Перебежчик

Полуденное солнце плавило асфальт Чикаго, а чудовищная боль в голове не позволяла принять мне вертикальное положение, когда какого-то идиота принесло к дверям моего жилища.

Я открыл дверь, и стоявший перед дверью Морган, чье лицо наполовину было покрыто кровью, прохрипел «Стражи близко. Спрячь меня. Пожалуйста.»

Его глаза закатились внутрь черепа и он свалился без сознания.

Ох.

Супер.

До этого самого момента, я-то находился в приятном заблуждении будто бы моя головная боль это худшее, что может сегодня случиться.

«Адские колокола!» выпалил я бесчувственному телу Моргана. «Ты должно быть шутишь!» Некоторое время меня очень сильно искушала мысль захлопнуть дверь, оставив его лежать на месте перед дверью. Черт, я уверен, он заслуживает это. И тем не менее, я не мог стоять ничего не делая.

«Тебе нужно проверить, все ли в порядке с твоей головой», пробурчал я себе. Затем я дезактивировал обереги — магическую систему безопасности, установленную вокруг моей квартиры — схватил Моргана под руки, и поволок внутрь. Он был здоровым, около 6 футов, довольно мускулистым — и полностью обмякшим. Так что его было довольно трудно перетаскивать, хоть я и сам не из лиги юниоров.

Я захлопнул дверь и восстановил обереги. Затем я махнул рукой в глубину квартиры, фокусируя волю, и прошептал — «Flickum bicus». Дюжина свечей расставленных по всей комнате моментально вспыхнули, стоило мне лишь произнести простенькое заклинание. Я присел на корточки возле бесчувственного Моргана, осматривая повреждения.

У него было с дюжину порезов, грязных, неприятных и вероятно болезненных, но не угрожающих жизни. Плоть на его ребрах возле левой руки вспузырилась и была сожжена, и его простая белая рубашка была прожжена насквозь. На одной ноге была глубокая рана, наскоро перетянутая чем то наподобие кухонного фартука. Я не осмелился ее развернуть. Если бы она начала кровоточить, то с учетом моих медицинских навыков жизнь могла бы оказаться под угрозой.

Пусть даже жизнь Моргана.

Ему нужен был доктор.

К сожалению, если Стражи Белого Совета преследовали его, то скорее всего они знали что он ранен. И они скорее всего будут наблюдать за больницами. Если я отвезу его в местный травмпункт, то Совет узнает об этом в течение часа.

Уолдо Баттерс осматривал травмы Моргана в молчании в течении минуты, пока я вертелся поблизости. Он был худым маленьким парнем, его черные волосы были взлохмачены как у испуганного котенка. Одет он был в зеленую больничную робу и тапочки. Его темные глаза, спрятанные за очками с черной проволочной оправой, светились интеллектом, и выглядели так, будто он не спал уже в течение двух недель.

«Я не доктор», сказал Баттерс.

Это мы уже проходили несколько раз. «Ты Великий Баттерс», сказал я, «Ты можешь сделать что-нибудь.»

«Я патологоанатом. Я вскрываю трупы.»

«Если это поможет, представь что ты на предварительном вскрытии.»

Баттерс кинул на меня беспристрастный взгляд и сказал, «Не можешь отвезти его в больницу, а?»

«Да».

Баттерс встряхнул головой. «Это случайно не тот парень, который пытался убить тебя на Хэллоуин?»

«И еще несколько раз до этого», сказал я.

Он открыл набор с инструментами и стал копаться в нем. «Тогда мне никогда не понять…»

Я пожал плечами. «Когда я был ребенком, я убил человека с помощью магии. Я был схвачен Стражами и предстал перед Белым Советом».

«Я думал, тебя оправдали».

Я потряс головой. «Они знали что я пытался спасти свою жизнь, и возможно я заслуживаю отсрочку. Своего рода испытательный срок. А Морган был офицером по моему условному освобождению».

«Условному освобождению?» спросил Баттерс.

«Если бы я вновь нарушил закон, он бы сразу отрубил мне голову. Он везде следовал за мной, пытаясь найти зацепку, чтобы исполнить приговор.»

Баттерс моргнул, удивившись.

«Первые свои несколько лет я провел оглядываясь за спину, опасаясь этого парня. Загоняемый и преследуемый им. Кошмары часто наведывались ко мне ночью и он был в них.» По правде сказать, кошмары о преследовании неумолимым убийцей в сером плаще с холодным сверкающим мечом время от времени до сих пор посещали меня.

Баттерс начал осторожно снимать повязку с раны на ноге. «И ты ему помогаешь?»

Я пожал плечами. «Он думал я опасный зверь, которого нужно усмирить. Он верил в это, и действовал соответственно.»

Баттерс бросил на меня короткий взгляд. «И ты помогаешь ему?»

«Он ошибался», сказал я, «это не делает его злодеем. Всего лишь жопой. Но это недостаточная причина, чтобы убивать его.»

«Помирились?»

«Не особенно.»

Баттерс выгнул бровь. «Тогда почему он пришел к тебе за помощью?»

«Это последнее место, где будут его искать.»

«Господе Иисусе», пробормотал Баттерс. Он снял импровизированную повязку, оголив рану, около трех дюймов длиной(около 9 см), но глубокую, края которой сморщились, словно маленький рот. Стоило это сделать, как начала сочиться кровь. «Словно рана от кухонного ножа, но больше.»

«Что вероятно оттого, что сделана она чем то вроде ножа, но больше.»

«Меч?» сказал Баттерс. «Ты должно быть шутишь.»

«Старая школа Совета», сказал я, «На самом деле старая школа.»

Баттерс встряхнул головой. «Помой руки, также как и я. Тщательно — две или три минуты. Затем возьми пару перчаток и иди сюда. Мне нужна лишняя пара рук.»

Я сглотнул. «Ох. Баттерс, я не знаю, тот ли я парень, чтобы…»

«О, боже мой, чародей», сказал Баттерс упрямым тоном. «У тебя нет морального права бездействовать. Если я здесь за доктора, то ты сойдешь за медбрата. Так что мой свои чертовы руки и помоги мне, пока мы его не потеряли.»

С секунду я безнадежно смотрел на Баттерса. Потом пошел и помыл руки.