Миротворец
Шрифт:
— А вы дядю Гордиана слушайте больше, — недовольно отмахнулась девушка. — Все сказки мне портит… Так вот. А о Хозяевах знаете? Это вообще кошмар, причем, средь бела дня шастают!
— А дядя Гордиан говорит, что Хозяева это не кошмар, а очень нужные и полезные челов… человеки! — снова перебил мальчишка.
— Так вот! — повысила голос рассказчица. — И встретилась как-то Хозяйка с Темным эльфом…
Убийственная фраза. На младших действует всегда, да и старшие редко сохраняют невозмутимость.
— Трупов было много? — внезапно спросил младшенький.
— Один, — честно призналась немного пораженная рассказчица.
— И кто кого?
— Э-э-э, нет, друг друга они не били… Сказывать дадите, карапузы?
— И какие они были?
— Ну… — старшая почесала лоб. — Ну дроу — он и есть дроу, под землей родился, зим прожил до черта… Хозяйка — та вот молодая, характер… — девушка вдруг задорно улыбнулась и медовым голоском пропела:
— А характером милая да ласковая — не сказать… Ну вот…
Глава 1
— Убью, сволочь! — внятно произнесла я, выпутывая руку из-под шерстяных одеял.
На руку, даже на зажатый в ней кинжал (как он оказался в кровати?!), Идэриус не обратил ровно никакого внимания.
— Да хватит, Аза, ты же опять все проспи… Аза?!
— Идэр, скоро будем! — из-под подушки донесся спокойный голос друга.
— Галеадзо? — интонацию в голосе Идэра невозможно передать словами. Можно только представить лицо… Идэр неподражаем.
— Ты же у меня дома находишься, — нашел самый разумное доказательство Галеадзо, подняв голову. — И это мой ножик в ее руке… Аза, верни.
— Э-э… Не буду отвлекать!
Судя по звуку, Идэр развернулся и не сразу вписался в дверной проем. Когда мне удалось стащить с головы одеяло, я его уже не увидела, а Галеадзо изловчился и отобрал у меня кинжал. К ранним визитам Идэриуса я привыкла. Мой организм не желал просто приспосабливаться к условиям подземной жизни, просыпала я регулярно — меня будил то Идэр, то ученики, которым надоедало стоять у дверей. Но именно сегодня Идэр решил, что друг нуждается в утреннем пинке больше, чем я. Ибо сегодня — то, что Галеадзо терпеть не мог и всеми известными способами избегал. Словом, это то было единственное, чем дроу позволял себе пренебречь — Совет Глав Рода.
И именно в этот день угораздило Идэра нарваться не только на недовольного друга, но и на злую меня… Сказать, что я смутилась? Да ни черта! Отчаянно краснела я только в первые дни, пока не убедилась, как непомерно меня все в Иерринусе обожают — так, что готовы закрыть глаза не только на теплые отношения со вторым героем-спасителем, но и вообще на сам факт моего существования.
— День Великого Совета Глав Всех Древних и Почитаемых Родов, — с отвращением проговорил Галеадзо, выделяя голосом каждое слово. — Надо идти… Так, где твоя рубашка?
— Я не знаю, это же твой дом, — буркнула я, сильно подозревая, что рубашка, скомканная, валяется где-то под коленками. И как все-таки рядом оказался кинжал?.. Это же опасно…
— Все равно придется идти, стоять и терпеть… Ты ж ни разу не была — так что обязательно. Поднимайся, родная.
Я попыталась выразить все свое недовольство одним словом. На человеческий язык оно не переводилось. Меня Чача научил…
Прослушав с явным удовольствием, Галеадзо запоздало поморщился и пообещал:
— В следующий раз не пойдем.
— А когда следующий раз? — спросила я.
— Через полгода. Где-то так.
— А сколько раз ты игнорировал этот Совет?
— Лет шесть подряд, — честно ответил Галеадзо. — А вообще, бывало и дольше.
Позже, уже одевшись, я снова спросила, пытаясь найти что-нибудь, чем можно расчесать волосы:
— А я там зачем нужна?
— Бремя народного героя, — ухмыльнулся дроу, выталкивая меня из комнаты. Я только вздохнула.
Было ли трудно жить под землей? Без Галеадзо и Идэра я бы свихнулась — это будет достаточно ясным определением. Я до сих пор не могла привыкнуть к отсутствию неба и солнца, к постоянному полумраку и к камню, напирающему со всех сторон. Хотя, безусловно, подземные города красивы — красивы такой жутковатой, но величественной красотой, что заставляет издавать жалкие и восторженные одновременно вздохи. Дом Галеадзо наполовину уходил в камень, я же обитала неподалеку от сторожевых постов, в маленьком подобии наземного жилища. Дроу меня не понимали — тесно и бедно, могла бы найти что-то получше старого нежилого дома. Зато я вроде как имела свое обиталище и самостоятельность, слушала байки стражников и первее всех оказывалась у ходов в случае тревоги.
Регулярно наведывался Идэриус — чаще по утрам, я пропадала у Галеадзо — чаще по ночам… Нет, все-таки краснеть я не разучилась. За последние полгода столько всего произошло — и к черту мои былые припадки сумасшествия и попытки самоубийства, к черту даже Руос-ас-Карну, к черту Зов старухи с холодными пальцами! Память — жуткая вещь. Я без дрожи вспоминаю ужасы перевоплощения и живой башни, и упорно кажется, что самое главное случилось, когда смерть была близко-близко. И жизнь, и смерть — все так перепуталось… Умер зверь, гиб человек, рушилась башня. Под ее обломками должен был быть Галеадзо — если бы не существо, которому я имела наглость подарить жизнь в самом начале отчаянного путешествия…
Да к чему снова перебирать все это! Я просто поняла, что сдохнуть очень-очень просто. И потому я буду любить, пока способна, со всей силой, на которую способна — и плевать на все…
Наверное, мысли как-то отразились на моем лице — Галеадзо, шагавший рядом, чуть улыбнулся. Поменялся ли он? Нет, все такой же спокойный, понимающий меня лучше всех на свете, с мрачными шутками, теплой улыбкой и набором жутких оскалов, призванных заменять эту самую улыбку. Именно одна из таких гримас появилась на его лице, едва мы вступили под своды дворцовой пещеры. Какое чудо или мастерство образовало ее? Абсолютно круглый зал с множеством выбитых в стенах лестниц, ведущих от пещер и пещерок, таящихся где-то в глубине, куда мне, наземному жителю, и заглядывать-то было страшно… Тем более что лесенки были до ужаса крутые, и хоть боязнью высоты я никогда не страдала, ясно представляла, как наворачиваюсь вниз с тридцатиаршинной высоты, и удивлялась бодрым дроу, прыгающим через ступеньку и успевающим еще что-то бурно обсуждать с идущим позади. Подъемник, старый, пыльный и созданный неизвестно для кого, внушал опасение даже самим дроу.
Зал поразил меня пустотой. То есть, народу было выше крыши, но вот скамей, стульев или чего-то подобного не было.
— Ты про «стоять» — это серьезно? — тихонько поинтересовалась я. Я лично, не выспавшись, способна ходить, бегать, даже драться или колдовать, но вот стоять — только качаясь, зевая и медленно-медленно моргая. Сидя, я хоть могла опереться локтями на коленки и поддержать опускающуюся голову…
— Сложнее «терпеть», — вздохнул Галеадзо. — Сотни никому ненужных фраз от всеми забытой знати…