Чтение онлайн

…была не так хороша, как он думал. И отнюдь не невинна. Я знала, что для некоторых мужчин это не проблема. Но Патрик был ревнив, хоть и пытался держать себя в руках. Сможет ли он принять то, что у меня было прошлое? Догадывается ли об этом?

Я не представляла, как спросить это напрямую.

— Это слишком неожиданно. Ты уверен, что хочешь видеть меня своей женой? Ведь я не смогу стать примерной домохозяйкой. Мне нравится тот образ жизни, что есть сейчас.

Патрик нахмурился.

— Ты звонко смеёшься, раздаёшь всем свои улыбки, флиртуешь, сама того не замечая. Слишком ярко красишься, носишь слишком привлекательные наряды и ходишь так, что мужчины сворачивают головы тебе вслед. Твои картины мрачные, друзья странные, и иногда совершенно невозможно понять, о чём ты думаешь. Всё это меня жутко злит… И это же заставляет сходить по тебе с ума ещё больше. Если бы мне нужна была скромная домохозяйка, я бы женился ещё в Дублине. Но хочу, чтобы ты знала — что я не вижу никого другого в роли матери моих детей. Предложить мне особо нечего, но всё что есть — твоё.

Я протянула руку и захлопнула крышку коробочки.

— Хорошо. Я подумаю. Очень серьезно подумаю. Но это серьезный шаг. Ответить сразу я не готова.

— Тогда спрошу завтра.

— Ты даешь всего одну ночь?

— У тебя был год, чтобы присмотреться ко мне, — проворчал О`Ши.

Он прав. Конечно, рано ещё вешать на себя ярлык старой девы, но о создании семьи всё же стоило подумать. И если честно, никто из моих нынешних мужчин-знакомых не казался мне хорошим кандидатом в мужья. Кроме Патрика. Да и такого, как он, я прежде не встречала. Доброго, заботливого, надежного.

Не вампира, в конце концов. От размышлений о преимуществах ирландцев перед упырями, я не сразу заметила, что один из посетителей, вошедших в зал, и усевшихся наискосок от нашего столика, был мне знаком. Да это же вампир, что пытался мной позавтракать в Камдэн-Тауне! Патрик проследил за моим взглядом и пренебрежительно фыркнул, шепнув мне:

— О, Бобби. Смотри, какую кралю подцепил!

Вампир, видимо, заметивший меня раньше, зарделся, а женщина, что пришла с ним, лишь слегка повела плечом. Услышала. Даже с такого расстояния. Она одна из них? Шляпа скрывала лицо женщины, но обнаженные плечи были алебастрово-белыми. Впрочем, англичане все бледненькие от природы. Можно и перепутать. И все же интуиция мне подсказывала, что она не так проста. И даже гораздо опаснее своего спутника, поглядывающего в нашу сторону с любопытством, но даже не пытающегося подойти.

— Клэр, тебя что-то беспокоит? Хочешь уйти?

— Может, чуть позже. Допью вино.

Разумнее было бы покинуть ресторан, не привлекая лишнего внимания вампиров, но любопытство оказалось сильнее. Вот если бы Патрика не было со мной, можно было бы попробовать выспросить о его словах прежде, и может быть, узнать о Ракоци. Тогда я перестану о нём думать.

Женщина слегка повернула голову, явив благородный профиль, и незаметно кивнула, встретившись со мной взглядом. Затем поднялась и неспешно прошла мимо, направившись в туалетную комнату. Её юбки прошелестели совсем близко от меня, но аромата духов я так и не почувствовала.

А ведь вампиры не любят слишком сильные запахи. Ракоци никогда не использовал одеколон или духи. Я еще сильнее утвердилась, что она не человек.

— Патрик, я скоро вернусь.

Стараясь никак не проявлять сою нервозность, я безмятежно улыбнулась ирландцу, и стараясь не спешить, пошла вслед за незнакомкой. Та ждала меня у рукомойников, поправляя шляпку перед зеркалом.

— Вы ведь поняли, кто я, мадмуазель, — мягким низким голосом сказала женщина. На французском.

— Высшая.

— Не совсем. Я из младших, хоть и являюсь нынешней главой семьи Вальцер.

— Это возможно? — удивилась я. Почему-то казалось, что в иерархии вампиров обращенные занимали низшую ступень.

— Так получилось. Мой муж погиб, а сын слишком юн, чтобы брать на себя его роль. Не все были этим довольны, но у меня достаточно опыта, чтобы справиться с чем-либо недовольством. В отличие от того же Ракоци.

— Вы… видели Михаила?

— Полтора года назад, в Будапеште. Парижские события наделали много шума. Был практически уничтожен древнейший храм, высшие вступили в открытый конфликт с одним из тайных орденов, погибли главы древних семей. И в центре всего этого — французская девочка, из-за которой Михаил потерял голову. Мой сын сказал, что Ракоци оставил на вас метку. Могу я взглянуть?

Немного помедлив, я все же расстегнула кружевной воротник, и даже не поморщилась, когда прохладные пальцы коснулись моей кожи.

— Жжется. И за всё это время так и не исчезла, — задумчиво сказала вампирша. — А Михаил силён. Когда-нибудь станет даже сильнее своей матери. Жаль, что ему не хватило осторожности и мудрости, иначе бы все не закончилось так печально.

Я резко шагнула назад, застегивая воротник. Вот что за привычка у этой семейки — недоговаривать?

— С Михаилом что-то случилось? Он жив?

Красный огонечек в карих глазах, говорящий о пробудившейся жажде, потух.

— Тот юноша сделал тебе предложение. Почему ты не согласилась?

— Это не ваше дело, мадам.

— Как грубо. Но я понимаю, что ты злишься и испытываешь страх. И всё же пошла со мной. Потому что тебе не всё равно, хотя ты и говоришь себе, что ненавидишь его. Это мне знакомо.

— Он пытался обратить меня против воли. Думаете, я волнуюсь о нём? Глупо. Просто хочу удостовериться, что его больше не будет в моей жизни.

Невеселая улыбка скривила губы вампирши.

— Не будет. В твоей — точно. В Венгрии был суд глав семей, где расследовалось происшедшее. По его результатам Михаил Ракоци был осужден за разрушения храма и действия, угрожающие роду высших. Луи Мартелл стал свидетелем на суде, и выступил против Ракоци. Так как именно Мартеллы являются старейшими высшими во Франции, а Луи стал главой рода, то к его словам прислушались.

Луи… предал Михаила? Поверить в это было очень сложно. И все же… ведь при нашей последней встрече Луи вел себя довольно необычно.