Озма из страны Оз

Новая книга о Стране Оз, так же как и предыдущая — «Страна Оз», обязана своим появлением моим маленьким друзьям — детям. В своих милых письмах они выражали желание узнать «больше о Дороти». Дети спрашивали: «Что случилось с Трусливым Львом?» и «Что делала Озма потом?» — они имели в виду, конечно, после того, как она стала правительницей Страны Оз. Некоторые из них предлагали мне сюжеты для новой книги. Они просили: «Пожалуйста, пошлите Дороти ещё раз в Страну Оз», или: «Почему бы Вам не устроить так, чтобы Озма и Дороти встретились и хорошо провели время вместе?» Конечно, чтобы удовлетворить все просьбы и требования моих маленьких друзей, мне пришлось бы написать целые дюжины книг. Однако я надеюсь, что в конце концов смогу это сделать, потому что мне доставляет большое удовольствие писать эти истории, пока детям нравятся читать их.

Итак, в этой книге вы найдёте «больше о Дороти» и о наших старых друзьях Страшиле и Железном Дровосеке, Трусливом Льве и Озме, а также обо всех остальных. Здесь же вы узнаете много интересного о новых странных и необычных персонажах. Один мой маленький друг, который прочитал эту историю до того, как она была напечатана, сказал мне: «Биллина — настоящая оззи, и Тик-Ток тоже, и Голодный Тигр».

Если это решение окажется беспристрастным и справедливым и мои маленькие друзья признают эту историю «настоящей оззовой сказкой», я буду очень рад и доволен написанным. И возможно, я получу новые, очень дружеские письма от моих читателей, в которых они расскажут, как им нравится «Озма из Страны Оз». Во всяком случае, я надеюсь на это.

Л. Фрэнк Баум

Макатова, 1907

Дул сильный ветер, вызывая рябь на поверхности океана. Затем ветер усилился настолько, что рябь перешла в волны, а те, в свою очередь, превратились в огромный водяной вал. Вздыбившиеся волны были ужасно высоки: даже выше, чем верхушки домов. Некоторые из них по высоте были подобны верхушкам самых высоких деревьев и словно горы вздымались над поверхностью океана. А морская пучина, которая разверзлась меж этими водяными валами, казалась глубокой долиной, лежащей у подножья заоблачных вершин.

Весь этот сумасшедший вихрь с нарастающей силой бил и трепал океанские воды. Такой противный ветер не мог довести до добра. Так и случилось. Разразился ужасный шторм. А шторм в океане способен выкинуть диковинные трюки и наделать много вреда.

В это время, когда ветер начал крепчать, одинокий корабль затерялся далеко в океанских водах. Когда волны начали метаться, бурлить и расти всё выше и выше, корабль стало подбрасывать вверх-вниз и накренять из стороны в сторону. Наконец его так сильно тряхнуло, что даже матросы вынуждены были живо ухватиться за канаты и поручни, чтобы не оказаться унесёнными ветром или сброшенными прямо в море вниз головой.

Облака так скучились в небе, что сквозь них не мог пробиться солнечный луч. День стал подобен ночи, и оттого шторм стал ещё ужаснее.

Капитан корабля не испугался, потому что повидал на своём веку немало штормов. Прежде ему всегда удавалось благополучно провести свой корабль через морские бури.

Но капитан хорошо знал, что оставшись на палубе, пассажиры подвергнут себя опасности. Поэтому он велел всем спуститься в каюту и оставаться там до тех пор, пока не кончится шторм. Капитан призвал всех быть мужественными, не впадать в панику и заверил, что всё будет хорошо.

Среди пассажиров была маленькая девочка из Канзаса Дороти Гейл. Вместе со своим дядей Генри она собралась в Австралию, чтобы навестить родственников, которых никогда прежде не видела. Надо заметить, что дядя Генри чувствовал себя не очень хорошо. Он так напряженно работал в своём Канзасе, что его здоровье ослабло, и он стал слабым и нервным. Поэтому он оставил тётушку Эм дома приглядывать за наёмными работниками и заботиться о ферме. А сам тем временем предпринял далекое путешествие в Австралию, чтобы навестить своих родственников и хорошо отдохнуть.

Дороти очень хотела поехать с ним. И дядя Генри подумал, что она будет хорошей попутчицей и подбодрит его в дальней дороге. Поэтому он решил взять её с собой. Между прочим, маленькая девочка уже считалась опытной путешественницей. Однажды воздушный циклон унес её в волшебную Страну Оз. Она пережила много приключений в этой необыкновенной земле, прежде чем ей удалось вернуться в Канзас. Поэтому, что бы ни случилось, Дороти было нелегко напугать. И когда ветер начал завывать и свистеть, а волны метаться и бурлить, наша героиня ни на секунду не впала в панику.

— Конечно, мы все должны оставаться в каюте, — сказала она дядюшке Генри и другим пассажирам, — и вести себя как можно спокойнее, пока не утихнет шторм. Потому что капитан сказал: если мы выйдем на палубу, то можем вмиг очутиться за бортом корабля.

Можете быть уверены, никто не желал подобной участи. Поэтому все пассажиры сгрудились в темной каюте, слушая завывания шторма и поскрипывания мачт и оснастки. Они старались удержаться от толчков друг о друга, когда корабль накренялся набок.

Дороти уже почти уснула, когда приподнялась и обнаружила, что дядя Генри исчез. Она не могла сообразить, куда он подевался. Дядя чувствовал себя неважно, и Дороти забеспокоилась. Она напугалась при мысли, что он может оказаться достаточно беспечным и выйти на палубу. Тогда он будет находиться в опасности, пока снова не спустится вниз.

На самом деле дядя Генри ушел полежать на небольшую спальную полку в глубине каюты, но Дороти не знала об этом. Она помнила об одном: тетушка Эм просила её позаботиться о дяде. Поэтому Дороти решила выйти на палубу и разыскать его, несмотря на то, что буря становилась всё ужаснее и корабль опасно нырял среди волн. Конечно, девочке пришлось собрать все силы, чтобы взобраться по лестнице на палубу.

Стоило Дороти выйти из каюты, как яростный ветер налетел на неё с такой силой, что едва не оторвал подол ее платья. Дороти почувствовала что-то вроде радостного возбуждения, бросая вызов шторму. Быстро ухватившись за поручни, она стала вглядываться в темноту. Вдруг ей почудилось, что она видит неясные очертания человека, который цеплялся за мачту. Это мог быть её дядя, и Дороти закричала изо всех сил:

— Дядя Генри! Дядя Генри!

Но ветер дул и завывал так неистово, что она не расслышала собственный голос. Мужчина тем более ничего не услышал и остался неподвижным.