Чтение онлайн

Решено было не ходить вокруг да около, а сразу предложить художнику рассказать, кто являлся заказчиком эмблем. Судя по сведениям, которыми располагал Агапов, Шерхов был прям и прост, как голенище сапога, и говорить с ним надо было на его же языке. Агапов и пошел на контакт в сопровождении командира первого подразделения ОРБ Зелинского, когда «наружка» привела художника, ночевавшего у подруги, в издательство на улице Лавочкина.

Шерхов азартно спорил с кем-то из сотрудников «Армады» (впоследствии оказалось, что это заведующий художественной редакцией), человеком интеллигентного вида, с аккуратной седой бородкой, усами и обильной сединой в волосах.

Агапов, одетый в цивильное и в общем-то смахивающий на творческого работника излишней худобой, болезненным видом и каким-то фанатичным огнем в глазах, подождал, пока спор закончится, и отозвал Шерхова в сторонку:

– Извините, Сергей Борисович, не могли бы вы уделить мне толику внимания?

– А ты кто? – спросил художник, порываясь вернуться к оппоненту. – Если автор, то я сегодня занят.

Агапов так, чтобы не было заметно со стороны, показал книжечку сотрудника МУРа.

– Чего?! – У Шерхова глаза на лоб полезли, и, чтобы сотрудники редакции не обращали на них внимания, Агапов сделал незаметный жест следовать за ним. Художник, к счастью, повиновался без лишних риторических вопросов, весьма заинтригованный этим приглашением.

Выйдя из здания лицея, где издательство арендовало два верхних этажа, Агапов направился к машине Управления, зная, что Зелинский следует сзади художника и никуда не денется. Но в этот момент произошло непредвиденное: из двух других машин, «вольво» и «форда», припаркованных возле входа, выскочили вдруг люди и бросились с двух сторон к Шерхову.

У Зелинского и Агапова реакция была мгновенной, и действовали они соответствующим образом, выхватив пистолеты. Да вдобавок группа оперов Зелинского мгновенно вылетела из-за кустов, из машины и из вестибюля здания. Еще несколько секунд – и грянули бы выстрелы! Но Агапов узнал в одном из нападавших майора контрразведки Семина, с которым был знаком по некоторым совместным операциям, и успел дать отбой.

– Черт, вы что здесь делаете?! – шумно выдохнул майор, переодетый в штатское, как и его подчиненные.

– А вы? – в свою очередь поинтересовался Агапов.

– Мы за этим типом. – Семин кивнул на обалдевшего художника. – Пасем его уже четыре дня.

– Мы тоже.

Майор присвистнул, потом сдвинул брови, махнул своим оперативникам: по машинам.

– Отойдем-ка.

Стоявшие у крыльца мальчики и девочки, учащиеся лицея, ничего не понимая, смотрели на них во все глаза, словно они были участниками репетиции съемок какого-нибудь фильма, и Агапов, решив не портить этого впечатления, крикнул:

– Коля, достаточно на сегодня, съемки начнем после обеда. Всем отбой, главаря – в машину.

Зелинский взял Шерхова под руку и препроводил в «волгу».

Майор ФСБ непонимающе смотрел на начальника ОРБ МУРа, потом наконец до него дошло.

– Правильно, а то нашумели мы тут… Ну что, полковник? Отдадите нам его сразу или отъедем подальше? Этот художник проходит у нас по делу «Чистилища».

– Как и у нас, майор.

– Тогда звони своему шефу, у него должна быть ориентировка по верхам: нашей команде дан зеленый коридор по работе с «Чистилищем». Не будем же мы в самом деле устраивать из-за свидетеля петушиные бои.

– Конечно, не будем, – согласился Агапов, умевший быстро соображать. – Отъедем немного отсюда и через пару минут передадим его вам.

– Спасибо, в долгу не останусь.

Майор пошел к своим, и машины ФСБ тут же выехали со стоянки под стеной здания. Агапов сел в «волгу», бросил шоферу:

– Давай, Митя, жми за ними. – Повернул голову к Шерхову, все еще пребывающему в шоке. – Сергей Борисович, ответьте только на один вопрос: кто давал вам заказ на разработку эмблем «СК» и «ККК», ставших теперь, как всем известно, фирменным знаком «Чистилища»?

Художник открыл рот и закрыл, потерзал свою бороду, взъерошил волосы, снова вернулся к бороде и наконец изрек:

– А какой в этом криминал? Да, я работал над эмблемой, ну и что?

– Ничего страшного, – успокоил его Агапов. – Во всяком случае за это срок не полагается. Но если вы будете скрывать заказчика, тогда другое дело.

«Вольво» и «форд» впереди свернули к таксопарку, остановились у забора.

– Ну, Сергей Борисович?

– Их было двое, – сказал Шерхов, все еще в сомнении, стоит говорить об этом или нет. – Один – мой знакомый, вернее, однокашник. Паша Сидоров, сейчас он работает в какой-то частной фирме по розыску родственников и наследников. Второго не знаю, но представился он как знакомый Паши. Тихий, бледный, в очках, – Шерхов усмехнулся. – Вылитый ваш брат.

– Вылезайте. – Агапов остановил машину, сделал жест, означающий, что разговор окончен, и Зелинский открыл перед Шерховым дверцу, помогая художнику выйти. – Спасибо за доверие.

– А меня теперь куда?

– Над нами есть птицы более высокого полета. Вами займется федеральная безопасность. Ни пуха…

Шерхов не успел ответить «к черту», как двое «федепасов» взяли его под руки и усадили в «вольво». Майор Семин кивнул Агапову, и машины уехали. Оперативники МУРа молча смотрели им вслед.

– Ну и что ты по этому поводу думаешь? – спросил Зелинский.

– Кому-то выгодно сталкивать лбами спецслужбы, – задумчиво сказал Агапов, не зная, что слова его – слова провидца. – Поехали докладывать о срыве операции.

– Надо срочно найти Пашу Сидорова.

– Ты же слышал: дело «Чистилища» на контроле в ФСБ.

– Ну и что? «Федепасы» тоже не из непогрешимых, мы и им нос утереть можем.

– Ты мне лучше Соболева найди побыстрей, а то ищешь третью неделю!

Зелинский виновато засопел, но промолчал.

Через полчаса полковник вошел в кабинет Синельникова.

– Слышал уже, – поднял тот голову от стола. – И получил головомойку за вмешательство в дела безопасности.

– Так что, завязываем с «Чистилищем»?

– Официально – да. Но убийства Простатова и Силакова висят и на нас, так что разрабатывать розыск все равно будем.

– Художник являлся реальнейшей возможностью выйти на «Чистилище» быстро и без особых хлопот. Если бы «федепасы» не перебежали дорогу… Кстати, как они узнали о художнике?