Чтение онлайн

Свирель – мощное оружие подавление воли. Говорят, до появления разломов с помощью волшебных дудочек рушились и создавались государства, совершались перевороты и заключались выгодные власти браки, разрушались города и умирали тысячи людей. А те, кто умел играть на подобной, считались практически непобедимыми. До поры. Пока далекий предок Атмунда не изменил расклад и не сжег всех их на большом костре Великого магического суда.

У отца Сверра в коллекции была такая свирель, кажется, он выкупил ее у странствующего менестреля из Вестленда. Впрочем, он тут же передал ее Атмунду, который издал указ о незаконности хранения ряда опасных артефактов. Фредрек был интриганом, но даже он не посмел бы оставить строго запрещенное Капитулом оружие. Последняя свирель Вайддела вместе с другими изъятыми незаконными вещицами была уничтожена на магическом костре, разожженном сиром Карлом Норбертом, главой Ордена рыцарей Капитула.

Или нет?

– Думаю, нам не стоит сбрасывать со счетов провокации степняков, ваше величество, – ответил он хрипло. Виновность шпионов Ра-аана в смерти мальчика все меньше казалась ему достоверным фактом, даже принимая во внимание выгоду, которую император мог бы из этой смерти извлечь. Гораздо больше сомнений вызывали у Сверра действия Капитула. И Олинда здесь не просто так. Сверр все больше уверялся, что действует она по некому хитрому плану Атмунда… Скверно все это. Опасно. Особенно учитывая то, что задумал Сверр.

– Найдите виновного, Веллес! – велел король. – Подключите все ресурсы, которые необходимы. Вытрясите все грязное белье высоких лордов, если понадобится. Даю полную свободу на любую степень дознания, но найдите мне сукина сына, осмелившегося посягнуть на жизнь мальчишки! Сэлман, – обернулся он к главе королевской стражи, – перекрой все городские ворота, пусть солдаты проверяют каждого, кто вознамерится покинуть город. Отыщите мне вэллова музыканта!

– Хочу напомнить, – мягко отметила Олинда, – что в случае обнаружения свирель должна быть передана во владение Капитула.

– Ты только болтаешь, – резко ответил Эридор. – Ты и Атмунд за годы моего правления наболтали мне столько, что, превратись слова в золото, я бы не смог поднять мешок. Кажется, именно Капитул должен следить, чтобы подобное не случалось в пределах континента. И что я вижу? Моего гостя, залог мира с Двуречьем, уничтожают в моем же доме с помощью артефакта, который по законам вашего вшивого Ордена должен быть уничтожен десять лет назад!

– Осторожнее со словами, ваше величество, – спокойно сказала Олинда. В спокойствии этом сквозила неприкрытая угроза, и, если верховная осмелилась бросить ее в лицо монарху, значит, Атмунд готов к ответу Эридора. Как и к активным действиям со стороны Вайддела. Впрочем, Олинда явно не была настроена угрожать. Она сменила секундный гнев на привычную доброжелательность и добавила: – К тому же ваше величество сам отказался от помощи Ордена. Несколько месяцев назад мы предлагали короне содействие и помощь в виде ста красных плащей. Уверена, охраняй принца больше рыцарей Капитула, мальчик был бы жив.

Она многозначительно приподняла бровь и замолчала.

Впрочем, Эридор явно уловил посыл. Король Вайддела всегда виртуозно читал между строк, отчасти поэтому он и удерживал власть так долго…

– Прикажите разослать птиц, – хмуро велел он Сэлману, который тут же поклонился, готовый исполнить волю государя. – Сообщите домам, пусть собирают воинов. Вскоре нам понадобятся все силы, на которые мы можем рассчитывать.

Сверр счел решение мудрым.

Карл со свитой прибыли на рассвете.

Завьюжило. Последний месяц зимы выдался лютым, промозглым, и к концу его непогода разгулялась вовсю. Зима ярилась, гудела, метель спеленала небо сизым саваном. Кружились белые снежные пчелы, больно жаля открытые участки лица. Ветер хлестал наотмашь, и полы плаща Роланда щелкали, обвиваясь вокруг высоких сапог.

