Чтение онлайн

— Нет, — твердо сказал король и покачал головой.

— Ваше величество, что вы имеете в виду?

— Нет — значит, нет. Вы, госпожа, будучи паладином, несомненно прибыли сюда не просто так, а по велению высших сил. Неспроста получилось, что вы оказались здесь именно с этим мечом. Но предполагать, что вы прибыли лишь вернуть его нам, — нет, я с этим согласиться не могу. На что нам теперь этот меч, когда тот, для кого он был выкован, давно лежит в могиле? — Наклонив голову, король встретился взглядом с Амбротлином. — Скажите мне, господин, что представляет собой этот меч в отсутствие его истинного владельца, связанного с ним заклинаниями?

— Ваше величество, все перед вами. Это отличный клинок — я надеюсь, что госпожа паладин сможет подтвердить мои слова, поскольку ей довелось испытать его в деле. Пожалуй, он особенно хорош в сражении с некоторыми воплощениями зла. Может ли он принести кому-либо какую-то особую пользу или сделать его непобедимым? Я так не думаю. Он был выкован с добрыми побуждениями и ради добра. Похоже, что и пользовались им в основном с добрыми помыслами. Насколько мне известны наложенные на него заклятия, этот клинок вряд ли сослужил бы хорошую службу своему владельцу, попади он в недобрые руки.

— И на что же он способен в руках истинного хозяина?

— Ваше величество, все магические способности этого меча мне не известны. Мне ни к чему было об этом знать, а кроме того, когда его ковали, я находился вдалеке от родных мест. Как и большинство эльфийских мечей, он загорается довольно ярким светом, когда хозяин извлекает его из ножен. Более того, этим свечением он предупреждает, что к владельцу приближается заведомое зло. Некоторые из таких мечей могут излучать неяркий, другого тона свет, когда к ним прикасается человек без злых намерений, но все же не являющийся их истинным владельцем.

При этих словах Пакс вспомнила, что меч действительно начинал светиться всякий раз, когда она доставала его из ножен.

— Значит, получается так, — неспешно рассудил король. — Если меч зажегся ярким светом, то… нет, подождите: что это может означать? Вполне возможно…

— По правде говоря, ваше величество, я не знаю точно, какие именно заклинания наложила на него моя сестра.

Неожиданно голос подал егерь Тэкко:

— Я что-то не припомню, чтобы он вспыхивал или излучал какой-нибудь свет, когда королева доставала его из ножен. — Все повернули головы в сторону старика. Он же настойчиво повторил:

— Не раз и не два мне приходилось видеть королеву с мечом в руках, но я никогда не замечал, чтобы при этом от него исходило какое-нибудь свечение.

— Вот что я вам скажу на все это, — не без усилия произнес усталый король. — Нам известно, что сюда, в Чайю, прибыла паладин Геда, и прибыла в очень тяжелый момент. Все вы понимаете, что я скоро умру. Наследников у меня нет. Лиония оказывается перед лицом множества опасностей. Я опасаюсь возникновения трений и конфликтов между людьми и эльфами, между нашими соседями и союзниками. Кроме того, я очень встревожен состоянием дел на паргунской и костанданской границах, да и вообще в наших северных пределах. Госпожа паладин, — из последних сил король протянул руку и взял Пакс за рукав, — была названа другом эльфийского народа самими эльфами. Она — воин Геда, и о ней знают при королевском дворе Тсайи, а также Финта. Пожалуй, это не может не порадовать наших союзников. Рейнджеры доложили о том, что у нее есть эльфийское чутье, которого, к моему стыду и сожалению, у меня никогда не было. Она приехала к нам с реликвией нашего королевского двора, причем как только ей это стало известно, она выразила готовность вернуть нам этот меч, принадлежавший некогда супруге моего старшего брата и выкованный, как нам теперь известно, для ее сына, который должен был стать нашим королем. Я призываю нашу гостью вынуть из ножен этот меч, чтобы увидеть, пойдет ли от него волшебный свет. Если это случится — а я верю, что так оно и будет, — тогда позвольте мне высказать предположение, что наследник престола найден. Согласитесь, вряд ли мы найдем лучшего кандидата на место правителя Лионии. Паксенаррион является паладином, она вооружена выкованным эльфами магическим мечом, она не только умеет ладить с эльфами, но и названа ими своим другом, и к тому же ей ведомо эльфийское чутье — столь необходимое качество для того, кто восходит на престол нашего королевства.

Пакс в изумлении обернулась к королю и взмолилась:

— Ваше величество, нет, ни в коем случае!

За ее спиной послышалось возмущенное шушуканье придворных.

— Я ведь не правитель! Я ведь и родилась-то не в благородной семье.

— Если боги выбрали вас паладином, то с какой стати я буду копаться в вашем происхождении? — Стоило королю заговорить, как все перешептывания придворных стихли. — Госпожа Паксенаррион, тяжкие испытания подтвердили, что вы достойны носить полумесяц Геда или корону — символ королевской власти. Но пока я являюсь королем Лионии, я приказываю вам обнажить меч, выкованный для наследника этого трона, и продемонстрировать нам, что ответят на это эльфийские заклинания.

Пакс оглядела зал, заметив, что большинство придворных глядят на нее с сомнением или даже с неприязнью. Вновь обернувшись к королю, она невесело сказала:

— Ваше величество, как паладин я поклялась следовать воле богов в первую очередь. Но ваш приказ не вступает в противоречие с нею. Поэтому… именем Великого Господина и его верного слуги, святого Геда…

Одним привычным движением Пакс выхватила клинок из ножен и подняла его над головой. Меч засверкал небесно-голубым светом, как это бывало всякий раз с тех пор, когда Пакс впервые взяла его в руки, сняв со стены в крепости герцога Пелана. Со всех сторон послышались изумленные возгласы.

— Ну что, видели? — чуть громче, чем раньше, даже с азартом в голосе произнес король.

Пакс только покачала головой, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

— Ваше величество, — обратилась она к королю, как только шум в зале начал стихать, — я все же осмелюсь возразить вам. Боюсь, ваш выбор наследника является неверным. Ничто во мне не говорит, что боги одобрили бы этот выбор. Я не могу принять ваше предложение. А что касается светящегося меча, то всем известно: клинки многих паладинов излучают свет, когда те достают их из ножен.

— Уважаемая госпожа, я согласен с тем, что скромность украшает человека, и тем более будущего правителя. — Король явно не хотел расставаться со своей идеей. — Вы же видите, что вы, несомненно, посланы богами, как идеальное решение нашей проблемы. Вы — паладин, а значит, вам неведомы недобрые помыслы. Вы паладин Геда — одно это успокоит наших союзников на западе и предупредит потенциальных противников на севере. У вас есть эльфийское чутье, и, насколько я могу судить, эльфы признают вас в качестве законного правителя. — Тут король внимательно посмотрел на Амбротлина. Тот церемонно поклонился и произнес:

— Паксенаррион действительно друг эльфийского народа. Как вам известно, ваше величество, мы, эльфы, не вмешиваемся в дела наследования трона и не считаем для себя возможным давать людям какие-либо советы в этом отношении. Но могу сказать лишь одно: если Паксенаррион взойдет на престол, эльфы возражать не будут.

Пакс бросила на Амбротлина суровый взгляд, пытаясь понять, что скрывалось за столь скупыми словами. Впрочем, лицо эльфа оставалось абсолютно непроницаемым.

— Но ведь я не принадлежу к королевскому дому Лионии, — продолжала настаивать она. — Я вообще не из этого королевства, во мне нет эльфийской крови, и я…