Чтение онлайн

— Я это сделал, не рассчитывая на награду, — сказал Снибрил. — Я просто хотел, чтобы эта тварь перестала всех превращать в изваяния.

— В таком случае, что заставило тебя так удалиться от дома? — спросил Брокандо, и глаза его блеснули. — Сокровища, да?

— Нет… послушай, не лучше ли нам уйти? — сказал Снибрил; снова поглядывая на термаганта. — Он может встать.

Брокандо махнул мечом.

— Год моей жизни! — вскричал он. — Я заставлю его заплатить за это!

Снибрил снова взглянул на чудовище. Оно лежало совсем тихо.

— Не думаю, что ты можешь сделать больше того, что уже сделано, — сказал он.

Брокандо заколебался.

— Может быть, ты и прав, — сказал он. — Безмозглой твари нельзя отомстить. Что же касается этого… — он махнул рукой в сторону поблескивающей кучи. — Я потерял к этому вкус. Пусть валяются здесь. — Он принюхался:

— Я думаю, что такие вещи, как эти, годны только для термагантов. Тебе не кажется, что это ожерелье выглядит несколько… нет…

Снибрил углядел одну или две вещи, которые ему понравились. Судя по всему, Брокандо мог оставить сокровище здесь, потому что дома у него было много больше, но он чувствовал, что спорить было бы некрасиво.

С тихим звоном термагант поднял голову и открыл глаза. Снибрил двинулся, чтобы поднять свой щит, но тот выскользнул из его рук и покатился вниз по ступенькам.

Термагант неуклюже удержал его когтем и неловко вертел, пока ему не удалось снова увидеть в нем свое отражение.

К удивлению Снибрила, он начал ворковать со своим отражением и лег снова, баюкая зеркало в объятьях. И тогда термагант со звуком, похожим на лязганье мирно испустил дух в храме, построенном для него в незапамятные времена.

Позже менестрели и бродячие сказочники часто рассказывали, что термагант умер, увидев свое изображение в зеркале. Никогда не верьте тому, что поют в песнях. Они готовы вставить в свои песни любую старинную небылицу, если считают, что так песня будет звучать лучше. Поговаривали, будто его взгляд, отраженный зеркалом, превратил его в изваяние. Но смерть термаганта была чем-то более сложным, чем считали. Чаще всего так и бывает.

Они стащили его труп вниз по ступенькам и закопали под алтарным камнем. Снибрил вспомнил Кристобеллу и других животных, оставшихся в лагере, и собрал немного слез из лужи в маленький украшенный каменьями ящичек, взятый им из горы драгоценностей. Остальные статуи остались на своих местах.

— В прошлом они поклонялись термагантам, так рассказывается в историях, — сказал Брокандо. — Они были жестокой расой. Пусть и остаются такими. Справедливости ради.

— По правде говоря, — начал Снибрил, когда они двинулись прочь, — я бы не возражал против небольшого вознаграждения. Если у тебя есть что-нибудь, что ты хочешь отдать. То, что тебе не нужно.

— Конечно!

— Мое племя нуждается в месте, где оно могло бы остаться на некоторое время. Чтобы починить свои фургоны и так далее. Такое место, где нам не надо было бы все время оглядываться через плечо.

— Это легко сделать. Мой город принадлежит тебе. Мой народ охотно и с радостью примет вас.

— Они все маленькие, как и ты? — спросил Снибрил, не задумываясь.

— Мы, дефтмины, хорошо сложены, — сказал Брокандо. — И нам наплевать, если кто-то вырастает нелепым переростком.

Через некоторое время, когда они приближались к лагерю манрангов, Снибрил сказал:

— Знаешь, я не думаю, что ты потерял год. Если ты был статуей, то время для тебя не могло идти. В каком-то смысле ты выиграл год. Все стали на год старше, кроме тебя.

Брокандо думал об этом.

— Значит ли это, что я все еще должен вознаградить тебя? — спросил он.

— Думаю, что так, — ответил Снибрил.

— Хорошо.

Они прибыли в лагерь как раз вовремя, чтобы предотвратить выступление в путь поисковой партии, которую снаряжали на помощь Снибрилу. Брокандо немедленно оказался в центре внимания, чем он наслаждался и к чему, очевидно, привык. Снибрила более или менее оставили без внимания и даже вроде бы забыли о нем. Более или менее…

— Где ты был? — спросил Писмайр, одновременно с облегчением и сердито. — Шляться вот так! Разве тебе неизвестно, что кругом моулы?

— Прости, — ответил Снибрил. — Но так случилось.

— Ладно, теперь это неважно, — сказал Писмайр. — А что здесь происходит сейчас? Знает ли кто-нибудь из вас, бестолковых болванов, как приветствовать короля?

— Не думаю, — ответил Снибрил. — Он вполне отважный человек, но чуточку слишком возбудимый и, собственно говоря, не слушает, что ему говорят.

— Ну, мне кажется, это похоже на королей, — сказал Писмайр.

Брокандо оказался в центре толпы болтающих, лопочущих и глазеющих на него манрангов и благожелательно улыбнулся им.

— Да, я там был, — говорил он. — Оказался всего в одном шаге от сокровища, когда «дзинь»! Это оказалось за моей спиной. Итак…

Писмайр локтями проложил себе дорогу в толпе, снял шляпу, склонился в поклоне так низко, что его борода коснулась земли, и в таком положении застыл, встретив изумленный взгляд Брокандо, воззрившегося на его спутанные белые кудри.

— Приветствую тебя, о король, — сказал старик. — Для нас большая честь, что столь великий сын благородных предков счел нас достойными того, чтобы… мм, того. Все, что мы имеем, к вашим услугам, отважный Господин. Я Писмайр, скромный и смиренный философ. Это…

Он с диким видом щелкал пальцами Гларку, который стоял с разинутым ртом, дивясь этому зрелищу, в то время как Писмайр, согнувшись пополам, все еще стоял перед воином-карликом. — Давай, давай. Протокол — это очень важное дело. Его следует соблюдать. Поклонись королю!