Чтение онлайн

Луша подхватила самовар.

– - А со двора часто ходит?

– - В две недели раз. И гостей никаких!..

Мошкарова одобрительно кивнула, так что конец кружевной наколки упал ей на нос.

Луша снова долила и поставила самовар, после чего побежала в лавку за картами, вспомнив и о барышниных конфетах.

– - И что это ты летаешь таким соколом! Держать не удержишь!
– - воскликнул у ворот дворник, обнимая Лушу.

– - Пусти, черт!
– - вырвалась Луша, -- гости у наших-то вот и гоняют.

– - А ты плюнь!

– - Плюнешь, поди!
– - и Луша полетела по улице.

Едва переводя дух от быстрого бега, вернулась она на кухню и тотчас ухватилась за самовар.

– - Где ты была?
– - строго спросила ее барыня, -- я тебя зову, зову. Там посуду убрать надо, а тебя и на кухне нет!

– - Коли меня барин за картами посылал!

Луша снесла барышне карамель "Гаданье" и барину карты.

– - Разложите стол! Здесь разложите!
– - приказал барин.

Луша раскрыла ломберный стол, поставила свечи, пепельницы, достала щетки и два крошечных мелка.

– - Это и все?
– - воскликнул Подопёнкин.
– - Ну, как знаете, а бегите за мелками! Да скорее только! Господа, по маленькой!
– - обратился он к гостям.

Луша подошла к барыне.

– - Барин приказал мелков купить!

– - А что ж ты думала, когда карты брала?

– - Разве я знаю?

– - Снеси сперва чай, а потом пойдешь в лавку -- кстати вот деньги разменяешь: на 5 руб. мелочи возьми. И меди! Вы ведь сыграете в лото?
– - обратилась она к Мошкаровой.

Луша снова полетела в лавочку и обратно.

– - Ну, и носит тебя!
– - сказал дворник.

– - И не скажи!
– - на ходу откликнулась Луша.

– - Уберешь со стола и ужин готовь!
– - сказала барыня.

Луша стала убирать посуду.

Из комнаты барышни раздавались визг, хохот и крикливые голоса; в гостиной чей-то сиплый голос выкрикивал:

– - Шестнадцать, семьдесят семь, восемь!..

А из кабинета доносилось:

– - Без козыря, два без козыря, три трефы, пас! Я скажу в червях три!..

Луша загромоздила в кухне весь стол убранной посудой, растопила плиту, начистила картофель и поставила его варить, после чего начала вытаскивать из-за окна бутылки и закуски.

Время от времени ее звали в комнаты, и, оставляя работу, она бежала на зов, чтобы подать стакан воды иди достать папиросы, или поднять закатившуюся под диван монету. Потом возвращалась в кухню и принималась за стряпню.

Кончив с нею, она стала накрывать на стол, заполняя его приборами, рюмками, стаканчиками, бутылками и приготовленной закускою в жестянках и на тарелках.

Гости с шумом и веселым говором двинулись в столовую.

– - Луша, передай сюда грибы! Открой бутылку! Убери тарелки, подай чистые! Голубушка, принесите мне стакан воды! Луша, принеси пиво! Подыми салфетку! Давай следующее!

И Луша металась с одного конца стола к другому, принимала, подавала, убирала, откупоривала бутылки, устремлялась на кухню, возвращалась бегом в столовую, пока барыня не сказала:

– - Поди, поставь самовар да приготовь чай! Господа, а мы еще сыграем!..

Гости шумно поднялись от стола, а Луша на кухне уже ставила самовар и перемывала стаканы, чашки, чайные ложки и блюдца.

В столовой уже не было возможности быстро прибраться, и барыня приказала Луше самой разливать чай на кухне и разносить его желающим.

– - Этому фанту что делать?
– - выкрикивал Борис Подопёнкин в комнате сестры, где собрались его приятели и барышни.

– - Не ходи одна! Вот мы ее цап!
– - раздавалось из кабинета следом за щелканьем карты, а в гостиной снова кто-то выговаривал глухим басом:

– - Тридцать два, двадцать четыре, восемь!

Луша моталась из стороны в сторону.

– - Мне, голубушка, еще сахару! Налейте мне стаканчик! Луша, принеси пива! Ополосни этот стакан! Выбрось из пепельницы!

И она опять подавала, принимала, убирала и металась из кухни в комнаты и назад.

Был уже четвертый час, когда гости все разом поднялись домой.

– - Луша, помоги одеться!
– - закричала Подопёнкина.

– - Милая, а где мое боа! Найдите калоши: буква С.! Мое пальто на зеленой подкладке!

Луша искала пальто на вешалке, искала калоши под вешалкой, находила платки, боа, шапки, подавала шубы и надевала калоши, а потом, взяв лампу, проводила гостей до самого низа

Возвращаясь наверх, она встряхивала на ладони два двугривенных, которые придали ей бодрости.

– - Ой, устала я, Луша!
– - проговорила барыня, едва Луша вошла в прихожую и заперла дверь.
– - Скорее стели всем кровати, да и спать! Уберешь уже завтра все, -- прибавила она милостиво.

Луша прошла в кабинет, вынесла из него ломберный стол и стала стлать постель. На письменном столе стояли стаканы и недопитые бутылки, и всюду валялись окурки папирос.

Луша прошла к барышне, потом к молодому барину, быстро постилая постели, и, наконец, в спальную барыни.

Господа, между тем, сидели в гостиной и жаловались на усталость.

Сам Подопёнкин не доспал после обеда, работал, "как лошадь", на службе и завтра должен к 12 часам уже быть в департаменте.

– - А мне к девяти, и Лушка проспит, наверное!
– - воскликнул младший Подопёнкин.

– - Ой, мочи нет, глаза не глядят, -- сказала сама Подопёнкина, -- до свиданья. Я спать. Натолклась за день! -- и она прошла в спальную, где Луша оканчивала уборку.

– - Ох, смерть моя! Сними мне сапоги!
– - она плюхнулась на кровать, расстегивая лиф, развязывая тесемки и протянув толстую ногу. Луша опустилась на колени и сняла с нее сапоги.