Чтение онлайн

– Это длинная история...
– просительно-вопросительно смотрит он на меня.

– Давайте сделаем так, - легко соглашаюсь я.- вы меня проводите до одного места тут неподалёку, а по дороге расскажете свою историю. Согласны?

– Согласен.

История оказалась не такой уж и длинной... новый начальник ГВФ, сделавший карьеру в основном по военно-партийной линии и не одобрявший увлечения молодого подчинённого самостоятельными полётами, технично сместил Голованова, начальника лучшего в Союзе управления, с должности... путём несложной интриги, закончившейся исключения того из партии. Пострадавший поспешил в Москву в КПК 'за правдой'.

– Ты пойми, Алексей, - мы с первой перешли на ты.- я за должность не держусь, но то что меня из партии исключили- это по планам всего нашего экипажа бьёт.

'Неужели тоже задумали как Чкалов в Америку лететь? Что за эпидемия'?

– Мы хотим вокруг Земли облететь!
– Встречные прохожие с опаской косятся на размахивающего руками лётчика.

'Круто! Впрочем если лететь, скажем, по семидесятой параллели, то ненамного дальше выйдет, чем через Северный Полюс в Америку'.

– Алексей, попроси товарища Ежова принять меня, буквально на десять минут.

'М-да-а, как бы тебе от моей просьбы не стало хуже'.

Некоторое время до Никольской шли молча, хлюпая по снежной каше врзникшей от внезапно наступившей оттепели...

– Как, говоришь, фамилия твоего начальника?
– Пытаюсь собрать мысли в кучу.

– Иван Фёдорович Ткачёв, - без промедления отвечает Голованов, не показывая, впрочем своего нетерпения.- к нам пришёл год назад, до этого тоже год был заместителем у Алксниса.

'Вот оно ключевое событие: Ткачёв- был заместитетелем начальника ВВС РККА, который поставил его на Аэрофлот. Алкснис уже отстранён, скоро, видимо, будет арестован, а до Ткачёва очередь дойдёт позже'.

– Не нужно тебе идти к Ежову, - бросаю значительный взгляд на попутчика.- скоро, я думаю, то что ты пострадал от Ткачёва будет не минусом, а плюсом... в глазах органов.

Голованов хмурится.

'Всё понял, уточняющих вопросов задавать не стал'.

– Ну а насчёт кругосветного перелёта...
– выходим на Красную площадь, которая уже потихоньку начала наряжаться в кумач, готовясь к демонстрации.- идея отличная, по какой параллели думаете лететь?

– От семидесятой до шестьдесят пятой...
– загорается вновь Голованов.- из Мурманска в Мурманск. Сначала для тренировки можно попробовать слетать до Чукотки и обратно без посадки.

'Как я и думал, около тринадцати с половиной тысяч километров'.

– Идея понятна, - киваю головой.- хотите лететь как Чкалов на АНТ-25?

Голованов с жаром начинает рассказывать о предполагаемом маршруте, о том, что он в отличии от предполагаемого чкаловского будет проходить над сушей а почти половина его над территорией Советского Союза и что да, АНТ-25 вполне подойдёт, если ещё немного поднять его дальность.

– А какие средства навигации собираетесь использовать?
– Пытаюсь получить хоть какую-то информацию о современном состоянии дел в данной области.- Чкалов-то может и по компасу лететь...

– Именно!
– Грустно вздыхает лётчик.- Даже американского радиополукомпаса, что стоит на чкаловском борту нам недостаточно. (Видит моё недоумённое выражение лица). РПК- он только показывает направление на радиостанцию: говорит пилоту что надо повернуть налево или направо, если самолёт отклонился от прямой на неё. Там у полюса Чкалов уже сможет настроиться на нужную станцию и идти прямо на неё. У нас же на маршруте и городов то почти нет, как и мощных радиостанций, поэтому нам в дополнение к магнитному компасу (в высоких широтах магнитный компас работает ненадёжно) нужен автоматический радиокомпас, который будет сам постоянно измерять курсовой угол радиостанции. Тогда мы сможем на радиокомпасе выбирать любые станции, а не только те, что стоят на маршруте.

– Скажи, Александр, ты понимаешь же...
– тут мне в голову приходит одна мысль.- что такой перелёт могут поручить только военному лётчику?

– Ты думаешь?

– Не сомневаюсь.
– Добавляю в свой голос значительности.- Сам посуди: кто они- Чкалов, Леваневский, Водопьянов. Поэтому считаю, что начинать подготовку к перелёту надо не с писем товарищу Сталину с предложением о новом перелёте (Голованов немного смущён и отводит глаза), поверь, сейчас у него подобных предложений десятки, а с перехода в ВВС.

– Да я не против, - легко, как о давно обдуманном, говорит он.- надо только у экипажа спросить.

– И переходить не рядовым пилотом, а...
– продолжаю более уверенно не услышав возражений.- Сколько в твоём управлении было самолётов?

– Восемьдесят шесть... всех типов.
– Не задумываясь отвечает Голованов.

– О-го! Это же почти авибригада.

– Если говорить о тяжёлобомбардировочной, то две.
– В голосе лётчика послышалас гордость.

– Даже лучше, - киваю знакомому сержанту, вышедшему из Спасских ворот.- надо быстро, до первого ноября, написать письмо на имя наркома обороны с предложениями об обучении лётчиков тяжёлобомбардировочной бригады полётам 'вслепую' по приборам. Как я понял именно этим ты занимаешься со своим экипажем?

– Да, без этого на Севере и в Сибири где нет дорог - никак.

– Ты где, Александр Евгеньевич, в Москве остановился?
– Начинаю прикидывать в голове место и время где бы нам обсудить будущий документ.

– Пока нигде...
– рассеянно отвечает Голованов, его мысли, видимо, уже взлетели над землёй.- вещи оставил у знакомых лётчиков на Центральном аэродроме.

'Ах какая досада, сегодня Катя приходит ко мне 'ночевать'. Нет, ночевать без ковычек. Ничего такого, ещё не было'.

Моя агентесса уже вполне освоилась в квартире (надеюсь хватит ума Жжёнова в неё не водить), получила свой ключ, готовит мне завтрак, когда я под утро забегаю домой побриться и помыться. Смышлёная, внимательная с лёту запоминает мои привычки: сколько заварки наливать в стакан, сколько молока. Сидит, хлопает своими длинными чёрными ресницами, а сама, небось, уже думает о том что, мол, жалко эдакового карася с квартирой и московской пропиской упускать или даже: не слишком ли монашескую жизнь она ведёт. Надо будет на седьмое ноября подарить Кате половую тряпку и цинковое ведро, особенно после обнаружения в моём шкафу её носильных вещей, так как я считаю, что любые отношения должны иметь прочную практическую основу.

'Не хочется Голованова подставлять, а так бы поселил его у себя'.

Завод имени Орджоникидзе потихоньку начал переезжать на новую площадку в Москворечье, не в пример более просторную. За год построены два новых цеха по сборке радиостанций, на подходе третий. Директор завода мёртвой хваткой держится и за старые цеха, так как план ему с нового года поднимают втрое, но, чувствуя председательской железой, что я могу в любой момент оттяпать всё, избрал тактику мелких уступок: сам передал СКБ две квартиры в доме напротив, использовавшиеся под заводоуправление. Первую большую четырёхкомнатную пришлось уступить центральному аппарату (в ней уже поселился майор госбезопасности, переведённый из Ленинграда), а вторую маленькую двухкомнатную я отстоял, в неё переехал Лосев.