Чтение онлайн

– Это точно, хватит. Интересно, какой балбес умудрился залить отработку в коробку подач? Замучимся завтра отмывать, да и сегодня все насквозь провоняли. – Малик недовольно понюхал спецовку.

– Ладно, какая нам разница. Пошли отмываться. – И я начал собирать инструменты в ящик. Обтер ветошью и положил тяжелую самодельную кувалдочку.

Рядом гремел ключами Малик, матерился под нос. Что-то он сегодня не очень жизнерадостный. Впрочем, я знал, в чем дело.

У Светки токсикоз, она вообще перестала переносить запах спирта. А Малик любит выпить после работы рюмку-другую. Причем сильно любит, а сейчас нельзя.

Мне, впрочем, тоже. У Олеси тоже токсикоз, тоже на запахи реагирует, даже все дезодоранты и духи замотала в целлофан и спрятала в кладовку. Но мне как-то все равно, могу выпить, а могу месяцами не пить.

Отмыв руки от машинного масла и распарив их в ванночке с раствором солей, пошел в душ. Постоял несколько минут под обжигающими струями воды, растерся полотенцем и отправился одеваться. Все, на сегодня рабочий день закончен.

И неделя тоже, завтра на стрельбище. Будем ходить гуськом друг за другом с заряженными холостыми патронами автоматами и отрабатывать тактическое взаимодействие. Нужно не забыть наушники, а то после прошлого занятия в ушах долго звенело.

Я накинул пластиковую накидку. Малик сделал то же самое, и мы вышли на улицу.

Сразу резко хлестнуло дождем, капли залетали под капюшон. Ветер бил по пластику крупными каплями дождя, развевал полы дождевика, гнал волны по лужам. Сейчас по просьбе администрации мы редко пользовались машинами. Утром нас встречал вахтовый пазик, а вечером расходились сами, благо идти всем было недалеко. Нам с Маликом было дальше всех, и то дорога больше двадцати минут не занимала. Под сапогами поскрипывал и похрустывал мокрый щебень.

– Ну что, Володь, в рюмочную не заскочишь? Согреться? – Малик махнул рукой в сторону центра, окатил меня брызгами.

– Нет, не пойду. Да и грех сегодня на прохладу жаловаться, целый день плюс десять по Цельсию. Теплынь, можно сказать. Не уговаривай, чтобы потом на меня жена не дулась. Пошли, выпивоха. – Я захрустел щебенкой дальше.

По бетонному лотку в кювете тек настоящий ручей. Малик пошел за мной, бухтя о женском произволе.

Внезапно он дернул меня за дождевик и спросил:

– А это что за хрень? Внизу по дороге? – и указал в сторону далекой уже набережной. Там, разбрызгивая лужи, скрытое пеленой дождя, метрах в ста от нас по дороге топало что-то весьма похожее на…

– Каменный варан!!! – Я цапнул кобуру. Черт! Она же под дождевиком! Пресмыкающееся, увидев (или услышав) нас, рвануло в нашу сторону, развив нехилую скорость. Я почувствовал, как волосы на загривке встали дыбом от страха.

– Малик, пистолет! – заорал, левой рукой задирая полу и выхватывая правой «таурас».

Большим пальцем взвел курок, а то самовзводом стрелять не люблю, ухватил снизу рукоять пистолета левой рукой поверх пальцев правой руки и навел на цель. Расстояние до зверюги дало мне возможность прицелиться и выстрелить. Тварь была уже метрах в тридцати и бежала прямо на нас, вихляя всем телом. И еще выстрел, и еще. Ящерица внезапно споткнулась, как будто кто-то дал ей подножку, и с маху перелетела через голову метрах в пятнадцати от нас.

Рядом, лязгнув затвором, начал стрелять из своего АПС Малик. Да как! Длинной очередью он шарахнул куда-то в сторону реки, а потом суетливо начал менять магазин. Впрочем, заменив его, он уже намного спокойнее, одиночными, выцеливая, открыл огонь по ящеру.

Я уже расстрелял весь магазин, выбросил его из рукояти прямо на землю и, проклиная дождевик, выдирал из-под полы запасные магазины. Загнал в рукоять полный, сорвал с задержки и продолжил стрелять в кувыркающуюся тварь.

– Пустой! – крикнул Малик, выкидывая второй магазин из АПС. Я выбросил почти израсходованный, заменил на полный. Как хорошо, что послушался совета оружейника Билла из Порто-Франко и ношу с собой по четыре запасных магазина. Достал и держал в левой руке третий из запасных магазинов. Малик тем временем судорожно набивал магазин пистолета патронами, которые вытащил из кармана.

Ящер подрагивал всем телом. Лужа, в которой он лежал, окрасилась красным, и из нее стекал ручеек в кювет, растворяясь в потоке розовым. Кстати, ящер оказался не очень большим, чуть больше полутора метров длиной, но был широким и массивным. Тот варан в Голодной степи, которого я видел года три назад, хоть и имел такую же длину, был намного легче и стройнее.

Мы с Маликом подошли и, не сговариваясь, выстрелили в голову ящерице. Контроль, так сказать.

Из расположенного неподалеку продуктового ларька выбежала девчонка-продавщица в розовой пластиковой накидке с СКС в руках, а из домов в начале улицы вышли два мужика, один с «Сайгой», другой с калашом. То есть с АКМ.

– Вы чего здесь расстрелялись? – спросил тот, который с «Сайгой». Он в гараже администрации вроде слесарем-жестянщиком работал. Если не ошибаюсь, Семен Сергеевич.

Я молча кивнул на лежащую в отдалении тушу, опустил предохранитель, снял курок с боевого взвода. Положил пистолет в кобуру, поднял оба валяющихся под ногами магазина.

– Да вон бегают здесь всякие. Съесть хотят, – заметил Малик и тоже убрал пистолет в кобуру, поставив его на предохранитель. – Что теперь с тушей делать?

– Я дежурной смене позвонила, сейчас приедут, – заметила продавщица, опасливо приближаясь к ящерице. – А сфоткаться рядом можно? Пожалуйста, мне все девчонки завидовать будут!

– Да на здоровье. И нас заодно сфоткай. – Я достал мобилу и набрал номер жены. – Олесь, я задержусь ненадолго. Ты меня подождешь, ладно? Ага, хорошо.

Олеся с остальными женщинами ходила вечерами в фитнес-центр, занималась специальной гимнастикой для беременных. Занимались серьезно и вдумчиво, под руководством Елены, мастера спорта по художественной гимнастике, закончившей в том мире какой-то из спортивных вузов по специальности «тренер фитнеса» и уже в Демидовске прошедшей курсы по тренировке беременных женщин. Так что у них все было серьезно и основательно.