Чтение онлайн

– Но вместо этого щедро вознаградил. Вознаградил за настойчивость.

– Да будет так! – Визирь, хлопнув себя ладонями по коленям, встал. – Оставляю вас, дети. Ибо думаю, вам есть что сказать друг другу, а старый отец вам не очень нужен. Пора начать приготовления к путешествию. Зайти ко мне попозже, Бедр-ад-Дин.

Визирь удалился, и в комнате повисла тишина. Фарида не решалась прервать размышления мужа. А тот словно прислушивался к чему-то. Но, быть может, он о чем-то раздумывал. Ибо дневной лик Бедр-ад-Дина был по-прежнему страшен. Хотя Фарида уже начала привыкать и к горбу, и к уродству. И даже к обманчивой старости.

Словно подслушав мысли жены, Бедр-ад-Дин проговорил:

– До заката недалеко. Вскоре я стану настоящим. А сейчас я хочу договориться с мудрецом Тети. Я знаю, чувствую, что он где-то рядом. Но пока не могу представить, как же мы с ним научимся понимать друг друга.

– О Аллах, как бестолковы даже самые лучшие из мужчин, – притворно вздохнула Фарида.

– Бестолковы, звезда моя?

– Конечно… Ведь это же так просто. Ты пригласил его отправиться вместе с тобой. Так предложи ему странствовать в твоем кошеле.

– Но это может обидеть мудреца… Как-то неуютно, думаю, ему будет жить в кошеле, тесно.

– Он же бестелесен, дурачок… Но зато он всегда сможет привлечь твое внимание звоном монет. А после этого вам уже легче будет услышать друг друга…

«Как она умна, твоя жена… – вдруг услышал Бедр-ад-Дин. – Самое загадочное из творений Аллаха всесильного – это женщина. Береги ее, мальчик, ибо это чистое золото».

– О чем ты думаешь, о муж мой?

– Я думаю, что ты чистое золото, и что сам Аллах великий послал мне тебя в награду за все то хорошее, что успел я совершить в своей жизни.

– Ты льстишь мне, любимый. Но что же тогда будет наказанием за то дурное, что ты совершил в своей жизни?

– Разлука с тобой, о несравненная…

Темнело. Но влюбленные не замечали ничего вокруг. Не заметили они, как пропал горб и выпрямилась спина, как разгладились морщины и исчезла седина. Ибо истинной страсти нет нужды видеть глазами – истину видит лишь любящее сердце, оно куда зорче и честнее.

Встав с кушетки, Бедр-ад-Дин неторопливо подошел к жене. Затем склонил голову и поцеловал губы молодой женщины – неторопливый, томный, очень властный поцелуй, распаливший ее кровь.

– Я приготовил тебе подарок, несравненная! – Он подвел Фариду к ложу, усыпанному лепестками роз. Воздух был напоен их ароматом и кружил голову.

Бедр-ад-Дин принялся с завораживающей медлительностью раздевать любимую. Начав с волос, он одну за другой вынимал костяные шпильки, и ослепительно-черные пряди послушно устремлялись к белым плечам.

– Твои волосы прекрасны, волшебны, – прошептал Бедр-ад-Дин, почти благоговейно касаясь пальцами шелковистых локонов.

– О мой господин… – начала Фарида, но не успела договорить, беспомощно застонав. Бедр-ад-Дин перестал ласкать ее волосы и опустил руки к прекрасной груди. Даже сквозь несколько слоев ткани она почувствовала возбуждающее тепло его ладоней. Соски мгновенно затвердели… Желание было столь велико, что не заметить это мог лишь слепой, а Бедр-ад-Дина слепым, конечно, не был. Глаза ее мужа потемнели от ласки и ответного желания.

С лукавой полуулыбкой Бедр-ад-Дин расстегивал многочисленные пуговки и, наконец, оголив груди, склонил голову к роскошному лакомству. Фарида судорожно глотнула воздух, когда губы мужа ласково и сильно сомкнулись вокруг ее соска, а язык начал свою сладкую игру. Она ухватилась за плечи Бедр-ад-Дина, не в силах удержаться на ногах от волшебных ощущений.

– А тело изумительно, – пробормотал он, на миг отвлекаясь от горячих ласк.

Ее щеки вспыхнули.

– Но о тебе я могу сказать то же самое – твое тело совершенно и столь желанно…

Фарида скользнула взглядом по лицу Бедр-ад-Дина. Тот усмехнулся и легко избавился и от роскошного парчового халата, и от тонких муслиновых шаровар. Сейчас, в мерцающем свете свечей, он выглядел очень красивым и очень возбужденным. Улыбнувшись, Фарида провела пальцами по его груди к животу.

Когда же рука жены, нежно гладящая его плечи, попыталась опуститься ниже, к его чреслам, Бедр-ад-Дин поймал ее запястье.

– Пока не надо, любимая. Не думаю, что смогу долго сдерживаться, если ласки твои будут столь же чарующими.

Неторопливо Бедр-ад-Дин раздел Фариду, лишив ее сначала тапочек и шаровар, а потом кафтана и тонкой шелковой рубахи. Когда молодая женщина предстала перед мужем абсолютно нагой, он крепко прижал ее к себе, давая возможность насладиться горячим желанием обнаженного и прекрасного тела.

Жаркое дыхание Бедр-ад-Дина обожгло ей ухо, когда он прошептал:

– О, как я ждал этого мига, несравненная! Ты не можешь себе этого даже представить…

Она прекрасно могла себе это представить, ибо сама мечтала об этом с самого пробуждения.

Осыпая нежными поцелуями шею Фариды, Бедр-ад-Дин осторожно опустил ее на ложе и прилег рядом с ней на бок, продолжая ласкать ее кожу, согревающуюся от жадных прикосновений.

– Я подумал, что тебе понравится это… Я мечтал об этом… любить тебя на ложе из лепестков роз.

Тихий смех поднялся из ее горла, когда муж запечатлел на нем теплый поцелуй. Когда Фарида попыталась ответить, Бедр-ад-Дин нашел ее губы и окружил их такой же изумительной заботой, покоряя нежностью и неимоверной чувственностью.

Глядя в глаза девушке, Бедр-ад-Дин собрал пригоршню ароматных лепестков и осыпал ими возлюбленную. Потом, зажав между пальцев еще несколько, он медленно провел ими по ее телу… по высокой груди, изгибу бедра, животу и ниже… лаская средоточие страстей, чувствительные складочки под ним. Всхлипнув, Фарида жадно выгнулась навстречу новым ласкам. Прикосновение лепестков роз к коже было очень возбуждающим. Бархат цветов ласкал ее плоть вместе с горячим взглядом мужа, заставляя трепетать от удовольствия.