Чтение онлайн

Следующий день был точной копией предыдущего. Им повстречались несколько саней с глмонийцами, а однажды они увидели всадников, сидевших в огромных сёдлах на спинах песчаных акул. Как-то раз они проехали мимо скопления гигантских труб, возле которых суетилась бригада рабочих, следивших за тем, чтобы горловины не засыпало песком.

Наконец незадолго до наступления сумерек впереди показались какие-то постройки, которые по мере приближения саней становились всё выше. Они оказались сложенными из мелких камней башнями высотой не менее пятидесяти метров, очень напоминавшими средневековую крепость.

Сани замедлили ход и, подъехав к широким воротам, остановились.

К прибывшим немедленно подошёл официально выглядевший динозавр в изысканном красном наряде.

– Вы – группа иноземцев, прибывших из Оргондо? – спросил он.

– Да, это они, – ответил кучер. – Все они – ваши, и привет. Мне надо присмотреть за моими акулами. Они проделали тяжёлое путешествие.

– Кто из вас господин Бразил? – спросил чиновник.

– Я, – ответил Бразил.

Чиновник обомлел, увидев гигантского оленя, но быстро опомнился.

– Тогда пойдёмте со мной. Остальным предоставят временное жилье.

Он сделал знак ещё нескольким глмонийцам, одетым, как и он, в красные куртки, и те присоединились к группе в качестве эскорта. Хотя самый низкорослый из людей был на голову выше любого из стражников, спорить никто не стал.

– Идите, – напутствовал Бразил своих товарищей. – Проблем не будет. Я присоединюсь к вам, как только смогу, Выбора не было, и они двинулись к ближайшей башне. Бразил повернулся к чиновнику.

– Что теперь? – спросил он.

– Посол Ортега и другая группа чужестранцев расположились на Проспекте, – ответил чиновник. – Мне поручено отвести вас туда.

– Ведите, – сказал Бразил, не проявляя никакого беспокойства.

Проспект оказался рвом шириной более тридцати метров, начинавшимся сразу за башнями. Глубина его превышала пятнадцать метров, и, хотя его защищали лишь обычные каменные стены, песок в него не попадал.

Вниз, на гладкое, почти отполированное дно рва, вели широкие каменные ступени. Бразил спустился по ним с некоторым трудом. По обеим сторонам Проспекта, словно средневековые замки Старой Земли, строившиеся на крутых склонах речных долин, тянулись здания Удликма. Тут было множество лестниц, сотни дверей, окон и даже ворот, предназначенных для обороны. Что же касается самого Проспекта, то Бразилу казалось, что одна его сверкающая поверхность простирается до океана, а другая – до горизонта.

Копыта Бразила цокали по отполированной мостовой. Он возвышался над бесчисленными лавчонками и толпами зевак, расступавшихся, чтобы дать ему дорогу. Миновав последние лавки, его провожатый направился в сторону океана, и наконец они оказались в официальной части Проспекта, поперёк которого была наспех возведена баррикада с тяжёлыми деревянными воротами, охраняемыми вооружённой стражей.

Чиновник показал пропуск, и их немедленно пропустили. За воротами тоже толпилась охрана. Посредине Проспекта Бразил увидел аккафианина, чиллианина, умиау, лежащую в чём-то вроде квадратной ванны, и кого-то ещё.

Он внимательно посмотрел на Провидца и Опору, и последние фрагменты картинки-загадки легли на своё место. С самого начала роль северянина была не ясна, и Бразил ничего не знал о гексе этого создания – ни о географическом положении, ни о его культуре. Тем не менее было ясно, что северянин – главный виновник многих бед, случившихся с его группой.

Стемнело. Маленькие газовые фонари, горящие вдоль Проспекта, придавали этой сцене мрачноватый вид.

– Побудьте здесь, – наказал Бразилу чиновник. – Я позову посла Ортегу.

Бразил подошёл к умиау, проигнорировав остальных чужеземцев.

– Значит, вы и есть Элкинос Скандер, – решительно сказал он.

Русалка озадаченно взглянула на оленя.

– Да? А вы кто или, может быть, что?

– Натан Бразил, – представился тот. – Это имя вам что-нибудь говорит? Если быть точным, я прибыл сюда, чтобы отомстить вам за семь убийств.

Умиау открыла рот:

– Семь убийств? Что, чёрт возьми, вы имеете в виду?

Бразил заметил, что трое чужеземцев, которые стояли слева от Скандера, проявили к его словам явный интерес. Остальные просто следили за ними.

– Я был капитаном грузового корабля, обнаружившим на Далгонии семь обуглившихся тел. Ни один из этих людей не причинил вам вреда, и у вас не было никаких оснований для убийства.

– Я не убивал их, – твёрдо заявил Скандер. – Их убил Варнетт. Но что из этого? Вы предпочли бы открыть этот мир для коммов?

– Так вот оно что… – печально произнёс Бразил. – Семь человек умерли, ибо вы боялись, что их правительства установят контроль над марковианским мозгом. Скандер, вы прекрасно знаете, что это весьма сомнительная причина. Ворота не открылись бы перед ними.

– Конечно, открылись бы! – грубо прервал его Скандер. – Они открылись, когда Варнетт и я подобрали математический ключ к мозгу. И они были ещё открыты, когда вы с вашей шайкой провалились в них.

Бразил медленно покачал головой.

– Нет, Скандер. Ворота открылись только потому, что оба вы захотели, чтобы они открылись. Это и есть ключ. Даже если бы вы не знали, что Ворота ведут сюда, а не к далгонийскому мозгу, вы понимали, что какие-то Ворота существовать должны, и страстно желали обнаружить их. Убить Бевиниера и остальных вы решили ещё до того, как нашли их. Варнетт это понял. Он надеялся отыскать Ворота, но боялся, что, сделав это, умрёт. Вот что их открыло, а вовсе не ваши математические находки. Они не открывались со времён марковиан и не открылись бы никогда, если бы не возникли соответствующие условия.

– Тогда почему же вы провалились в них? – прошипел Скандер. – Почему они открылись для вас?

– Они и не открылись, – спокойно ответил Бразил. – Хотя мне следовало бы знать, что они там существуют.

– Но они открылись для нас, Бразил, – вмешался Хаин.

– Не для вас, Хаин, и не для меня, и не для Вардии, – сказал Бразил. – Но в составе нашей группы был ещё один человек. Потерявший всякую надежду, мечтающий о смерти, желающий избежать того, что было предначертано ему судьбой. Мозг, чувствительный к подобным вещам, засёк это и заманил нас на Далгонию, подав ложный сигнал бедствия. Мы прилетели туда, и, когда By Чжули ступила на перекрестие, Ворота открылись, пропустив всех нас.