Чтение онлайн

– Убивать, Кармина, легче, чем защищаться от побоев. И, тем не менее, у меня ни разу ничего не было сломано. А теперь – спокойной ночи, мы ещё успеем поговорить, – Эль накинул на бёдра тонкое одеяло и закрыл глаза. Я тоже постаралась прикрыться и побыстрее заснуть. Но в голове бродило слишком много мыслей. Переживания за себя, скорбь по моей Лелее, просто прорва эмоций, связанных с Даниэлем… Постепенно усталость всё же победила, и незаметно пришёл сон.

***

Проснувшись утром, я обнаружила, что осталась одна – Эль куда-то исчез. Встав, я заправила тахту – в конце концов, в интернате мы сами убирались в своих комнатах, никакой личной прислуги нам не полагалось – и начала одеваться.

Моего благоразумия хватило, чтоб не надевать белые брюки. Я ограничилась тёмно-зелёными, но зато расширяющимися книзу. Это очень выгодно подчёркивало красоту моих ног, а новый зелёный джемпер (вчерашний пришлось кинуть в стирку, спина-то тоже была в крови) не только дополнял наряд, но и заставлял глаза светиться. Они почти такого же оттенка, а я знала, как прекрасны могут быть мои глаза, если их правильно подчеркнуть. Пусть в бегах, но я принцесса!

Зеркала в комнате, конечно же, не было, и это доставило мне несколько не слишком приятных моментов, пока в ванной я всё же не обнаружила неровный осколок.

Я смотрела на себя и пыталась понять, как первый же встречный сможет не осознать, кто я такая. Казалось, абсолютно всё взывает к моей благородной крови. Аристократические черты лица, чуть заострённые скулы и подбородок, узкий изящный нос, тонкие губы, яркие зелёные глаза – не такие огромные, конечно, как у Эля – но всё равно очень красивые. А мои волосы? Такого цвета, да ещё в сочетании с глазами… Яркая медь, густо-красный, кроваво-алый. Именно так называют мой цвет в модных салонах. И стрижка у меня модная – вызывающе короткая. Не каждая может себе позволить такую, для этого нужно иметь действительно красивые черты лица.

Пытаясь разглядеть, как на мне смотрится одежда, я едва не выронила несчастный осколок, и одна из острых граней больно впилась мне в ладонь. Повезло ещё, что не порезалась!

Я поёжилась, представляя, как с моей руки падают тяжёлые густые капли, и постепенно собираются в лужу у моих ног. Когда Эль найдёт меня, будет почти поздно. Он будет рыдать над моим хладным телом…

– Эй! – что-то с силой дёрнуло меня за руку. Я вздрогнула и выронила всё-таки проклятое зеркало. Даниэль ловко перехватил его в полёте и положил на раковину. – Ты что, заснула, любуясь собой?

– Я понимаю, что тебе трудно это понять, но я, как и многие другие люди, умею думать. Просто задумалась, кретин! А ты меня напугал! Я чуть не порезалась, потому что у тебя даже зеркала нормального нет!

– Ты должна переодеться, – взгляд сиреневых глаз обежал меня сверху до низа.

– Что, не сможешь держать себя в руках, если я буду так одета? – хмыкнула я.

– Дура! Ты понимаешь, что эта дорогая красивая одежда, которая самым выгодным образом подчёркивает твои глаза и волосы?

– Конечно! – важно кивнула я. – Для того и надевала…

– Я, кажется, ещё вчера предлагал тебе выйти на дорогу и поорать о том, кто здесь. У кого ещё в королевстве зелёные глаза и красные волосы?

– Они не красные, – насупилась я.

– Конечно! – Эль закатил глаза. – Тебя больше устроит "изящный пурпур", "стремительный багрянец" или какие там ещё названия придумали твои придворные. Поэтому ты прямо сейчас снимешь с себя эту одежду, а взамен оденешь что-нибудь из шкафа. У тебя размер поменьше чем у меня, но, если закатаешь рукава и штанины, думаю, сойдёт. И хорошо, что волосы у тебя короткие, краски у меня мало.

– Краски?! – я в ужасе уставилась на Эля, надеясь, что он шутит, даже не став говорить ему, что пурпур – совершенно другой цвет.

– Да. Перекрасим тебя в чёрный.

– О нет! Я не позволю! Ты не имеешь права так со мной обращаться! Я буду делать то, что хочу!

Проклятый Даниэль не дал мне договорить – его руки упали мне на талию, срывая джемпер, а ещё через секунду я оказалась унизительно придавлена к раковине. Мои крики и попытки отбиться привели лишь к тому, что он намочил мне волосы и полил их какой-то липкой дрянью.

– Заткнись и не дёргайся, если не хочешь, чтоб покрашенными оказались не только волосы, но и лицо. Я не уверен, что краска легко смывается с кожи.

Пришлось подчиниться, кипя от негодования. Я отомщу тебе за это унижение, Даниэль!

– Вот и всё, – сообщил он, смыв с меня остаток краски, минут через двадцать. – В какой-то степени, так даже лучше, – он протянул мне зеркало, не переставая разглядывать. Уперевшись пальцем в подбородок, заставил меня поднять голову. – Вроде прокрасилось везде ровно. Чудесно. Повезло, что ресницы и брови у тебя просто тёмные, а то красить их каждый день такая морока, – он говорил так, будто бы ему приходилось это делать. Хм, интересно. И в какой же цвет можно перекрасить мальчика со жгуче-черными волосами? – Поменяй брюки, найди себе рубашку, и можешь спуститься вниз. Рубашку выбери синюю.

– Но синяя… – я возмущённо замахала руками.

– Знаю, – он скривился. – Не твой цвет. Правильно. Он пригасит цвет твоих глаз, не позволит им быть такими заметными. А это именно то, что нам сейчас нужно. Конечно, ты можешь весь день просидеть здесь одна, но не думаю, что ты будешь в восторге от такой перспективы, не так ли, Кармина?

Я мысленно сосчитала до десяти, прежде чем ответить.

– Хорошо.

– Я внизу, у меня уже клиенты пришли, – он кивнул напоследок и ушёл. Интересно, у него наверняка есть завсегдатаи – как он объяснит им появление в своей комнате девушки? И почему до сих пор не появился хозяин бара? Я прекрасно помнил, как в "Ласковую рощу", бар рядом с "Пурпурной розой", куда мы регулярно сбегали без спросу, с утра всегда приходил хозяин, да и отец рассказывал, что необходимо проконтролировать – забрать вчерашнюю выручку, проверить все ли сорта вина остались, наказать нерадивых слуг.

Размышляя, я оделась так, как велел Эль – и как не странно, осталась довольна. Закатанные рукава на рубашке позволили подчеркнуть гибкость кисти, а брюки, пусть и великоватые, смотрелись нарочито небрежным штрихом.

Спустившись, я обнаружила Эля за стойкой, а за столиками – несколько человек, в основном мужчин. Женщина, точнее девушка, была лишь одна – стройная, хрупкая блондиночка, сидящая нарочито прямо. Почему-то, хотя видеть этого я не могла, показалось, что глаза у неё голубые, и в них стоят слезы. Ногти впились в ладони, и только тогда я поняла, что она невероятно похожа на Лелею. Словно та сама вернулась ко мне.