С моря тянуло сыростью. Близилась ночь Млекфейта.

Накануне праздника все маги клана стекались в замок главы рода, чтобы зажечь костры и задобрить духов крынкой парного молока, а под утро собраться в родовой роще, где наследник посадит семя дуба в мерзлую землю. Считалось хорошим знаком, если в будущем это семя даст молодой побег – это означало, что духи благословили клан, и он будет процветать еще многие годы.

Карл приехал в очаг и привез все семейство: Брунгильду с младенцем Бродриком, Ханну и Лиру в окружении нянюшек и челяди, а также полсотни лучших воинов, которые будут хранить покой лорда и его семьи. Роланд нахмурился, обнаружив среди сопровождающих Карла сурового охранника Лаверн. Кэлвин, в отличие от южан, был одет в легкую кожаную кирасу и шерстяной плащ, украшенный гербом Вольного клана, тогда как воины Карла кутались в подбитые мехом плащи. Внешность выдавала в Кэлвине горца с Ледяных Вершин – не боящегося холода, не знающего страха, сурового и беспощадного к врагам госпожи.

На Роланда слуга Лаверн смотрел свысока, пренебрежительно, что в сочетании с довольной усмешкой Карла создавало довольно тревожную для молодого наследника картину. Роланд понимал, что дядя мог наговорить Кэлвину разных гадостей, чтобы отвратить леди Мэлори от кандидата в мужья. Оставалось лишь надеяться, что Лаверн умеет анализировать слухи, выделять из них истину и принимать решения, полагаясь на собственный ум.

– Слышал, ты проявил истинное восточное гостеприимство и пригласил леди Винтенда на празднование Млекфейта, – улыбаясь, сказал Роланду Карл. Он обнимал красными от холода руками широкую чашу с горячим вином – в это время года оно считалось лучшим способом согреться и вернуть краски в серую гладь бытия. – Признаться, не ожидал. Думал, ты пускаешь нам пыль в глаза историей с девчонкой, но тебе удалось-таки ее уговорить.

– Пока только на визит, дядя, – уклончиво отозвался Роланд.

– Не помню, чтобы она кого-либо осчастливила своим визитом прежде.

Осчастливила. И не только визитом. Впрочем, Карлу об этом знать необязательно. При воспоминании о юном лорде Кирстене в душе Роланда вспыхнула неконтролируемая злость.

– Мэлори всерьез восприняла твои ухаживания, племянник, – с уверенностью заявил Карл. – Она прислала своего пса раскопать твои тайны. Препротивный тип, хочу отметить. Сует нос везде и не стесняется высказаться, где надо и где не надо. – Дядя скривился, будто глотнул прокисшего пива. Было очевидно, что Кэлвин не пришелся ему по душе и компания телохранителя Лаверн сильно тяготила лорда Змеиного Зуба. – Он пробыл в моем замке две недели и изъявил желание отправиться с нами в Очаг, чтобы встретить свою леди здесь. Лаверн опасается, что смерть Эллы могла быть подстроена из политических убеждений или же что ты убил ее из злости за то, что жена не смогла выносить тебе здорового сына.

– Ее опасения вполне понятны. И что же ты рассказал Кэлвину, дядя?

– Ты напрасно боишься, что я буду строить тебе козни, Роланд. – Карл осушил чашу и со стуком поставил ее на стол. – Ты – моя кровь, будущее рода зависит от того, насколько верно ты поступишь сейчас.

– И ты считаешь брак с Лаверн верным решением, – усмехнулся огненный лорд.

– Бесспорно. Причем для вас обоих. Ни для кого не секрет, что Капитул весьма своеобразно относится к действиям Мэлори. У ее рода нет истории, нет источника и связи, которая соединяет магов всех кланов королевства в семьи. Это делает девчонку непредсказуемой, а, учитывая силу, которой наделили ее духи, даже опасной.