Чтение онлайн

Ждать мне пришлось недолго — народ вышел на два часа раньше меня, поэтому вскоре сквозь сыплющийся с неба снег я различил их фигуры, выглядящие смешно и нелепо в старых одеялах пополам с летней одеждой.

Потом они показали стриптиз и, приплясывая от холода, миновали границу.

— Не могли оттепели подождать, — стуча зубами от холода, сказал Лапик. — Я так простужусь и помру… и останетесь вы без мага!

— Давай, одевайся скорее, иначе точно простудишься — подавая ему шерстяную зимнюю робу, приказала Эльза.

Пока все одевались и вооружились, Лиса снова приняла свой второй истинный облик и обнюхала окрестности.

— Снега слишком много, — сказала она, возвращаясь в человеческое тело и одеваясь. — Но, судя по тому, что по бокам сугробы и там не пройдешь, не наследив, как следует, оно ушло по тропинке.

— Не такие уж и высокие сугробы, — возразила скелетушка, войдя в один из них. — Всего сантиметров пятнадцать.

— Так… Нам надо все-таки решить: идем мы по тропинке или шмонаемся по снегу, — скомандовал Джек. — Давайте проголосуем?

— Мне все равно, — сказала Лиса.

— А я предпочту сугробы, там меньше шансов встретить мориоградцев, — сообщила Эльза.

— Значит, мы с большей вероятностью найдем девочку, если пойдем по тропе, — возразил я.

— Тропа, — переглянувшись, решили Джек с Лапиком, а последний добавил: — А то я промочу ноги и простужусь…

— Трое против одного. Решение принято! — подвел я итоги.

И мы отправились по тропе.

Вокруг был густой и темный зимний лес. Состоящий в большинстве из хвойных деревьев, он позволял нам представить себя идущими по глубокому узкому ущелью… лишь прямо над головой слегка проглядывало пасмурное небо.

Мои мечты были грубо прерваны лавиной снега, непонятно почему сорвавшегося с ветви и свалившегося прямо мне в лицо.

— Что за глюки?! — возмутился я.

— Виверна по деревьям проскакала, — сообщила Эльза, внимательно оглядывая кроны. — Так что пока все в порядке.

Мы шли до позднего вечера, но пейзаж все не менялся.

— Разжигаем костер или спим так? — спросил Джек, когда мы, наконец, остановились на привал.

— Костер разжигать опасно, — ответила скелетушка.

— А так мы замерзнем, — хлюпнул носом Лапик. — Все, я уже простудился.

Опасаясь за здоровье нашего мага, мы все же решили рискнуть. Выбрав заросли погуще и отгородившись от тропинки опавшими ветками мы разожгли маленький костер и подогрели на нем ужин. Как прекрасна горячая еда после целого дня пешей прогулки по заснеженному лесу!

Потом мы распределили дежурства (вся ночь — Эльзе) и отправились спать. Как ни странно за время отдыха с нами ничего не случилось, да и скелетушка не заметила ничего подозрительного.

После завтрака мы вновь отправились в путь. Я начал жалеть, что мы взяли так мало еды — ее хватил еще разве что на день, а если мы задержимся здесь дольше…

Примерно в полдень мы услышали впереди шум. Я хотел отправиться на разведку, но остальные высказались против, поэтому мы засели в придорожных кустах, ожидая, пока шум стихнет.

Через несколько мгновений, после того, как он прекратился, мы вновь услышали звук. Кто-то, отчаянно фальшивя, пытался высвистеть мелодию: «нам не страшен серый волк». Потом, поняв видимо, что это ему не удасться, он запел та ту же мелодию:

— Тпру-тпру-тпру-тпру, всех прибью, всех прибью, всех прибью…

Надо сказать, так мелодия удавалось ему гораздо лучше. А через минуту после начала этой оригинальной песни мимо нас прошел сам песнопевец. Он был один, без ребенка, поэтому мы не стали открывать ему свое местонахождение. Когда он скрылся из виду, мы вышли на тропинку.

— Не нравятся мне их песни… — передернула плечами Эльза.

— А кому нравятся? — скривилась Лиса. — Одно слово — мориоградцы.

Я с уважением поглядел на воровку, — какой надо иметь талант, чтобы произнести это слово одновременно с отвращением, брезгливостью, презрением и страхом!

— Смотрите! — позвал нас ушедший вперед Джек.

Там, в придорожной канаве лежал какой-то мертвый тип, по телу которого с невероятной скоростью расползалась красновато-болотная плесень. А чуть дальше, забившись под куст, сидела маленькая девочка и смотрела на нас расширенными от страха глазами.

— Не бойся, малышка, мы пришли тебя спасти, — я взял ее на руки. — Народ, да она совсем холодная!

Мы помогли скелетушке растереть ребенка и напоить ее каким-то отваром из целительской сумки. Потом, решив не оставаться в лесу ни на минуту больше, чем необходимо, отправились в обратный путь.

Нам вновь пришлось заночевать, и вновь ночь прошла спокойно. К вечеру следующего дня мы подошли к границе.

— Минутку! — преградил нам путь Лапик. — А вы уверены, что в эту сторону мы сможем пройти беспрепятственно?

После проверки оказалось, что маг спас нам жизнь — проход с вещами и в эту сторону был запрещен.

Пришлось бросить все наше добро и одежду девочки. Только тут я понял, какие мы кретины — они-то на меня одежды не прихватили! А тут еще ребенок!

— Слушай, Лапик, ты же веген, раздевайся и утелепнись домой, — сказал я, приплясывая от холода.

— Не могу, слишком замерз, — прогнусавил он.

Пришлось нам преодолеть оставшиеся до города пять километров бегом. В результате мы даже почти не простудились… и выполнили еще одно задание!

Только вот девочка, несмотря на всю оказанную ей помощь, и даже на позднее проведенное ее отцом лечение так и не заговорила. Но, в остальном, жизнь быстро вернулась к ней, и я часто наблюдал, как она резвится на детской площадке. А за город она больше не выходила.

После этого подвига мы стали действительно знамениты, ведь немногие могут войти в Древний лес, еще меньше народа способно выйти… а уж выполнить при этом задание не мог никто.

Но у меня иногда возникало неприятное ощущение, что создатели игрули подыгрывают нам — ведь маловероятна сама эта ситуация. И я решил, когда игруля окончится, посоветовать им лучше делать задания полегче… а не накручивать опасностей, а потом подмухлевывать, помогая их преодолеть.