Питер
Шрифт:
– А разве в линзе можно, что свое вырастить. Это же строжайше запрещено. За это же
грозит изгнание.
– Дэн, ты должен понять, что любую проблему можно решить, даже ту, которую нельзя
никакими способами решить. Все равно можно решить, главное знать подходы. И главное
подтверждение этому утверждению, это ты.
– В смысле.
– В прямом. Ты, по логике вещей, должен был сейчас сидеть в бочке или быть изгнанным, вместе со своими родными, а благодаря легкому вмешательству, ты здесь.
147
– Я бы сказал, вливанию, - подхватил Сова и все искатели сидевшие у костра улыбнулись.
– Как понять, вливанию, - Даня чувствовал не ловкость от того что только он не понимает
происходящего.
– Ну, как тебе объяснить, твоя свобода было выкуплена за бутылку хорошего коньяка.
Поэтому запомни, из любой ситуации есть выход, главное знать какой. А главный
инструмент, чтобы управлять людьми, это их слабости, будь то алкоголь, сигареты или не
весть, что еще.
Даня, было хотел задать еще вопрос, но его опередил тот, кому Даня хотел его задать.
– Так ладно, заканчиваем трепаться и давайте идите сменять Лялю с Куртом, а мы вас с
Мухой сменим через пару часов.
После сказанного, Сова и Дэн встали и направились в туман, в том направлении, куда
несколько часов назад скрылись другие два искателя. С каждым шагом, Даня чувствовал как
ему становиться холоднее и согревающее тепло исходящее от костра покидает его, а
холодный ветер, который с радостью принимает его, пронизывает до самых костей так, что
ни какая одежда не помогает. Даня было хотел посмотреть назад и на последок увидеть ту
искорку тепла, которая все это время согревала его, но повернувшись, он только увидел
туман, который окутал уже тот огонек света в мрачном настоящем, куда они с Совой
двигались с каждым шагом.
Даниле казалось, что они отошли уже на довольно большое расстояние, он даже
побаивался, не приблизились ли они к минному полю, около которого могут все еще
курсировать голодные и злые псы. Но обернувшись назад, заметил легкое свечение и ему, сразу стало ясно, что они совсем близко, так как через такой густой туман, свет просто не
мог далеко прорваться. Они остановились, и Сова издавая звук похожий на пение какой-то
птицы, начал вглядываться в темноту. Даня стоял и слушал как приятное лепетание
проносилось сквозь темную мглу, такую тихую и безжизненную, придавая ей хоть какой-то
оттенок природной красоты. Мелкие, легкие похожие на снежинки комки пепла начали
падать с неба, они соединялись с холодным ветром, который кружил им как ему хотелось и
образовывал вместе с ним совсем непроглядную стену и теперь, что-то разглядеть было
практически не возможно. Он с надеждой посмотрел назад, в тайне пытаясь себя обнадежить
и согреть тем тусклым свечением, которое он видел несколько минут назад. Но это было не
возможно, так как метель из пепла не давала такой возможности. Он с грустью повернулся
назад и увидел, что из темноты движутся два человека и хотел было схватиться за автомат, чтобы взять на мушку не известных, но был остановлен Совой, который перестал издавать
приятные звуки. И Даня понял свою ошибку, увидев выходящих из непроглядной спеси
улыбающуюся Лялю и чуть позади Курта.
148
– Ты что это, принял нас за урков, - с задоринкой в голосе произнесла она, - я вроде не
рычу и не кидаюсь, - она приобняла Даню и Сову и явно довольная собой, пошагала в
направлении лагеря.
– Давайте, удачи вам, - сказал коротко Курт и присоединился к Ляле.
Сова и Даня посмотрели им в след и молча, пошли вперед. Через несколько метров он
обнаружили небольшое обжитое место оставленное Лялей и Куртом. Они решили, что это
место оптимально для защиты в случае нападения прямо в лоб, да и при нападении со
сторон, это место отличалось выгодным расположением, именно поэтому решили место не
менять. Хотя и так было понятно с самого начала, что другие искатели просто не могли
выбрать плохое место.
Расположившись, Даня повернулся к темноте, которая властвовала повсеместно, не
зависимо от времени суток. Раньше он испытывал не преодолимый страх, как и любой
другой житель Коломны, так как темнота тревожила самые глубинные ужасы подсознания
человека. Такое чувство, что темнота имела разум, она не просто давила на подсознание, она
вытягивала от туда у каждого человека самое страшное. То есть, такое чувство, что она
выбирала, каким способом воздействовать на того или иного человека, а разве это не
свидетельствует о разуме. Чем больше Данила вглядывался в темноту, тем больше он
понимал ее. И у него возникали мысли, толи он перестал ее бояться, толи она перестала по
каким-то причинам вызывать у него страх.
Не с того, не с сего, Даня повернулся к Сове, который все это время копашился и
сооружал что-то.
– Слушай, а ты не задумывался, почему происходит все это.
– Что конкретно ты имеешь ввиду, то, что хотели сделать с тобой или хочешь копнуть
поглубже, о смысле жизни и поговорить о боге.
– О ком?
– О боге. О создатели, который сотворил все сущее, а за наши грехи погрузил нас в
страдания, которые мы сейчас наблюдаем.