Каэхон
Шрифт:
— Все, — не дрогнул старик. — Сам Бог приказал сделать нам это!
— Что за бог?
— Истинный Бог един, имя ему — Холод и Лед, а Истинное Имя неведомо никому из тех, кто родился не в этих горах!
— Килхейдхеер его зовут, — раздался тихий шепот за моим ухом. Я усмехнулся: это был Тифка, веселый парень из десятка Эрвиса. — Порази их своим знанием!
Я подумал и кивнул: вдруг это поможет? Пара знаков — камень Воздуха приятно охолодил мне грудь, а голос мой стал грозным и могучим:
— Ведомо мне имя твоего бога, старик! Килхе… Тьфу, Килхейдхеер его имя!
Видимо, я угадал — жители деревни замолкли, ужас, что вдруг заменил все эмоции, не шел ни в какой сравнение с легким страхом при виде моего отряда. Что-то неладное с их богом…
— Молчи! Не смей говорить это! — Дрожащим голосом выдавил из себя старик. — Откуда ты знаешь?
— Мне много чего подвластно, — отрезал я. — Но не все. Например, я не знаю, почему ушли отсюда все ваши воины — Священная Война не простой набег.
— Не для чужеземца знание!
— Так, убейте какого-нибудь ребенка, — скучающе приказал я.
Мое приказание тотчас начали приводить в исполнение — в отряде достаточно было и людей безжалостных, головорезов, а меня слушались все беспрекословно. Ну, кроме моих старых друзей. Однако старик успел спасти жизнь какой-то, кажется, девочке. Он вскрикнул что-то и торопливо сказал:
— Подожди! Это приказ жреца, а жрец Ледяного Бога — выше всех, кроме самого Бога.
Я задумчиво почесал подбородок: отрастала щетина, побриться все лень. Потом кивком указал Ширре на старика, чтобы допросил своими методами. Иллюзионист умел вытаскивать сведения безболезненно и быстро!
Спустя некоторое время мы знали, что старик больше ни о чем понятия не имел. Пришел жрец, сказал всем мужчинам идти, те пошли. В набеги же собирались иначе — без каких бы то ни было жрецов, те сопровождали армии северян редко. Короче говоря, дело это пахло не слишком приятно. Больше было непонятного. И никто ничего не знал… Пара слухов, не больше, и все связаны с их ледяным богом, чье имя они так боялись произнести, однако знали почему-то все.
Вскоре мой отряд двинулся дальше в горы, по единственной дороге.
Шли дни, и отряд мой шел. Мы как могли наслаждались все же наступившим летом: солнечным, жарким днем и ледяным ночью. Ветер здесь, в горах, был особенно злым. Я то и дело касался Камня Ветра, пытаясь хоть немного утихомирить стихию. Большинство деревень, что нам попадались, были полностью покинуты. В некоторых собирались все те же женщины, дети и старики — видимо, ото всех окрестных деревень. Нам приходилось отбирать у них и без того скудноватый урожай: не слишком благородно, конечно, но хотелось есть, а охота здесь была просто никакая.
Северяне изредка пытались защищаться, но что они могли сделать против моего отряда? Естественно, ничего. Нам оставалось лишь стараться не убить кого ненароком. И не было ни одного мага, ни одного воина. Как обычно, никто ничего не знал.
Мы смогли на шаг приблизиться к цели лишь спустя несколько недель пути. Узкая дорожка, петляя средь вершин, привела нас в долину, вытянутую, окруженную неприступными скалами. Дорога шла через нее… И была перекрыта высокой каменной стеной с массивными воротами. В отличии от многих других поселений, долина была вполне обитаема. Я ощущал немало аур, многие из которых явно принадлежали воинам.
— Ширра, надеюсь, мы сейчас под мороком? — Осведомился я.
— Как воздух прозрачны мы для глаз любых, и даже орел нас узреть не сможет, — кивнул маг.
— Хорошо, — кивнул я. — Так. Тайсама, Киран! Выберете местечко поукромней, нужно разбить лагерь. Дорога ведет нас через долину, и эта стена нам преграждает путь…
— Можно ее сжечь, — азартно предложил Искра.
— Угу, силенок-то хватит?
Искра задумчиво посмотрел на стену, что-то прикинул в уме и с сомнением ответил:
— Наверное, нет, если быть честным. Хотя ворота, если я постараюсь хорошо, спалить попытаться можно.
— Мирный путь глаза мои видят, будто наяву, — осенило вдруг Ширру. — Волшебным покровом укрыв нас, одного чары мои на миг в северянина превратят — поддавшись уловке моей, откроют ворота враги, и под невидимости покровом мы, будто воздух незаметные, как ветер быстрые, ворвемся внутрь.
Я задумчиво кивнул: план, конечно, имел изъяны, и весьма большие… К примеру, было совершенно непонятно, что нас ждет за стеной. Куда идти дальше. С другой стороны, ждать лично мне совершенно не хотелось, в команде я был вполне уверен. Поэтому оставалось решить лишь одно…
— Кого зачаруем? Кто у нас хороший актер? Желательно, кто знает харакорский?
— У меня тут один болтал, — ухмыльнулся Эрвис. — Ну-ка, Тифка, ты тут бахвалился, что как горец болтать умеешь?
— Конечно, — гордо и немного комично кивнул парень, затем выдал такую какофонию звуков, что все тут же поверили: действительно, умеет.
— Отлично! — Улыбнулся я. — Ширра, я попросил бы тебя изобразить нечто героически-северное…
— Нет, — быстро перебил меня Тифка. — Изобрази меня в виде немолодой женщины, так больше поверят. Ведь почти все мужики на войну свалили, так ведь, да? — Говорил парень быстро и уверенно. Видно, знал свое дело… — А женщина — в самый раз! Что-нибудь на ходу придумаю. Жалобную историю, как хреново живется мне одной в деревушке, что напали дикие звери, пришли гигантские моллюски-убийцы и наступил полный…
— Ясно, ясно, — поспешно согласился я. Парень был болтливей Ширры. Точнее, наш маг просто изъяснялся слишком вычурно, Тифка же был именно болтлив! — Ширра, женщину из него сделай! Симпатичную такую…
— Грудь побольше, — серьезно добавила Тайсама.
Воины дружно заржали. Воительница обиделась:
— Что смеетесь? Не заметили, все северянки — высокие, рослые, и грудастые.
— Да, вполне… Заметили, — нарочито задумчиво ответил ей один из воинов, что вызвало новый взрыв смеха.