Чтение онлайн

Дениса передёрнуло.

— Ты должен пропустить меня в Крепость. Сейчас же.

— Как скажешь, — пожал плечами Хранитель. — Только я не откажусь от пары глотков превосходного вина из собственных припасов, — он хмыкнул и прибавил: — себя не похвалишь, никто не похвалит…

Ярый прохаживался по комнате, пока Хранитель откупоривал бутылку и разливал густой напиток тёмно-вишнёвого цвета в золотые кубки.

Цепи, которые до сего времени лениво шевелились по углам, словно о чём-то тревожно переговариваясь, вдруг подползли к Николаю, бережно подняли и вынесли из помещения.

— Куда они его?

Хозяин замка помолчал немного, а потом серьёзно, даже как-то сурово ответил:

— В Залу Отнятых Сердец.

— Разве не я должен там быть?

— Пока я здесь, мне решать, где тебе быть.

Денис нахмурился.

— Опять что-то замышляешь?

Хранитель беззаботно расхохотался.

— По правде говоря, да, замышляю. Задумал страшное: угостить тебя вином. Прошу, — он протянул кубок.

— У меня одно желание — попасть в Крепость. Не хочу пить. Благодарю.

— Очень жаль. Такое вино человеку достаётся раз в жизни. Да и победу свою отметить — это ведь чертовски приятно, согласитесь хотя бы с этим.

Хранитель осушил кубок и тут же принялся за другой. Украдкой он бросил взгляд на Дениса, и тот сейчас же облизнулся.

— Ну вот, вас мучит жажда. Что же вы? Разве есть преграды, которые стоят на пути удовлетворения желаний? Хочется пить — пейте. Если кто-то может руководствоваться принципами, условностями или необходимостью беречь время, то только не вы. Не разочаровывайте меня.

Денис ухмыльнулся и рассмеялся.

— И право, что же я, как девчонка?

Он стремительными шагами подошёл к столу, схватил протянутый Хранителем кубок и глоток за глотком влил в себя, ожидая тепло, которое разольётся по телу живительными струями.

— Пью вино свободы! — торжественно произнёс Хранитель и тоже пригубил.

Денис поставил кубок на стол и вдруг пошатнулся. Холод обхватил его тело каменным панцирем, губы посинели и покрылись инеем.

— Отравил! — прохрипел Ярый, с лютой ненавистью глядя на хозяина замка и безуспешно пытаясь поднять зажатую в левой руке шпагу.

— Умоляю! — откликнулся Хранитель. — Мне ли тебя убивать, когда долг — открыть двери в Крепость?

— Тогда… что… — выдохнул Денис, схватился за край стола, но не удержался и упал. Шпага покатилась под стол.

— Всё просто, дурачок! Это я пил вино свободы. Понимаешь? — махнул руками Хранитель, склонившись над Денисом. — Я, но не ты! — он ткнул себя пальцем в грудь. — Я. Мне дозволено. А ты… ты испил вино плена.

Цепи отнесли хозяина замка на середину комнаты, при этом кольца их звенели свежо и радостно. Хранитель подставил ладони под свет луны, вобрал в грудь воздух и закричал:

— Тимофей Кочевряжин испил вино свободы!

Слова сотрясли замок, послышался отдалённый звон разбившегося стекла.

— Денис Ярый испил вино предательства и плена!

Кольца на руках Хранителя лопнули и плавно опустились на камни.

— Да… — одними губами прошептал человек. — Свершилось…

Он закрыл глаза, отдавшись ощущениям, которые с каждой секундой становились всё ярче, наполняли тело до краёв, играли и томили. Он с волнением и радостью слышал, как дребезжат по камням цепи, подкрадываются к новому Хранителю замка. Потом слышал короткие щелчки сомкнувшихся колец, шуршание одежды и звон металла, беспокойный возглас Дениса.

— Загляни в себя, — ответил человек, некогда бывший хозяином замка. — Первый раз в жизни загляни в себя и прочти. Ты поймёшь, что случилось.

Вопль ненависти, отчаяние и злобы прокатился по комнате.

— Что ты сделал?!

Человек открыл глаза и спокойно посмотрел на Ярого, который бесновался, всё ещё чая освободиться от цепей.

— Моё время закончилось, а твоё пришло. Когда-то давно я убил друга и был проклят. Нынче ты убил друга, и проклятие перешло на тебя. Я отдал все долги, и в полах моих ветхих одежд не найдёшь ни копейки. А твоя расплата впереди. Впереди у тебя века. Осмотри-ка свои владения.

Из уст Дениса полились проклятья и ругань. Он брызгал слюной, прыгал и выкручивался, словно демон, скованный праведным гневом небес. Но цепи, которыми он ещё не учился владеть и которые по-прежнему слушались бывшего хозяина, потащили его прочь из опочивальни. Створки дверей захлопнулись, но выкрики и завывания нового Хранителя были ещё долго слышны.

Тимофей нагнулся и поднял вместе с порванной цепочкой предмет, который напоминал корабельный якорь. Сунув находку в карман, он подошёл к столу и заглянул во множество кубков по очереди.

— Кажется, этот, — пробормотал он, пару раз тряхнул почти пустой кубок и направился в Залу Отнятых Сердец.

Там посреди круглой комнаты на боку лежал человек. Он был положен так бережно, что казалось, будто он уснул. Тимофей опустился на колени, перевернул человека на спину, пальцами приоткрыл рот и влил содержимое кубка.

— Пей вино свободы, Николай Переяславский!

Невидимая, но ощущаемая волна прокатилась по Зале. Лежащий на полу человек всхрапнул, бешено втянул воздух и задышал. Конечности его зашевелились.

— Не вставайте, вам нельзя, — поторопился предупредить Тимофей.

Николай открыл глаза и с ужасом огляделся вокруг.

— Где я? Что со мной? Мне показалось…

— Не показалось. Вы были мертвы.

— Был?

— Были.

— А теперь?

— Если задаёте вопросы, значит, живы.

— Да, действительно… Я…

— Нет, не вставайте, лучше послушайте, что я вам скажу. Я больше не Хранитель. Вы помните, что случилось в последние мгновения перед вашей смертью? Денис Ярый убил вас, также как я когда-то давно убил своего друга. Несколько столетий я нёс на себе проклятие, которое нынче перешло на Дениса. Теперь он Хранитель замка. Да-да, слушайте, не перебивайте, дайте мне сказать.