Чтение онлайн

Достаточно ознакомиться с письмом Ленина к Мясникову от 5.VIII.1921 года (ПСС, т.44, стр. 81–82), чтобы убедиться, с какой внимательностью и предупредительностью относился Ленин к своему идейному противнику. Владимир Ильич писал Мясникову:

"Оторванность комячеек от партии? Есть. Зло, бедствие, болезнь. Есть. Тяжелая болезнь. Лечить ее надо не «свободой» (для буржуазии), а мерами пролетарскими и партийными. То, что вы говорите о поднятии хозяйства, об автоплуге и прочем, о борьбе за «влияние» на крестьянство и т. д., содержит в себе много верного, много полезного. Отчего бы вам не выделить это? Мы сойдемся и будем работать дружно, в одной партии. Польза будет громадная".

Разве Ленин предлагал исключить из партии "Рабочую оппозицию", как проделал это Сталин с ближайшими соратниками Ленина? Нет, хотя взгляды "Рабочей оппозиции" отклонялись от программы партии.

Приведенная Рыковым на ХV съезде партии выдержка из резолюции Х съезда, относящаяся к "Рабочей оппозиции", приведена им не полностью. Полностью она выглядит так:

"Съезд РКП(б), решительно отвергая указанные идеи, выражающие синдикалистский и анархический уклон, постановляет:

1. Признать необходимой неуклонную и систематическую борьбу с этими идеями;

2. Признать пропаганду этих идей несовместимыми с принадлежностью к Российской коммунистической партии;

3. Поручить ЦК партии строжайшее проведение в жизнь этих своих решений. Съезд указывает вместе с тем, что в специальных изданиях, сборниках и т. п. можно и должно быть уделено место для наиболее обстоятельного обмена мнений членов партии по всем указанным вопросам". (Стен. отчет X съезда, стр.576)

Вот именно эту последнюю фразу и опустил Рыков.

Из стенограмм X съезда и из приведенного текста его решения явствует, что:

а) Х съезд не исключил "Рабочую оппозицию" из партии и не требовал от ее членов произнесения покаянных речей;

б) Х съезд не только разрешил, но даже рекомендовал обмен мнениями "в специальных изданиях, сборниках и т. д.".

Можно ли сравнивать отношение к оппозиции Х съезда, руководимого Лениным, и ХV-го, руководимого Сталиным? Ведь ни накануне ХV съезда, ни на самом съезде не было допущено никакого "обмена мнений", оппозиции заткнули рот, всех оппозиционеров исключили из партии, а затем постепенно передали в распоряжение органов ОГПУ и отправили в ссыпку. А ведь в 1927–1928 году в стране не было ни голода, ни Кронштадтского восстания!

Ленин и возглавляемый им ЦК ни на Х-м, ни на ХI-м съезде не спешил с исключениями из партии, хотя оппозиция и после Х съезда продолжала вести фракционную работу. Наоборот, ЦК делал все, чтобы облегчить оппозиции постепенное сближение с партией: выдвигал оппозиционеров на руководящую работу (Шляпников впервые был избран в ЦК именно на Х съезде), доверял им руководство чисткой партийных организаций в ряде крупных центров страны, и т. п.

Сталин делал все наоборот. Ленин рекомендовал X съезду избрать в ЦК двух членов "Рабочей оппозиции". Сталин, не дождавшись ХV съезда, в канун открытия дискуссии исключил из партии двух руководителей оппозиционного блока – Троцкого и Зиновьева. А ряд известных оппозиционеров, в том числе и бывшие члены ЦК, и герои гражданской войны (как, например, Мрачковский) были посажены в тюрьму или отправлены в ссылку.

Второго декабря 1927 года открылся ХV съезд. На другой день, 3-го декабря более 120 ответственных представителей оппозиции обратились к съезду с предложением установить в партии мир. В основу этого мира подписавшиеся предлагали положить следующие принципы:

1. Прекращение всякой фракционной работы, роспуск всех фракционных организаций в РКП(б) и в Коминтерне.

2. Подчинение решениям съезда.

Подписавшиеся выразили свое непоколебимое решение пресекать любую попытку раскола и организации второй партии, как противоречащую учению Ленина и обреченную на гибель.

В то же время подписавшиеся представители оппозиции твердо заявили, что они не могут отказаться от взглядов, в правильности которых они уверены и которые изложены ими перед партией в платформе и в тезисах.

"Мы, – писали в своем заявлении 121 оппозиционер, – будем работать для партии, защищая свои взгляды в строгих рамках устава и решений партии, что является правом каждого большевика, зафиксированным в ряде основных решений съездов при Ленине и после него". В заключение подписавшиеся заявляли: "Перед съездом и во время съездовской дискуссии мы боролись за свои взгляды со всей твердостью и решительностью. Решив подчиниться съезду, мы с той же твердостью и решительностью проведем это в жизнь, как верные солдаты большевистской пролетарской армии".

В ходе обсуждения текста "Заявления 121" в оппозиционном центре возникли серьезные разногласия между троцкистами и зиновьевцами. Троцкий и его единомышленники были против капитулянтских ноток, звучавших в «Заявлении», в частности – против приведенного нами выше заключительного абзаца. Но во избежание раскола троцкистская сторона пошла на некоторые уступки.

Съезд рассмотрел "Заявление 121" и вынес следующее решение: "Принимая во внимание, что разногласия между партией и оппозицией из 'тактических переросли в программные, что троцкистская оппозиция объективно стала фактором антисоветской борьбы, ХV съезд объявляет принадлежность к троцкистской оппозиции и пропаганду ее взглядов несовместимыми с пребыванием в рядах большевистской партии". (ХV съезд, стен. отчет, т. II, стр. 1434)

После принятия съездом этой резолюции, 18 декабря 1927 года на заседании оппозиционного центра произошел раскол в оппозиции. Часть оппозиционеров во главе с Зиновьевым и Каменевым решила капитулировать, и 19 декабря они подали новое заявление в президиум съезда. В этом заявлении они "приняли к исполнению требование съезда об идейном и организационном разоружении", иначе говоря – отказались от своих взглядов. Вскоре к ним присоединились и некоторые троцкисты: Г. Пятаков, Л. Серебряков, Дробнис.

После раскола оппозиции троцкистская группировка подала за подписями Смилги, Муралова, Раковского и Радека заявление ХV съезду от имени всей оппозиции. В этом заявлении более резко, чем в заявлении 121-го, подчеркивалась приверженность платформе оппозиции.

19 декабря ХV съезд вынес решение по поводу "Заявления 23-х" (зиновьевцев), в котором говорится:

"1. Не рассматривать заявления исключенных из партии Каменева, Зиновьева и др., внесенное 19 декабря 1927 года, ввиду того, что ХV съезд уже исчерпал вопрос об оппозиции в резолюции от 18 декабря.