч. Стоит ли говорить о том, что его обмундирование так же было выковано в Стальне?
— Идём, нельзя больше терять и секунды! — Носолом вскочил с трона и направился к выходу. Все устремились за ним.
Город погибал.
Сарские войска вели кровопролитную битву. Рухнули неприступные стены: оставшиеся силы пришлось перебросить через реку Нали, бросив район Бедный на растерзание лютым скелетам древних исполинов. Перебросить через реку — сказано очень громко. Солдаты спасались бегством. Бросали мушкеты, пушки, мортиры и прыгали в воду. Многим не суждено было переплыть на другой берег… Лишь некоторым храбрецам хватило духу переправить через мост несколько пушек и мортир вместе с порохом и ядрами.
Ожившие скелеты древних неведомых мыслящих внушали ужас и страх. Но они не были неуязвимы. Шрапнель и ядра крошили их кости. Лишённые большинства конечностей, исполины валились наземь: раздаваясь дикими воплями, захлёбываясь беспомощной ненавистью и злостью, они лежали на земле, не способные больше причинить никому увечья.
Изничтожив каждого попавшегося на глаза мыслящего, поравняв все дома Бедного района с землёй, армия скелетов перешла реку вброд. С лёгкостью давя сарских солдат, будто клопов, они продвигались к Осевому району. Решив, что сопротивление сломлено, Дихуфхур распустил солдат сеять смерть и страдания.
«Разбредясь по бетонным лабиринтам домов громадного города недостойных существования мыслящих, даже по одиночке любой из его бойцов способен справиться с жалкими остатками перепуганных тараканов, не заслуживающих именоваться солдатами» — так думал Дихуфхур, грозный и свирепый вожак восставших из потустороннего мира душ древних. Это его и погубило…
Каким бы скудоумным тугодумом не казался Тилип на первый взгляд, а стратегом он выдался отменным. Вспомнить только его быстроту мысли, с которой он просчитал выгоду и поддержал Носолома. Теперь он его первый генерал… Сейчас же, быстрый мозг Тилипа сообразил, что прямого боя с врагом его войскам не выдержать. Да и как выдержать, когда численность наёмников не превышала пяти сотен? В то время как армия скелетов насчитывала тысячи…
Партизанские вылазки, ловушки из взрывного порошка и динамита, засады, снайперские обстрелы из окон и крыш зданий — столкнуться с таким серьёзным сопротивлением исполинские скелеты не были готовы. Подобно отбитым от стаи собакам, их истребляли одного за другим. Но самый опасный зверь — загнанный зверь. Светящиеся бледным кровавым пламенем треногие чудовища сражались до последнего. И не видывали улицы Сара ещё такой дикой и безудержной мощи. Скелеты крошили всё на своём пути: равняли с землёй невысокие здания, били стены зданий повыше, обдирали рельсы воздушных вагонов (иногда вместе с вагонами), ломали столбы уличных электрических светильников, выдирали с корнями деревья, растущие вдоль тротуаров и дорог, давили не успевших скрыться горожан, били громадные стёкла зданий-небоскрёбов, ломали в щепки брошенные на дорогах повозки.
Ядра и взрывы, крики и смерть.
Наёмникам тоже пришлось несладко: если враг их обнаруживал, то спастись было практически невозможно… Но хоть одно радовало: к их рядам примкнули выжившие сарские солдаты. Окрылённые нежданным успехом отрядов Тилипа, солдаты бесстрашно вступали в бой в надежде вернуть посрамлённую их трусливым бегством славу регулярным войскам Сара.
Кости поверженных чудовищ ужасающим кровавым ковром стелились по улицам города. Никогда заточённым в них душам не познать покоя…