Киевская Русь

Советский историк, академик АН. С 1901 г. учился в Варшавском университете, в 1905 г. перевелся в Московский университет, который окончил в 1907 г. Первая исследовательская работа Грекова посвящена социально-экономической истории Великого Новгорода. Историк сосредоточил внимание на процессах, происходивших в феодальной вотчине. Важной темой исследований Грекова являлась история Древней Руси и восточных славян. В капитальном труде "Киевская Русь" (1939) на основании анализа всех видов источников Греков пришел к выводу, что восточные славяне перешли от общинного строя к феодальным отношениям минуя рабовладельческую формацию. Он констатировал, что основой хозяйственной деятельности Древней Руси было высокоразвитое пашенное земледелие и решительно выступил против утверждений об отсталости социально-экономического строя древних славян. Греков писал, что Киевская Русь была общей колыбелью русского, украинского и белорусского народов. Большим вкладом в изучение древнерусской истории стала работа "Культура Древней Руси" (1944).

Греков также много занимался изучением истории южных и западных славян, изучением их правовых кодексов и "Правд". Важной темой научных работ Грекова было исследование истории русского крестьянства. В 1946 г. им было опубликовано капитальное исследование на эту тему — "Крестьяне на Руси с древнейших времен до XVII века". Греков внес большой вклад в разработку историографии, в развитие источниковедения. При его участии выпущено свыше 30 крупных изданий документов. Им написаны работы об исторических взглядах А.С.Пушкина, М.В.Ломоносова, М.И.Покровского и др.

Научно-исследовательскую деятельность Греков сочетал с преподаванием (он был профессором МГУ и ЛГУ) и руководством ряда институтов АН.

Настоящая книга представляет собой переработанное и значительно расширенное издание моего труда "Феодальные отношения в Киевском государстве". Так как в это издание включены новые части, выходящие за рамки, очерченные старым заглавием, то я счел необходимым озаглавить книгу по-новому и назвал ее "Киевская Русь". Одним из крупных недочетов книги в новом издании я считаю отсутствие специальной главы "Организация военного дела в Киевской Руси", которую мне не удалось закончить к сроку.

В этом издании я учел все замечания, которые вызвала моя книга во втором ее издании на страницах печати.

Б. Греков.

Чем объяснить хорошо известный факт, что русский народов своем былинном эпосе отводит самое видное место именно Киевскому периоду своей древней истории?

Это не может быть случайностью. Народ, переживший на протяжении своей истории много тяжелых и радостных событий, прекрасно их запомнил, оценил и пережитое передал на память следующим поколениям. Былины — это история, рассказанная самим народом. Тут могут быть неточности в хронологии, в терминах, тут могут быть фактические ошибки, объясняемые тем, что опоэтизированные предания не записывались, а хранились в памяти отдельных людей и передавались из уст в уста, но оценка событий здесь всегда верна и не может быть иной, поскольку народ был не простым свидетелем событий, а субъектом истории, непосредственно творившим эти события, самым непосредственным образом в них участвовавшим;

Звучит потому, что она правдива и искренна, потому, что это голос подлинной жизни.

Л. Майков, в своей специальной работе "О былинах Владимирова цикла" [2] совершенно правильно отметил, что русский народный эпос по своему содержанию соответствует нескольким, постепенно сменявшимся периодам исторической жизни и отражает в себе более или менее полно быт и понятия каждого периода. Тот же автор отметил, что только Киевский период своей истории народ заполнил героями-богатырями. [3]

В.О. Ключевский в своем курсе русской истории тоже подчеркнул это специфическое отношение былинного эпоса к Киевскому периоду. Он совершенно верно подметил, что народ помнит и знает старый Киев с его князьями и богатырями, любит и чтит его, как не любил и не чтил он ни одной из столиц, сменивших Киев.

Глубоко прав и Байрон, указывая на то, что историк чаще вводит в заблуждение, чем народная песня. Это положение легко продемонстрировать хотя бы на примерах только что процитированных двух историков.

Л. Майков думает, что былины вспоминают "Киевский удельный период древней Руси в том цикле, который группируется около Владимира", и "умалчивают о междоусобиях между князьями" в то время, как "по летописям именно удельные распри и были главными причинами княжеских переездов и войн". [4]

Ключевский говорит о том, что "в старой киевской жизни было много неурядиц, много бестолковой толкотни; "бессмысленные драки княжеские", по выражению Карамзина, были прямым народным бедствием", [5] т. е. и Ключевский так же, как и Майков, не отделяет периода существования Киевского государства от периода феодальной раздробленности.

В былинах этого смешения нет.

Народ более точно наметил основные вехи периодизации своей истории. Не бестолковую толкотню и бессмысленные драки воспевал он в своих былинах. Время беспрерывных феодальных войн, время "всеобщей путаницы" наступило позднее, и в былинах этот период не отражен: героев-богатырей тогда уже не стало. Этот период нашей истории нашел свою оценку не в былинах.

В знаменитом "Слове о полку Игореве" мы читаем следующие правдивые и яркие строки: "Тогда при Ользе Гориславичи сеяшется и растяшеть усобицами, погибашеть жизнь Даждобожа внука, в княжих крамолах веци человеком скратишась. Тогда по Русской земли редко ратаеве кикахуть, но часто врани граяхуть, трупиа себе деляче, а галици свою речь говоряхуть, хотять полетети на уедие". "А погании со всех стран прихождаху с победами на землю Русскую". [6] Так же смотрел на дело и летописец XII века, сравнивая свое настоящее с недавним прошлым: "…древний князи и мужи их… отбораху русския земли и ины страны придаху под ся", а сейчас, "за наше несытьство навел бог на ны поганые, а и скоты наши и села наши и имения за теми суть". [7]

И автор "Слова о полку Игореве" и летописец одинаково осуждают период разрозненного существования частей еще недавно единого, хотя, как оказалось, и непрочного Киевского государства. Народ в своих оценках событий прошлого выделил не этот период беспрерывных междукняжеских войн и слабости перед врагом внешним, а время Киевского государства, как время своего величия и силы. Народные симпатии отнесены к тому времени, когда русская земля, собранная под властью первых киевских князей из разнородных этнографических элементов в одно политическое целое, действительно представляла силу, грозную для врагов и в то же время дававшую возможность развитию мирного народного труда, — залог дальнейшего будущего страны.

Под Киевским периодом истории ни в коем случае нельзя разуметь период уделов с его разобщенностью отдельных княжений и княжескими усобицами, как это делают и Л. Майков и отчасти В. О. Ключевский. Время уделов нельзя называть Киевским хотя бы по той причине, что Киева как политического центра уже тогда не было, он стушевался и решительно затерялся среди других местных центров. Напрасно В. О. Ключевский думает, что это было время, когда "киевлянин все чаще думал о черниговце, а черниго-вец о новгородце, и все вместе — о Русской земле, об общем земском деле". На самом деле эти отношения между уделами складывались совсем не так. Совсем не такую картину рисует нам глубокий знаток современных ему политических отношений великий наш поэт, автор "Слова о полку Игореве"; летописные факты тоже говорят совершенно о другом. Если можно говорить в это время о единстве русского народа, то лишь только в смысле этническом. Политического единства, хотя бы в относительной форме Киевского государства, в это время уже не было.