Разлом
Шрифт:
Вспомнив о сестре, Ирия ускорила шаг. Она, конечно, любит Инелию и без раздумий отдаст за нее жизнь, но чтобы довериться ей в этом... Это было превыше ее сил!
Она уже подходила к трактиру, когда на соседних улицах раздались воинственные крики и – Ирия широко распахнула глаза – топот копыт. Давненько она не слышала этого звука. Пожалуй, со времени их путешествия по Сумеречному Лесу, где Ингельд как раз и научил их пользоваться лошадьми.
Но увидеть такое в Армании, было сродни чуду. Орден Святой Инквизиции особенно рьяно отслеживал такие случаи и беспощадно карал всех виновных.
Ирия невольно замедлила шаг, желая увидеть этих смельчаков. Не прошло и минуты, как на площадь перед трактиром ворвался отряд вооруженных всадников.
Их было не меньше пяти дюжин, но среди них, сколько Ирия не вглядывалась, она не нашла ни одного человека. Только неко и инуры.
Ирия в полном изумлении покачала головой. Уж кому-кому, а ей прекрасно было известно, что обучить неко, а уж тем более инуров езде верхом было равносильно подвигу.
Всадники тем временем торопливо спешились и рассеялись по площади. Часть из них нырнула в здание ратуши, другие кинулись в церковь, а остальные вломились в трактир. Сообразив, что перед ней банда разбойников, Ирия обеспокоено метнулась следом.
Глазам Ири предстала ужасная картина. Ворвавшиеся оказались не совсем обычными разбойниками. Вместо того чтобы грабить постояльцев, они просто их убивали. Мгновением позже Ирия поняла, что убивали не всех без разбора – только людей и сопротивлявшихся Измененных. Остальных пинками загоняли в угол зала.
Ирия уже собиралась броситься на второй этаж, где они снимали комнату, когда ее внимание привлек последний оставшийся в живых человек. Им оказался трактирщик, здоровый и коренастый мужик. Прижавшись спиной к стене, он отмахивался топором, рыча не хуже инура.
Глаза Ирии сузились. Трактирщик был хорошим человеком. Также как и многие другие жители этого города.
Несколько мгновений Ирия медлила. Пробегавшие мимо разбойники с подозрением косились на нее, но, наткнувшись на ее спокойный и уверенный вид, бежали дальше...
Шум боя перекрыл могучий рев.
– Всем назад!
На пороге трактира показалась и двинулась к трактирщику громадная косматая фигура атамана. Могучий инур, заросший длинной черной шерстью, больше походил на медведя, нежели на инура.
– В герои решил податься, человек? – прорычал атаман.
Крупный и крепкий по человеческим меркам трактирщик рядом с инуром смотрелся как подросток подле взрослого.
– Что молчишь, человек? Язык проглотил от страха? – усмехнулся инур.
– Мне с тобой не о чем разговаривать! – отрезал трактирщик, тяжело дыша.
По его лицу ручьями струился пот вперемешку с кровью, но решимости во взгляде ничуть не убавилось.
– Герой, – презрительно скривился инур. – Обожаю убивать героев!
Он шагнул вперед, даже не дотронувшись до своего меча, покоившегося в ножнах. И тогда Ирия спохватилась. Рассудив, что Ингельд и Инелия какое-то время продержатся без нее, она метнулась на выручку человеку.
Но атаман действовал быстрее. С невероятной для такого грузного тела легкостью он увернулся от удара трактирщика, ловким движением схватил и отбросил топор, а затем его мохнатая лапища сомкнулась на человеческой шее.
– Не смей! – закричала Ирия, расталкивая сгрудившихся вокруг разбойников.
Человек вцепился руками в запястье инура, но, похоже, проще было разогнуть железный обруч. Инур повел налитыми кровью глазами в сторону неко.
– Ты кто еще?
Ирия шагнула к нему, выхватив клинок.
– Этот человек никогда не обижал Измененных! Оставь его в покое!
– Это человек! – рявкнул инур. – Для меня этого достаточно! Я прав?
Разбойники ответили дружным ревом.
– Смерть ему! Смерть людям!
– Мы призваны Создателем очистить землю от этой грязи, называемой людьми! – рычал инур. – Земля будет очищена также и от таких как ты предателей! От всех тех, кто забыл о своем происхождении и подался людям в услужение!
– О чем ты говоришь? – Ирия задохнулась от ярости. – О каком предательстве? О каком услужении?
Послышался хруст, и на пол упало мертвое тело трактирщика. Инур брезгливо вытер о свою шерсть руку.
– А ведь я знаю тебя, – атаман ткнул в нее пальцем. – Я слышал о двух неко, живущих с человеком. Похоже, ты одна из них. Я угадал?
Затравленно оглянувшись, Ирия отступила к лестнице.
– Взять ее! – взревел инур. – Брать живой! Нам нужны ее дружки!
Невероятным прыжком, на который способны только неко, Ирия перемахнула большую часть лестницы. Сзади загремели сапоги, но куда больше ей не понравились мелькнувшие впереди тени. Это были ее сородичи-неко, не менее впечатляющим прыжком заскочившие на верхнюю галерею и преградившие ей путь.
Их было трое. Трое ровесников Ирии, очень легких и подвижных. Ирия не хотела убивать соплеменников, по какой-то нелепой прихоти оказавшихся в банде полудурка-инура. Но сзади послышалось злобное рычание, и она поняла, что у нее нет выбора.
Мечом молодые неко владели гораздо хуже, чем прыгали. Ирия без труда проскользнула мимо них, сделав лишь три коротких выпада. За спиной раздался шум падающих тел, но Ирия не оглядывалась. Ее внимание было приковано к дальней по коридору двери, а в душе медленно нарастала злость.
Она уже догадывалась, что могло заставить Ингельда и ее сестричку ослепнуть и оглохнуть настолько, чтобы не услышать прорвавшихся в город разбойников. И Ирии очень не нравилось то, что она ожидала увидеть за дверью.
Она была уже рядом с комнатой, когда ей под ноги швырнули ножны. Ирия споткнулась и растянулась во весь рост. В ту же секунду у нее вырвали из рук клинок, а затем крепкий удар в затылок заставил окружающий ее мир подернуться дымкой.
– Ингельд! – закричала она.