Чтение онлайн

Маруся из пары найденных палок соорудила крест и воткнула его в головах мертвой девочки.

— Чтобы в нежить не превратилась, — тихо пояснила Ама.

Не знаю, с чего она взяла, что христианский символ убережет кого–то в магическом мире, но это все же лучше, чем ничего.

Я стянул с головы шлем, Серый и Володька последовали моему примеру.

— Покойся с миром, — сказали мы почти хором и, постояв с минуту, покинули скорбное место.

Чтобы добраться до Золотой пещеры, потребовалось несколько часов. За это время Катюша успела апнуться второй раз, а потом и меня окутало золотистое сияние.

Достигнут уровень: 18.

Нераспределенных параметров: 3.

Я присел к стене и кинул по единичке в силу, выносливость и ловкость. Полюбовался результатом:

Сила: 11,

Ловкость: 15,

Интеллект: 9,

Выносливость: 21,

Интуиция: 14,

Обаяние: 9,

Пытливость: 6,

Удача:15.

Владение двуручным мечом: 85.

Не веря своим глазам, я молча смотрел на последнюю строчку. Еще вчера владение мечом было меньше шестидесяти! Неужели оно так скакнуло от уроков Вальтера? Вот это да!

В зале перед вожделенной пещерой мы обнаружили каких–то тварей, похожих на крупных серых собак. Я пригляделся к надписям на их боках:

Гитраш

— Ты иди, мы сами справимся, — сказал Серый и шагнул к ближайшей псине.

Обойдя мобов, я нырнул в дыру. Снова в голове завыло, зашумело, серо–красная пелена застлала глаза, руки ослабели. Глянул под ноги и с отвращением поморщился: от сердец остались лишь шевелящиеся комочки червей. Тьфу, мерзость. Но что удивило больше всего — тел монахов не было. На месте, где они лежали вчера, осталась лишь голая земля с пробивавшимся кое–где мхом. Уж не они ли в душеловов превратились?

Я покосился на торчащие корни, из которых вчера достал книгу, и направился к золотой стене. Стараясь не наступать на копошившиеся под ногами клубки, приблизился, внимательно осмотрел ее: драгоценные кирпичики прилегали друг к другу довольно плотно, но все же я нашел несколько щелей. Просунув в одну из них кончик меча, нажал, и брусок чуть сдвинулся.

Шум в ушах усилился, желудок скрутило, к горлу подступила тошнота. Но я ковырял и ковырял, пока не вытащил три штуки. На последнем слитке руки дрожали, как у хронического алкаша в разгар похмелья, а в голове стоял грохот, словно от ударов молота по железу.

Появилось стойкое ощущение, что сейчас появится Ворожен. Пришлось кинуть слитки в суму и бежать к пролому. Казалось, пробуду здесь еще минуту — сдохну прямо на месте.

Битва с гитрашами еще не закончилась, но помогать не хотелось. Просто был не в состоянии. Рухнув на землю, я привалился к стене и попытался прийти в себя. Смотрел, как отчаянно бьются Серый с Володькой, как непрерывно стреляет Маруся, кастует Катюша. И впервые подумал — каково нашим девчонкам? Ладно мы, мужики, нам сам Бог велел преодолевать трудности, но они… Сначала коронавирус, потом синдром Шеффилда, теперь постоянная опасность и боль здесь, в Мелизоре. Каким неженским мужеством надо обладать, чтобы все это перенести и не свихнуться?

Немного очухавшись, я встал и присоединился к бою. Впрочем, он уже заканчивался, оставался последний гитраш, да и тот полудохлый. Едва мы покончили с ним, как все, словно по команде, опустились на землю.

— Бодрость в ноль, — устало выдохнула Маруся.

— Ты что так долго, Димыч? — спросил Серый, пытаясь отдышаться.

— Какое долго? Пять минут.

— Да ладно? — он повернулся к остальным, все дружно покачали головами.

— Тебя с час не было, — резюмировал Володька.

— Факт, не меньше, — важно подтвердил Диоген.

— Странно.

Почесав в затылке, я вытащил из сумы брусок и перекинул его Верховому.

— Держи, это вам на двоих.

Он с недоумением посмотрел на меня, повертел слиток и даже попробовал на зуб.

— Только не говори, что это золото.

— Оно самое.

— Хм… Неплохо вы здесь устроились, и опыт, и голда. Но ты уверен? Не пожалеешь?

— Да бери, — великодушно махнул рукой Серый. — У нас же еще есть, да, Димыч?

— Ага, — я отдал ему два оставшихся кирпичика и встал. — Давайте так: вы махнете к Ронде, а я — к Вальтеру. Потом, как бабла наплавите, приходите в Гильдию воинов, там и встретимся.

Они согласились, и мы двинулись к выходу.

— Ты че такой сонный, Димыч? — Серега с ухмылкой покосился на Марусю. — Ночью не спал?

Нет, ну не засранец, а? Подставляет меня, хотя прекрасно знает, что она вчера вечером воевала с ним в данже. А вдруг я и в самом деле был с другой?

— Я тоже сегодня почти не спал, — вставил Верховой. — Только глаза закрою, сразу монстр какой–то снится.

Одарив Серегу красноречивым взглядом, я сказал с притворной суровостью:

— Прибить бы тебя. Это ты ночами хрен знает чем занимаешься, а я Нариэля вызывал.

— Да ну?! — хором воскликнули Серый и Володька.

Воодушевленный их удивлением, я в подробностях рассказал о ритуале.

— Еще пару призывов, и это чудо, наконец, пробудится. Тогда кранты Утресу и всем его шавкам.

Серега поскреб в затылке и скептически посмотрел на меня.

— Просыпается, говоришь? А с чего тогда нежить плодится, да еще становится сильнее?

— Вот вечером у Шериуса и спрошу.

Дойдя до Василисы, мы зашли на минутку, чтобы выпить холодненького кваса — как она его охлаждает, если в доме нет погреба, для меня загадка — и разошлись в разные стороны. Ребята отправились к Ронде, Диоген с Фросей остались (что порадовало, поскольку подозрения на ее счет не отпускали), а я потопал в Гильдию воинов.