Чтение онлайн

– Так, Антонио, на левое кресло! Малик, Володя – заряжающие, здоровяк – подающий. Готовы? – Мичманюга прыгнул на правое железное сиденье, закрутил маховик наводки.

Тем временем я загнал снаряды в приемник, рванул рукоять заряжания. Чавкнул затвор, закрывая патронник.

– Готово! Готово! – Мы с Маликом практически одновременно зарядили автоматы. Еще бы, вчера попотели над этой пушкой, пока убедились, что механизмы работают нормально.

Пушка уже была развернута в сторону холма, откуда продолжали бить крупняки пиратов. А может, просто бандитов, но от этого они не переставали быть врагами.

– Огонь!

Гданг-гданг-гданг! Из конических пламегасителей вырвалось пламя, по оглохшим ушам долбануло выстрелами. Звонко вылетели на камни гильзы, покатились по земле.

А в сторону холма улетели красные черточки снарядов и расцвели взрывами на склоне чуть выше пулемета.

– Перелет! – заорал мичман. – Антонио, чуть ниже. Огонь!

Гданг-гданг-гданг-гданг! Снова ожила установка, ходя туда-сюда под рукой, которой я заталкивал в приемник третью обойму. Плюющийся свинцом пулемет накрыло разрывами.

– Есть, давай второй! – Мичман крутнул маховиками, разворачивая пушку…

Протекторат РА, остров Южный.

22 год, 29-й день 10-го месяца

Мы с Маликом сидели под навесом мастерской, прятались от мелкого дождика, начавшегося часа два назад, и дремали. Колька грузил брата в вертолет, с которым улетали легкораненые. Их бы оставили на острове, но скорое начало мокрого сезона могло принести немало осложнений.

Заваруха закончилась утром. Подавленные нашей пушкой крупнокалиберные пулеметы пиратов и всаженная в лесок в ответ на вспышки автоматных выстрелов полусотня снарядов были началом их конца. Сразу снизилась активность стрельбы бандитов, потом ожили наши минометы.

Минометчики здорово прочистили лесок, а утром кубинцы начали прочесывание. Немного позднее прилетели вертолеты с хваткими ребятами и с несколькими собаками. Эти парни тоже рванули в лес, а вертолеты увезли тяжелораненых.

Раненых помогали носить в поселок мы, и искать убитых тоже помогали. Погибших было много, двенадцать человек только в поселке. Среди них три девушки. Слава богу, детишек отправили в школу-интернат в Новой Гаване, а совсем маленьких вместе с мамами перевезли на Большую Землю.

Из Берегового доставили гробы, копали могилы на высоком берегу. Скоро похороны. Здесь не заморачиваются с долгими прощаниями. Смысла особого нет и климат не подходящий. Так что надо идти прощаться с неплохими людьми, которых мы едва узнали.

Найденные тела бандитов сфотографировали прилетевшие криминалисты, сняли отпечатки пальцев, а сами трупы отвезли на катере в Залив, где и сбросили за борт, привязав к ногам по мешку с камнями. Пленных сейчас допрашивали особисты. Судьба их, похоже, будет не сильно отличаться от судьбы убитых бандюков. По крайней мере, семеро кубинских парней ходили и набирали в полиэтиленовые мешки обкатанные камни. А пленных бандюков было семеро, вот так.

– Блин, я как представлю, что это мне могли сейчас особисты ногти рвать, дурно становится, – заметил вернувшийся Колян, кивнув в сторону палатки для допросов, из которой порой доносились дикие вопли. – Хорошо, что мы с братом нормальную дорогу выбрали. Здесь и живем, как люди, и подыхать, как собакам, не придется.

– Ага. Держи, твоя доля. – И Малик протянул ему кружку с ромом и кусок вареного мяса. – Отправил брата?

– Да. – Колян кивнул на улетающий на северо-запад вертолет. – Отправил их прямиком в Демидовск, в хирургический центр. Врач сказал, что много битого стекла в ране, тяжело вынимать будет.

После чего опрокинул себе в глотку кружку с ромом и вцепился зубами в мясо. Голодный как собака, а Тольку проводил. Вообще хорошо, что эти парни нашу сторону выбрали, неплохие ребята.

– Глянь, выводят. – Малик кивнул на палатку.

Оттуда кого-то вывели, кого-то вытащили за шкирку, но вскоре все семеро бандитов стояли посреди небольшой площади поселка, возле полусгоревшей хижины.

Как-то незаметно площадь наполнилась народом, кубинцами и отдыхающими егерями. Даже от выкопанных могил шел народ.

– Внимание! Товарищи! В связи с военным положением на территории Диких Островов за акт пиратства именем народа России и постановлением военного трибунала к смертной казни через утопление приговорены следующие лица, не имеющие гражданства…

Что еще говорил моложавый военный прокурор, я не слушал.

Я смотрел, как этим уродам скручивают скотчем руки и ноги и тащат их вниз, к катеру. Уже на борту кубинцы прикручивали веревкой наполненные камнями мешки к ногам пиратов. И еще – какие-то пакеты к груди и спине.

Катер отошел от берега метров на сто, и приговоренных сбросили за борт. Молчаливая толпа на берегу наблюдала за казнью.

Но, к моему немалому удивлению, приговоренные не утонули. Нет, головы пиратов торчали над водой, они даже не думали тонуть. Только страшно корчили рожи и пытались что-то прокричать. Но заклеенные скотчем рты не позволяли этого.

– А что происходит? – обратился я к подошедшему мичману.

– Смотри. Наверное, совершенно случайно их сбросили на мели. Сам поймешь! – Мичман хмуро уставился на место казни.

Вышедший из камбуза катера кок выплеснул остатки еды рядом с пиратами. Катер резко ускорился и по большой дуге пошел к берегу, а пираты как поплавки качались на невысоких волнах.

Внезапно вокруг одного пирата взбурлила вода, плеснуло красным, и его не стало. Потом еще, еще… и еще.

В течение минуты от казненных не осталось ничего, кроме расплывающегося красного пятна в воде.

– Ни хрена себе, – с трудом проглотив ком в горле, прошептал я. – Их же утопить должны были, а не скармливать зверью.